Что скрывает снег

VI. Петляющие следы

Деникин сделал большой глоток из волшебного пузырька доктора. Какая жалость, что он уже подходил к концу.

Помощник полицмейстера обессилел. Он окончательно утратил счет времени, и вряд ли смог бы ответить, день за окном или дело к ночи.

Цербер Петр, недобрый ординарец генерал-губернатора, с чистой душой отправился восвояси. Как-никак, он выполнил повеление хозяина – отыскал полицмейстера. А о том, чтобы вдаваться в детали, наказа не было.

Почтовый курьер (дрожавший, как лист) вместе с ямщиком убыли в дешевые номера, спеша забыться в тепле дневным сном. Показав место, где нашли полицмейстера, малые окончили свое дело, и теперь могли позволить себе ни о чем не думать. 

В свою мазанку на околице вернулся и водовоз, прикативший в тележке недобрый груз – окровавленное женское тело. Он поднял его из снега на опушке леса, куда пришел нарубить дров для растопки. Прислуга архитектора, пришедшая в управу спросить о его дочери, увидела тело первой – и с ужасом узнала в нем супругу капитана Вагнера.

Глядя на синюшные, окаменевшие лица, одно из которых Деникину было так хорошо знакомо, помощник убитого ощутил панический страх безысходности.

– Ершов, это все вы накликали! Вы намедни так жаждали трупов – вот и получайте.

– Ничего подобного, Деникин. Я выразил надежду на то, что все пропавшие жители вернутся к нам в полном здравии. Это обратно тому, что вы мне сейчас приписываете.

– И что же нам с ними делать?

Нынче просители уже разошлись, унося с собой шум и гвалт. Тишину управы нарушал лишь ревущий храп спящего околоточного Сомова.  

Больше ничего не мешало Деникину, наконец, отправиться домой и тоже вздремнуть.

Ничего – кроме Ершова, который продолжал удерживать цепкой хваткой.

В мертвецкой колдовал полицейский фельдшер. Помимо мужика из простонародья, пришибленного накануне в трактире, к исходу дня на его столах оказались три гораздо более заметных в городе персоны. Двоих из них сукно укрывало с головой, третьему же пока доставало до подбородка. И, по понятным причинам, фельдшер, отчаянно проклиная своего коллегу Черноконя, сосредоточил все усилия на нем.

Деникин надеялся, что из всех, собравшихся ныне в управе, хотя бы он знает, что делает.

Отвлекать фельдшера точно не стоило, хотя он и должен был смыслить во всех гнуснопахнущих бутыльках, которые Ершов похитил из его шкафа, и даже, вероятно, мог сократить время опытов – и вместе с тем, страдания Деникина.

Околоточный же, напротив, с каждой новой неудачей все более входил в исследовательский раж.

– Вы только посмотрите-ка на это! Мнится, что я все-таки отыскал верный состав!

Деникин решительно не понимал, по какой причине кусок грязной ткани более важен, чем те, кто лежал за стеной – и в первую очередь, откровенно убитый полицмейстер. Объяснение Ершова по этому поводу прозвучало совершенно неубедительно:

– Понимаю, что это несколько… хм… кощунственно, но все же какое-то время они уже провели без нас. И могут подождать еще совсем немного, пока мы все же не докончим, наконец, анализ рубахи. Он может быть очень важен!

Но более походило на то, что околоточный просто из чистого любопытства жаждал узнать: что же еще получится при соединении адских смесей? Впрочем, мешал и грел – а также охлаждал их – именно Деникин. Ловко прикрываясь увечьем, не позволяющим быстро и точно отмеривать и отвешивать порошки и суспензии, Ершов, естественно, избежал и последствий. Например, глубокой царапины на щеке, оставленной склянкой, отчего-то взорвавшейся при погружении в снег.

– Отставить в прохладное место на четверть часа – это не значит мгновенно заморозить, – шипел Деникин.

Однако околоточный лишь отмахивался, продолжая свои изыскания.

– Как вы полагаете, Ершов – их могли убить вместе?

– Кого? Вагнеров?

– Да оставьте же вы своего Вагнера! Его-то как раз пока не нашли...

– И в этом-то нам и поможет анализ. Вот послушайте-ка, что я обнаружил! Господин Уленгут, оказывается, подробнейше описал свой знаменитый прогрессивный метод. Воспользовавшись его советом, мы сможем произвести преципитацию...

– Вы богохульствуете, Ершов?

– Вижу, Дмитрий Николаевич, вы не сильны и в латыни. Даже мне ведомо, что означает это слово – падение, или же, как тут сказано, выпадение в осадок.  Нам понадобятся всего четыре новых колбы. Раствор солей еще остался. Нужно снова поскоблить пятно и приготовить водный раствор – но это мы уже делали. Хм... Единственная загвоздка: я решительно не представляю, где нам взять белок человека. Как вы полагаете, мы можем заменить его на куриный?

Деникин громко и отчаянно зевнул, и залпом допил лауданум.

 

***

 

Если бы Деникину удалось вновь заснуть за столом, то и Ершов, и колбы оставили его хоть на время. Он очень старался, однако сон, отпугиваемый тревогой, не шел.



Юлия Михалева

Отредактировано: 11.06.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться