Чужие правила

Размер шрифта: - +

19

На следующее утро Серега с Маринкой уехали. Маман вернулась от бабушки. Дома сидеть не охота было. Собрался поехать за комбиком и процессором, но тут выяснилось, что в кармане моем мышь удавилась. Отправился таксовать. Вечером набрал Катьке, пригласил к себе.

Когда пришла – сразу затащил ее в комнату и завалил на постель.
- Жень, у тебя же мама дома, что ты делаешь? – занервничала Малявка.
- Да ладно, ей не привыкать! – усмехнулся я, запустив руку ей под юбку.

И тут она заскулила. Из глаз снова покатились слезищи. Я выругался матом.
- Ну чего опять не так?
Она молча хлюпала, прикрыв лицо руками. Первым моим порывом было вытолкать ее с кровати, но я сдержался. Развернул и прижал к себе.
- Да Кать, не реви, пожалуйста, не переношу.
- Ты же пользуешься мной, - причитала она сквозь слезы. – И не любишь меня…
Ну не дура ли? Зла не хватает. Так я устал с ней бороться!
Вздохнул и развернулся к стене. Сама обняла сзади, крепко сцепив руки на моей груди.
- Женечка, ну прости, я все понимаю, я исправлюсь, - всхлипывала она. – Только будь со мной.
- Тогда больше не смей сопли распускать и грузить меня. Никогда, поняла?
Я приподнялся и с улыбкой заглянул в ее серые очи. Снова смотрела на меня своим «коронным» фанатичным взглядом.
- Женька, ты такой красивый…
- Буэ… Стошнит ща, хорош уже!
И накинулся на нее с поцелуями.

Мы заснули вместе. Когда открыл глаза, она проводила пальчиком по моим плечам и задумчиво улыбалась. А сам лежал на животе, в обнимку с подушкой.
- Доброе утро. Ты такой милый, когда спишь.
- Зубами к стенке, - закончил я за нее. - Кать, если не прекратишь извергать эти розовые сопли – возьму бензопилу и срежу тебе башню. И вообще, впредь называй меня «мой господин».
Ее лупешки тут же округлились, отчего я тихонько рассмеялся. Все-таки она милая.
- Блин, Жень, я не понимаю, когда ты шутишь, а когда серьезно, - немного покраснев, захихикала она.


Действительно, я же каждый день кому-нибудь голову да спиливаю! Как тут сразу разберешься-то? С улыбкой наблюдал за ее живой мимикой. И лицо мне почему-то казалось забавным. Пухлые губки, острый нос, тушь под глазами. Теперь думал, что она совсем и не изменилась.

Вот так я снова сошелся с Катькой. И не просто сошелся, а притащил к себе жить. Маман у меня терпеливая, спасибо ей за то. Отец тоже ничего не сказал. Да и он на работе вечно, ему пофик. Мои сердечные раны понемногу начали зарастать. Малая стала для меня личным доктором. Не скупилась на ласку и нежность. А мне только это и нужно было. Я старался ни о чем не думать, не вспоминать. И в глубине души верил, что когда-нибудь смогу сказать ей те самые главные слова.



Singing Fish

Отредактировано: 10.07.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться