Четыре всадника

Размер шрифта: - +

У картин есть душа

    Картинная галерея городка Дармштангер не выделялась чем-то особенным. А с самыми крупными и главными галереями ее вообще нельзя было сравнивать. Но, не смотря на все это, посещали ее тысячи туристов и местных жителей ежедневно. Загруженность можно было наблюдать уже с самого утра. Сам городок славился лишь тем, что процент преступности был слишком мал. Властям даже потребовалось закрыть две из четырех тюрем, так как они пустовали. Сама же картинная галерея, которая так славилась на весь этот небольшой городок, располагалась в центре города. Но в отличие от крупных городов, центр здесь не подразумевал дорогущих цен и элитных районов. Если вас отвести сначала на окраину, а потом в центр города, то вряд ли вы заметите хоть малейшую разницу.

    Здание галереи разделялось на две части. В первой вы могли найти картины старых времен, действительно потрясающие своей красотой, словно распечатанные фотографии. А если вы натыкались на портрет, то у вас моментально складывалось впечатление, что глаза человека на картине следили за вами, где бы вы ни стояли. Многие другие картины могли создать впечатление объемного изображения, которое успешно пытаются проталкивать нам в современных кинотеатрах. Вторая же часть здания могла обрадовать вас гораздо меньше. Там находились картины современных художников, которые не давали вам таких впечатлений, которые вы могли получить в первых залах. Вы скорее скажете, что художник обронил банку с краской на холст, а потом назвал это произведением искусства. Но скажете это лишь в том случае, если вы простой человек или турист, не разбирающийся в картинах.

    Еще более непонятные события в галерее – это экскурсии для детей. По-настоящему гида слушают только родители, которые сопровождают детишек из местных школ. Весь класс, который прогуливает учебный день походом в галерею, разделяется на три группы. Первая играет в игры на телефоне, вторая слушает музыку, дабы полностью заглушить постоянно говорящего гида, рассказывающего что-то неинтересное и скучное. Третьи же просто засыпают стоя или на скамье, если такая имеется.

    На первом этаже здания находятся гардероб, билетная касса, сувенирная лавка и кафе, на случай, если кто-то захочет перекусить. Сувениры продавали по достаточно высокой цене для здешних мест, но объяснялось это тем, что эти товары рассчитаны для туристов, приезжавших издалека. Честно говоря, достаточно успешно продумано, учитывая количество товаров, которое туристы скупали пачками для себя и своих близких. В кафе же, за небольшую сумму денег вы могли накормить всю семью из десяти детей, что, кстати, очень славилось у каждой проводимой там экскурсии школьников. Если в зале с картинами они не проявляли никакого интереса, то в кафе они бежали с безумной яростью.

    Ближе к центральному входу располагался небольшой столик охраны, за которым постоянно сидел один из работников безопасности. Под вечер приходит второй охранник на смену первому. Ему предстоит  всю ночь пробыть в здании одному. Ночная смена – не самая лучшая, но выбирать не приходилось. Мужчина, приходивший на смену, был низкого роста, с небольшой залысиной и пузом. Ему было около сорока, может сорока пяти лет. Когда он переодевался в свою униформу, то на бейджике возле груди красовалось его имя «Гюнтер Фогт», а на спине огромными буквами была вышита надпись «Охрана».

    После девяти вечера  картинная галерея закрывается, последние посетители покидают здание, и Гюнтер закрывает главный вход на замок, оставшись единственной живой душой среди всего его окружающего. Рабочая смена проходила достаточно скучно, поэтому он развлекал себя как мог. В начале рабочего вечера он всегда надевал наушники и негромко слушал музыку, иногда подпевая, не обращая  внимания на то, что петь он совсем не умел. Временами он даже дергался в ритме музыки, пытаясь изображать какой-то никому непонятный танцевальный стиль, но это было неважно, главное, что он убивал время препровождения. Но одним из самых любимых занятий, которому он посвящал большую часть времени, являлся обход самой картинной галереи. К огромному сожалению, освещение в залах было отключено на ночь, и прогулка к картинам сопровождалась лишь небольшим светом от его собственного фонаря.

    Ночная атмосфера галереи поражала своими изменениями. Если днем вы могли наблюдать за картинами, восхищаться каждой линией художника, то ночью вся эта прелесть превращалась во что-то зловещее и немного пугающее. Особенно могли пугать те моменты, когда Гюнтер ловил лучом фонаря взгляды портретов. Создавалось впечатление, будто каждый из нарисованных людей пытался взглянуть тебе прямо в душу или уличить вас в краже или убийстве. Поначалу от такого зрелища кровь стыла в жилах. Позже, спустя пару недель, Гюнтер уже привык к таким обходам, а некоторые картины уже знал наизусть, но не переставал созерцать их красоту.

    Обход начинался ближе к двенадцати или часу ночи, в зависимости, насколько долго его затянет музыка или странный танец, в который он бросается при звучании любимых мелодий. Находился же он только в первой половине здания. Произведения современных художников его абсолютно не интересовали.

    Отбросив наушники на стол, в которых играла группа «Скорпионс», Гюнтер схватил свой фонарь и направился прямиком в первый зал – самый интригующий по его версии. В нем хранились портреты многих личностей, по большей части, представлявших Германский союз 1815-1866 годов: Фердинанд I, Франц II, эрцгерцог Иоганн и Фридрих Вильгельм IV. Луч фонаря прыгал по всему залу, от одной картины к другой, лишь иногда останавливаясь на некоторых из них.

    - О, привет, Фридрих, - произнес Гюнтер, смотря в упор на один из портретов.

    Да, ему было достаточно скучно на этой работе, и он развлекал себя, как мог, даже представляя, что многие из этих картин стали ему друзьями и каждую ночную смену он с ними здоровался как со старыми приятелями. Не со всеми конечно, но с большей частью, которая ему была по душе.



Ноэл Моррис

Отредактировано: 28.09.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться