Christmas Candy

Размер шрифта: - +

44

Потом окинула их с Филиппом оценивающим взглядом, пробормотала что-то вроде «понятно», и сказала ещё раз:

- Там началось, идёмте!

     Клемент так и не понял, что началось, однако послушно встал, отмечая про себя, что, может быть, последняя порция коктейля была лишней, и пошёл туда, где гремели, отзываясь в самом позвоночнике, басы.

     Он думал, что будет стоять безучастный, в стороне от общего безумия, но уже через пять минут обнаружил, что бессознательно притопывает ногой в такт музыкальному ритму. Потом кто-то толкнул его в плечо, и он оказался ещё ближе к неистово прыгающей толпе. Совсем близко, среди них.

Он успел ещё подумать, что хорошо бы в этом бедламе всё-таки не теряться от своих. Он увидел Флёр. Пробился к ней, она его узнала. Ребята стояли рядом, прикрывая Флёр и Элину от опасности быть затоптанными такими же крепкими плечистыми парнями как они сами.

 

Беги!

Вперёд по мосту своих грёз.

Веди

Меня за собою туда, где ни горя ни слёз…

 

Просто стоять рядом с беснующимися в каком-то подобии танца ребятами было решительно невозможно; чтобы избежать постоянных толчков слева и справа Клемент начал двигаться вместе с ними, и вот уже одна рука его лежит на крепких плечах Филиппа, а другой он осторожно (насколько в такой толчее можно быть осторожным) прижимал к себе Флёр. Её растрёпанная макушка оказалась ему чуть выше локтя, поэтому страховать девушку было особенно неудобно. Тонкие руки в цепях и кольцах то и дело вскидывались вверх, в неоновых вспышках сияя белым пламенем.

Сорви!

Сорви эти цепи с усталой души.

Люби!

Меня! Вечной свободой нашей дыши…

 

     Он отпустил Фила, и теперь придерживал её за плечи обеими руками. Это было и удобнее и надёжнее – пожалуй, если бы обнять её и заключить в кольцо рук, то она оказалась бы прикрыта со всех сторон… Ещё один сумасшедший ритм, и ещё песня. Клемент почувствовал что устал. Интересно, долго ещё это будет продолжаться? А кто-то ведь как пришёл сюда, так и прыгает, как заведённый… Нельзя сказать, чтобы усталость отступила, просто Клемент в принципе перестал представлять себе что бывает другое агрегатное состояние, иной способ бытия, кроме этой бешеной пляски, где спрессованные тела прижимаются друг к другу, и он всё крепче сжимает кольцо рук, защищая, пульсирует вспышками стробоскоп…



Фанни Фомина

Отредактировано: 02.12.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться