Четыре из пяти на троих

Размер шрифта: - +

Глава 7. Посадка?

Где-то на границе с Железным княжеством...

Между столицами двух достаточно крупных, по меркам Руси, княжеств – городами Ягодово и Мартенград чуть меньше 450 километров, но это если по прямой, впрочем, для полёта так и надо. По земле так быстро не добраться, учитывая, что Ягодово и Мартенград не соединены прямой дорогой, доехать можно только через соседний город на юго-востоке, сделав большую петлю. В иллюминаторе быстро сменяли друг друга леса, поля, холмы, узкие и широкие реки. Если посмотреть прямо по курсу, то в очертаниях пушистых облаков можно обнаружить горы, силуэты животных, лица людей... Мартын, никогда прежде не летавший так высоко (его полёты ограничились непродолжительным полётом с вершины старого дуба, куда он забирался для осмотра дороги в поисках путников, которых можно легко ограбить, именно тогда он потратил свою первую жизнь) с любопытством смотрел в круглое окно. Долететь до точки назначения можно где-то часа за полтора, если ковёр будет двигаться с постоянной скоростью. Под мерный шум невидимых двигателей ковра, Максим задремал.

Фиалковского разбудил Мартын, толкавший его в плечо:

— Начальник, смотри! – Он указал в иллюминатор на чёрные-чёрные облака в небе прямо по горизонту, прямо в которые ковёр и летел.

Цвет облаков несравним ни с чем ранее видимым, тяжёлые грозовые облака, вот-вот намеревающиеся разрядиться ливнем и молниями, по сравнению с этим чудом природы, практически белоснежные. Облака прямо по курсу ковра-самолёта по-настоящему угольного цвета, кидающие на землю абсолютную тень, пропускавшие только редкие лучи света.

— Это что такое?

— Начало Железного княжества. Они ж столько металлов плавят, чёрт знает, что ещё делают, вон, как небо загадили. Мне рассказывали, у них вроде как постоянная ночь, на улицах вместо обычной пыли и грязи – сажа и частые дожди. Тоже, мягко говоря, специфические...

— Да... Нет на них Гринписа...

Через четверть часа коврик влетел в угольные облака, в салоне сразу же стало темно, самолёт начало потряхивать из стороны в сторону, как будто не летели, а ехали на старом драндулете по типичной русской дороге или точнее по тому месту, где она должна быть по плану. Мартын обратился в кота, в сумерках засветились его разноцветные глаза. Бутылочки с лекарствами, напитками и спецсмесью нервно позвякивали, то и дело ударяясь друг об друга. Так летели минут пять, после ковёр-самолёт стал замедляться, пока почти полностью не остановился и завис в середине тучи. Из потолка вылезла мигающая и пищащая красная лампочка, раздался прежде мелодичный, а сейчас кашляющий голос:

— Кхе-кхе! Внимание, джинн надышался сажей! Кхе! Полёт не возможен! Кхе! Повторяю...

— В смысле?! – крикнул Мартын.

Ковёр круто клюнул носом и стал стремительно набирать скорость... Облака остались далеко наверху, в салон проник хоть какой-то, но всё-таки свет, если его можно так назвать. Опричникам открылся вид тёмных лесов, двух речек, текущих тонкой вертлявой лентой, и огромного густо застроенного города, истыканного высокими коптящими трубами на горизонте. Всё бы хорошо, но земля безнадёжно приближалась. Ящики сползли в нос, пассажиры туда же. Баланс был безнадёжно потерян, отчего угол падения только увеличивался, достигнув практически шестидесяти градусов

— А-а-а!!! *** да мы падаем!!! *** ***!!! – визжал Мартын. – А-а-а!!!

Триста метров... Двести... Сто... Джинн, обладая хоть каким-то, но инстинктом самосохранения, нацелился на небольшую полянку. Пятьдесят... Двадцать... Десять... Пять... Один... И...

Нет, судно не рухнуло. Ковёр-самолёт крайне резко затормозил в метре над землёй и мягко сел на бледную, от постоянного дефицита солнечного света, траву. Не разбились! Но слух насторожил очень неприятный звук. Хлоп! Что-то треснуло...

— Это что такое?

— Похоже, какая-то бутылка... – предположил Максим.

— Точняк с винишком! Это же всегда так! Только спаслись, надо отметить, а напитка нет.

— Надеюсь...

В километре от места приземления ковра-самолёта...

Типичный лес в Железном княжестве представлял собой массив из высоких и тонких деревьев, из всех сил, тянущихся к возможному свету, с пожухлой и жидкой листвой неопределённо жёлто-бело-зелёного цвета. Трава на земле практически не росла, а где выросла, так походила на грибницу: тонкие прозрачные нити расползались подобно паутине по опушкам тёмного леса, покрытого густым туманом. Уже в десяти метрах вдаль, из-за постоянных сумерек, ничего невозможно рассмотреть, только примерные очертания. Периодически тишину разрывало карканье ворон, обнаруживших редкую в этих краях живность. Безлюдные просторы облюбовали всякие антисоциальные элементы всех мастей. Полиция далеко вглубь не заходит, опасаясь заблудиться. Часть путников сбивается с пути или намерено сокращают путь через этот лес, поэтому постоянный источник дохода для бандитов имеется.

Трое разбойников сидели возле костра на толстом брёвнышке, варили уху из только, что пойманной жирной рыбы. Один из них задумчиво помешивал мутную похлёбку из крупных ломтей рыбы и нескольких безвкусных корений, вырванных здесь же под кривым деревом. Из леса на лошади выехал четвёртый член банды, к седлу которого приторочен дёргающийся полотняный мешок, из которого раздавался поросячий визг. Сегодня бандитам повезло, в деревушке неподалёку, за скотиной следили непростительно плохо, ответственный за это дело мужик, напился и валялся между свиней, мало чем от них отличаясь. Вот разбойник и поживился тем, что не прибито. Бородатый привязал лошадь к дереву и снял мешок, перекинув его через плечо:



Михаил Назаров

Отредактировано: 30.10.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться