Чокнутая больница

Чокнутая больница

  Велика Россия, а отступать некуда – позади Мухосранск. Поселок городского типа был по всей видимости основан еще Дежневым. Так по крайней мере утверждают местные старожилы. Может быть они и преувеличивают, но со времен Дежнева в поселении мало что изменилось. Расстояния некоторые жители поселка до сих пор измеряли в верстах, аршинах и саженях. Вес в пудах, время узнавали по радио. Хотя радио – это ведь уже современное устройство. Похоже, все таки жители Мухосранска не были совсем уж отсталыми.

  Радиоприемников в поселке правда было немного. Телевизоров, телефонов и компьютеров не было отродясь. Было электричество, однако топливо для генераторов старались экономить. И еще в поселке была почта – голубиная. Почему голубиная? Да потому что до ближайшей грунтовой дороги было километров сто двадцать. Тропа к ней проходила через болота, тайгу с волками и медведями, комарами и мошкарой готовыми сожрать любого неопытного путника.

  Но Мухосранцы не сдавались. Им было чем гордиться. Где то примерно в конце правления Брежнева в городе был случайно обнаружен уникальный лечебный грязевой источник. Дело было так. Дед Калкаш находясь в состоянии алкогольного опьянения проходя мимо центральной лужи поселка поздно вечером поскользнулся и упал. Когда наутро его торчащие из лужи ноги обнаружили земляки - они были уверены что достают бездыханное тело.

  Не тут то было. Дед был не только жив, но и трезв! Слава о чудесной грязи ходила и до этого случая, но никому не приходило в голову что она может не только лечить прыщи, бородавки и запоры, но и воскрешать. В экстренном порядке бессменный мэр Мухосранска (в ту пору еще глава поселкового совета и секретарь партийной организации) постановил на внеочередном съезде советов считать Мухосранск бальнеологическим курортом.

  Теперь требовалось построить больницу. Денег в местном бюджете нашлось не много (их там вообще никогда не было) и он обратился к вышестоящему начальству – главе Карыбырдыкского района. Через несколько дней голубь принес ответ: «запрос отправлен в Министерство здравоохранения». Мухосранцы ждали долго. При Андропове было тихо. При Черненко ответа все еще не было. При Горбачеве наконец то пообещали помочь, но при Ельцине забыли не только о больнице, но и о самом Мухосранске.

  Мэра такой ерундой было не испугать. Он не только однажды побывал в Москве на съезде партии, но и лично видел товарища Сталина. В его кабинете портреты Иосифа Виссарионовича висели рядом с иконами как впрочем и у большинства жителей поселка. Константин Никанорович решил идти в Москву. Сборы были недолгими. Путь в Москву лежал через районную столицу – город Колдоенинск.

  Там, зайдя в пивбар он повстречал удивительного человека с которым замечательно провел время. Мэр поведал новому товарищу про источник, а тот в свою очередь познакомил Константина Никаноровича со своим другом – завхозом городской больницы Колдоенинска. Завхоз объяснил своему новому знакомому непростую экономическую ситуацию в стране и посоветовал не тратить зря время. Тем более что вопрос можно было решить на месте. Завхоз выдал мэру копию официальной лицензии с печатью, дающую право осуществлять медицинскую деятельность.

  Еще через несколько часов со словами: «для хорошего человека ничего не жалко» - он отдал Константину Никаноровичу свой запас чистых бланков с печатью Колдоенинской больницы. Под утро завхоз целуя Портянко, пообещал отдать для лучшего кореша все, что тот только пожелает. Константину Геннадьевичу Портянко было нужно немного и внимательно осмотрев склад нового друга он взял только утки, клизмы, мед. халаты, кое-какой мед. инструмент и старый списанный рентгеновский аппарат. Все это вместе с самим мэром было благополучно доставлено в поселок на вертолете приятелем завхоза Вовой, который летел не то за туристами, не то за геологами. Короче, ему было почти что по пути.

  В Мухосранске началась новая жизнь. Сначала мэр бросил все силы на строительство больницы. Для этого жители поселка как смогли отремонтировали крохотное здание мясокомбината, не достроенное еще во времена Хрущева. Это здание как нельзя кстати стояло как раз на берегу целебной лужи. На ремонт давно обвалившейся кровли жители добровольно принесли все что у них было. В результате на свет появился непревзойденный шедевр архитектуры времен позднего Ельцина.

  Позднего потому что ремонт затянулся на несколько лет. Окна смогли установить только на первом этаже – и то спасибо завхозу Иванычу снабжавшего стройку стройматериалами, предназначавшимися для ремонта Колдоенинской больницы. На втором этаже оконные проемы пока что заколотили досками. Отопление сделали печное, сортир поставили на улице новый. До колодца идти было не слишком далеко - больница была готова.

  На открытие Первой городской больницы Мухосранска пришли все. Да-да, именно городской. Константин Никанорович за проявленную местными жителями самоотверженность особым указом присвоил поселку право называться городом. На указе стояли сразу две печати: Колдоенинской больницы и Мухосранского поселкового совета Якутской АССР. И никто мэра ругать за это не стал. Новым руководителям Колдоенинска было не до поселка. Во первых куда то потерялись документы вообще доказывающие его существование, а во вторых они не умели пользоваться голубиной почтой. Город полностью перешел в автономный режим.

  Решать все проблемы с новой больницей нужно было самим. Мэр начал набор персонала, главврача он нашел быстро. Ею стала Маргарита Захаровна – человек волевой и целеустремленный. На прежней работе она руководила лесозаготовками и пользовалась непререкаемым авторитетом среди подчиненных. Маргарита Захаровна Свинуха была женщиной уникальной. В ней было не просто двести килограммов живого веса – это было двести килограммов мышечной массы. Она могла не только остановить на скаку коня, но и отбросить его далеко назад. Лошади ее откровенно побаивались. Но во всем остальном это была очень милая добродушная женщина.



Павел Аваста

Отредактировано: 04.01.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться