Чувство тьмы

Размер шрифта: - +

Глава 18

Воины перенесли останки людей в лагерь. Несколько человек приготовились вести их в столицу. Но для начала нужно отдать честь павшим. На белой простыне, рядом с костром, лежало тело Торреса, бывшего главы Совета. На его груди – знаменитый меч, который передавался главам Совета из поколения в поколение.

Азвальд не плакал. Он сидел в одиночестве, наблюдая за лагерем и суматохой. Народ собирал людей, как мозаику. Примеряли руки и ноги к разным телам, чтобы передать их родственникам в полном виде. Рядом с Торресом никого не было.

Когда суматоха улеглась, а к каждому телу подобрали недостающие конечности, к Азвальду подошел Нустальф. Он сказал, что сейчас состоится прощание с его отцом.

Толпа окружила тело у костра. Азвальд пробился к нему и сел рядом.

– Этот меч теперь ваш, господин, носите его с достоинством, – сказал Нустальф.

Азвальд взял меч. Отмытый от крови, меч отражал рыжеватые языки костра. Годы не покорежили сталь.

– Я вспомнил одну историю, – сказал Азвальд. – Она про отца.

Азвальд говорил тихо, но воины, проявляя уважение к новому главе Совета, молчали и вслушивались в каждое слово.

– Как все знают, не всегда наша семья носила этот меч. Мой отец стал первым. Мало кто знает, как это произошло...

***

Это случилось во время Великой Войны. Мне тогда едва исполнилось двенадцать. Столица пала под натиском нечисти и мы, выжившие, шли на север, где ныне построили город Норквор.

Наша семья никогда не была бедной. Мой отец служил личным врачом королевской семьи. Он и меня к этому готовил, обучал медицине и науке.

Короля Энманда тяжело ранили в бою. Отец не отходил от него. Я же сопровождал королеву. Она была на последних сроках беременности.

Народ перемешался, бедные с богатыми, бомжи с королевской семьей. Тогда уже никто на это не смотрел, у всех была только одна цель – выжить. С нами шел и предыдущий глава Совета. Он только командовал. То принесите ему еды, то воды. Сам не делал ничего. Даже костер разжечь не мог.

Все надежды мы возлагали на Альфреда, все мы молились за него. Мы уже знали, что ему предстоит. Война заканчивалась.

Мы разбили лагерь. Я, отец, глава Совета и королевская семья делили один шатер. Вечером, когда мы готовились ко сну, на нас напали.

Высокие, на кривых ногах, обтянутых розовой кожей. Из их ртов свисали длинные, красные языки, а глаза – черные дыры. В лагере началась паника, все брались за оружие. Даже дети, даже я, хотя тогда сразиться с нечистью мне не дал отец.

На наш шатер напало двое таких мутантов. Отец защищал короля с королевой и меня. Он убил монстров в одиночку, когда глава Совета трясся от страха, прячась за спиной беременной королевы. Тогда я впервые почувствовал гордость за отца. Ему разодрали плечо до мяса, но он выстоял. Не каждый мог и одного такого монстра положить.

Потом отец вышел из шатра, доверив главе Совета защиту короля с королевой. Мне он велел не высовываться.

Стоило отцу выйти, как глава Совета тоже быстрым шагом направился к выходу.

– Стойте, куда вы?! – прикрикнул я.

Я взял его за руку и попытался удержать. Он же отшвырнул меня.

– Жизнь важнее чести, мальчишка! Если я останусь здесь, то погибну.

И он вышел наружу. Тогда я не последовал наказу отца и высунулся.

– Папа! – крикнул я, наблюдая, как отец вдалеке оказывает помощь раненой женщине.

Глава Совета не успел уйти далеко. Отец обернулся на мой крик, глава Совета замер у входа.

На мой крик пошла и нечисть.

Отец что-то сказал, издалека я не услышал. Он затянул рану женщины, подбежал к нам и толкнул в шатер. Мы затихли. Я волновался за отца, слушая звуки бойни снаружи. У королевы заболел живот – настали ложные схватки.

Вскоре отец зашел внутрь. Он хромал, оставляя кровавые следы за собой. Я наспех обработал и перетянул его рану. Глава Совета, весь бледный, сидел в углу.

Я пытался уговорить отца, чтобы он лег. Но он дохромал до главы Совета, схватил его меч и наставил к шее. Тот стал бледнее мела.

– Если хочешь бежать, – сказал мой отец. – Попробуй – сдохнешь от моей руки, от своего же меча. А иначе – выполняй свой долг и защищай королевскую семью.

Глава Совета боялся пошевелиться. Отец настроился решительно и действительно был готов убивать. Но тут вмешался король Энманд.

– Полно, Торрес... Пусть бежит. А ты оставь его меч себе, ты достоин его больше, чем кто-либо другой.

Едва отец убрал меч, как глава Совета пулей выскочил из шатра. С тех пор его больше никто и не видел. Говорят, нечисть его тогда сожрала, что и тела не осталось.

***

Закончив рассказ, Азвальд подошел к телу отца.

– Как бы я хотел знать, что там произошло. Почему мой отец покончил с собой.



Дарья Андриянова

Отредактировано: 24.10.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться