Чужое небо

Font size: - +

Глава 5

 Веки задрожали, и Ника с трудом заставила себя их открыть. Сначала все зрительные образы сливались во едино. Она несколько раз проморгнула, после чего размытые очертания обрели четкость. Просторная, стерильно белая комната и слепящий глаза свет, исходящий от неизвестных источников, были первыми, что она заметила, осматривая пространство вокруг себя. В голове не было ни единого предположения, где она могла бы находиться. Тело свободно лежало на плоском прямоугольном предмете, напоминающим медицинскую кровать. Она приподнялась, опираясь на локти, как почувствовала легкую слабость во всем теле. Ника села, свесив ноги вниз, и, к своему удивлению, обнаружила, что койка, на которой она очнулась, в буквальном смысле висит в воздухе. В комнате кроме неё никого не было. Неуверенно спрыгнув на пол, Ника подошла к большому окну, которое напоминало огромную прозрачную стену.
— О боже… — прошептала она, созерцая город внизу.
      Неестественно-фиолетовое небо полыхало дымкой золотистых облаков, освещаясь яркими лучами голубого солнца. Представшая картина перед глазами художницы была неоспоримо красивой, слепящая миллионами незнакомых оттенков фантастического мира.
      Зажмурив глаза, Ника хорошенько тряхнула головой, в надежде, что видение перед глазами не более чем сон или какое-то наваждение. К её сожалению это не помогло, изумительной красоты город не исчез. Ника напрягла память, стараясь вспомнить, что же с ней могло произойти. Последовательность воспоминаний путалась, но постепенно возвращалась к ней до полной хронологии её жизни.
Ника вспомнила, как садилась в самолет до Симферополя, дальше все было размыто. Она снова напрягла память и вместо воспоминаний ощутила сильную головную боль. Не обращая внимания на острую боль, Ника старалась найти в воспоминаниях хоть какую-то зацепку, которая могла бы помочь ей понять происходящее. В памяти обрывками всплыли лабиринты пещеры и чья-то фигура, которую она не могла разглядеть.
«Какой-то бред», — подумала Ника и рьяно похлопала себя по щекам. Как бы она ни пыталась вспомнить последние события до того, как она оказалась в неизвестном месте у неё ничего не выходило.
      Она не унималась, желая во что бы то ни стало вспомнить, как она сюда попала. Белый свет, вспышка… что потом? Ника выругалась на очередную неудачную попытку. Комната, как она в неё попала? Крохотный фрагмент всплыл в её памяти — женщина… две женщины, но она не смогла воспроизвести в памяти их лица. Они что-то говорили ей, однако Ника не помнила слов, одни расплывчатые образы. В одном она была уверена, она понимала их язык общения.
      Ника снова потрясла головой, растирая пальцами виски. Тихий звук раздвижных дверей заставил её обернуться. В комнату вошли две женщины, и она не была уверена, что это те же самые из воспоминаний.
— Вижу, тебе стало лучше, Ника. Твоё состояние стабилизировалось и готово к постепенному восприятию информации, — произнесла одна из женщин, та, что была выше ростом, светловолосая и с яркими изумрудными глазами, которые невольно притягивали к себе внимание.
      Насколько могла судить Ника, её лицо не выражало никаких эмоций. Безукоризненные черты лица, с которых только картину писать, подумала она, удивилась собственным мыслям, что в такой момент она смеет думать о творчестве. Длинные, светлые волосы…. в голове вспыхнули фрагменты с этой особой. Она собралась что-то сказать, но решила промолчать и просто наблюдать, в надежде, что они сами сообщат ей об её местонахождении.
— По всем физическим показателям наша гостья в норме, — сообщила женщина, пониже ростом. Внешним обликом она чуть отличалась от блондинки. Одета она была в плотный, обтягивающий светлый костюм. В отличие от первой она носила короткую стрижку с выстриженными элементами и узорами на голове. Ещё Ника заметила на её шее несколько незнакомых символов лилового цвета. Взглянув на Нику холодным взглядом, она добавила: — вот только эмоциональное состояние… — затем она снова посмотрела на высокую блондинку, — здесь есть некоторые погрешности относительно…
— Достаточно, Лия, — плавным голосом, прервала её блондинка, слегка подняв вверх левую ладонь.
Каждое движение, совершаемое высокой блондинкой, излучало какую-то невероятную силу и гармонию. Зажмурив глаза, Ника опять тряхнула головой, стараясь сосредоточиться и понять, где же она находится.
— На данный момент мне нужно её идеальное физическое состояние. — Лицо высокой женщины отражало полное спокойствие и что-то ещё, чего Ника не могла разглядеть.
Она всматривалась в каждую из них по очереди и находила в них что-то необъяснимое словами, что-то, что сильно отличало этих двух от обычных людей. «Обычных людей»-эта фраза почти вонзилась в её сознание. Ника почувствовала, как её начинает подташнивать от собственных умозаключений. Её ноги подкосились. Она почувствовала резкую слабость и успела обеими руками вцепиться за край висящей кровати, на которой она очнулась. Это помогло ей устоять, чтобы не упасть. Она обернулась, чтобы посмотреть на город, в котором все светилось, и это напомнило ей фильм о далеком будущем.
      Голос высокой женщины заставил вернуться её к происходящему в комнате. И в следующий момент Ника осознала, что действительно понимает чужой, никогда прежде неизвестный ей язык. «Как такое могло случиться?», — задалась она мысленно вопросом, но никаких предположений на этот счет у неё не возникло.
— Помни о нашем уговоре Лия, — сказала блондинка, обращаясь к женщине с короткой стрижкой. Она приложила ладонь левой руки к своей груди, затем коснулась двумя пальцами лба, там, где находилась область третьего глаза.
— Конечно, мой Советник, — ответила Лия, повторяя за ней аналогичное действие. — Если возникнут проблемы, дайте знать. — На этих словах она исчезла за раздвижными дверьми.
Блондинка развернулась и посмотрела на Нику. Её пронзительный взгляд Ника ощущала всеми фибрами своей души. Изумрудные глаза прожгли насквозь её мысли, чувства, касаясь каждой клеточки, словно она оказалась под микроскопом. Когда это стало невыносимым, Ника двинулась с места, крепко сжав пальцы в кулак. Она подошла ближе на расстоянии вытянутой руки и осмелилась заговорить первой.
— Где я нахожусь, и кто вы такие? — спросила художница, как можно спокойнее, но она была слишком напряжена, чтобы скрыть своё волнение.
— Мое имя Шатэ, — мягко произнесла женщина, чьё выражение лица оставалось беспристрастным, тем не менее, голос звучал приятно и весьма дружелюбно. Чуть коснувшись плеча художницы, она подвела её к огромной прозрачной стене, через которую просматривалась панорама светящегося города. — Что ты думаешь о нашей архитектуре? — спросила она, игнорируя вопрос.
      В ответ Ника отвернулась от стены, демонстративно показав, что не станет отвечать на вопрос. Нет, сначала она получит ответы на свои собственные вопросы.
— Вы меня похитили? — Руки художницы непроизвольно взмыли вверх. — Зачем вы держите меня здесь?
— Твои предположения далеки от истины. Все совсем не так.
      Занервничав, Ника коснулась ладонями прозрачной стены, состоящей из неизвестного ей материала и в то же мгновение, стена отреагировала, меняя свою структуру на желеобразную мерцающую субстанцию. «Поле защищено», — раздался механический голос.
— Что это? — резко отпрянув назад, спросила Ника.
— Реакция системы на импульс волнения, — ответила Шатэ таким голосом, который проникал в самые глубины сознания. — Все здания построены по такому принципу. Если кто-то вдруг захочет разбить или разрушить например, эту стену, система не позволит этого сделать.
— Дома с искусственным интеллектом? — глядя на стену, вслух поразмыслила Ника.
— Что-то вроде того, — отозвалась Шатэ на предположения гостьи. — Однако подобных случаев с жителями у нас не случается. Скорее система обращена к случайной вероятности. И я жду ответа.
— Ваша архитектура выглядит чересчур техногенной, чужой и холодной. Для меня лично, — уточнила она, сама не поняла, что заставило её дать ответ на заданный вопрос, когда в планах было совсем другое.
— Мир Актароса относительно недавно стал таким. У этого явления есть как положительный момент, так и отрицательный. — Шатэ взяла ладонь художницы, так будто изучала её. На ощупь Ника определила кожу женщины мягкой, теплой и достаточно приятной, что не особо отличало Шатэ от любого другого человека. — Твоё тело говорит о том, что ты сильно нервничаешь, — заметила она.
— А как бы вы чувствовали себя, окажись на моём месте, — огрызалась художница, пытаясь прервать физический контакт, однако потерпела поражение. Шатэ удержала её ладонь, продолжив свои исследования.
— В нашем мире уже несколько лет запрещены некоторые эмоции.
— Тогда очевидно, вы должны немедленно вернуть меня обратно. — На этот раз ей удалось выдернуть свою ладонь из чужих рук.
— Пока это невозможно, — отступая вглубь комнаты, сказала Шатэ. — Сначала тебе придется осознать в себе мир Актароса, с которым тебе предстоит вступить во взаимодействие. Замечу, с твоим истинным миром.
Понимая реальность того факта, что она не на Земле, перед её глазами всё закружилось. «Это какой-то дурной сон», отчаянно повторяла про себя Ника, пыталась поверить в иллюзию собственных мыслей.
      Со стороны Шатэ незаметно наблюдала за борьбой художницы, за её отторжением и неприятием реальности.
— К сожалению, пока ты не готова к большей информации. Это нормальная реакция, — заверила Шатэ, легонько касаясь ее плеча. — Я расскажу обо всем, что тебя заинтересует, но только, когда увижу, что ты способна слышать меня.
      Подняв голову, Ника буквально впилась в неё взглядом.
— Я готова! — выкрикнула она. — Готова!
— Нет. — Шатэ отрицательно покачала головой, сохраняя невозмутимое спокойствие.
— Да кто вы такая? Что вам от меня нужно? — не унималась Ника, повышая тональность голоса.
— Позволь себе и своим мыслям немного отдохнуть, а после мы продолжим.
      На этих словах Шатэ направилась в сторону выхода, но Ника не собиралась мириться с действительностью своего положения. Она резко схватила Шатэ за руку и с силой одернула её назад. В ответ на свою агрессию она получила молниеносный толчок, и неведомая сила отбросила Нику назад. Пролетев полкомнаты, она с грохотом врезалась в стену. От жесткого приземления по телу пробежала волна боли и через звон в ушах, она расслышала механический голос «поле защищено».
      Первым, что она увидела, открыв глаза, были длинные ноги, прикрытые легкой тканью, свободно струящегося платья. Шатэ стояла, склонившись над ней, ожидая, когда та посмотрит на неё. Ника попыталась встать на ноги, демонстративно отвергнув ее помощь.
— Ты в порядке?
— Нет, я не в порядке, — прошипела художница, кривясь от боли. — Я совсем не в порядке…
— Я не хотела причинить тебе боль, — призналась Шатэ. — Ты должна знать, любое применение физической силы по отношению ко мне недопустимо.
Ника промолчала, продолжая потирать ушибленные места. Их взгляды ненадолго задержались друг на друге, после чего Шатэ резко развернулась и ушла.



Eydie Miller

Edited: 06.01.2019

Add to Library


Complain