Цветок Белогории. Книга 2

Глава 2-5

Ольга Видар

Моё сердце, бившееся птичкой, запертой в клетке от присутствия некоторых, немножко успокоилось. И пока я шла, все время думала, о чём буду разговаривать с Роном. Только все как-то само выходило, что мысли мои кружились в одном направлении. Возможно, в этом были виноваты и осенний вечер, сдобренный совсем не тёплым ветерком, и темнота, нависшая над Лесным замком. Только страшно мне было оттого, что выдам себя с головой, что поймёт Змей о моих чувствах и... не примет их. Скажет, что это детская влюблённость маленькой девочки осталась, а не настоящее чувство. Я намеренно не вспоминала ни монисто Далии (как же врезалось в память — это имя!), ни монеток, покатившихся в ту ночь, когда я едва не поддалась чарам Рональда. Ведь он практически соблазнил меня тогда... Хотя нет! Кому я вру? Я сама этого хотела! Змей сводил меня с ума два года назад, а теперь ещё больше.

Пока мы шли, я то и дело принюхивалась, стараясь вдохнуть как можно глубже запах мужчины. Ведь я так соскучилась по нему! Хотелось резко остановиться, чтобы наткнуться спиной на его грудь. И чтобы его сильные руки тут же обняли меня и больше никуда не отпускали.

Но монисто на шее наложницы слишком звонко звенело, чтобы я прямо сейчас могла позволить себе это.

Стены деревянной беседки, оплетённой ломоносом с ещё уцелевшей листвой, уже скрывали нас от посторонних глаз. Я же, пытаясь привести свои разгулявшиеся мечты в порядок, сосредоточилась на подсчёте ступеней. Одна, две... закончились. Мы пришли.

– Нет! Я так больше не могу! – прошептал Рональд, едва я повернулась к нему. И тут же оказалась в его крепких объятиях. Ещё пара шагов и вот мы уже скрыты за плотной завесой очень нужных сейчас растений. И пусть они уже давно отцвели, но мне хватило тех бутончиков счастья, что начали расцветать в моем сердечке!

– Рон! – выдохнула я ему в губы, такие жёсткие, такие настойчивые и... такие настоящие. Сейчас мой Змей не был тем видением, которое я звала к себе во снах на протяжении всех тех дней, что мы были в разлуке. Он обрушился на меня словно коршун, поймавший в лапы зайчонка. И никуда этому малышу теперь не убежать и не деться от своего персонального охотника.

– Котёнок, мой котёнок! – шептал он, целуя мои веки, нос, щёки, все ближе подбираясь к губам.

В какой-то момент его рука зафиксировала мою голову и я приоткрыла веки… Такие чёрные, как самая тёмная южная ночь, глаза Змея блестели, завораживая и отражая в них... восхищение. Мной? Что же, я согласна! Вот только привстану на носочки, чтобы ещё раз прикоснуться к губам оборотня, чтобы почувствовать, поверить, что он здесь, со мной. А ещё я зачем-то слегка прикусила его губу, словно наказывая за то, что так долго не приходил ко мне. И в ответ на это поймала его резкий выдох. И вот уже руки любимого ещё крепче прижали меня к себе, путешествуя по моей спине, по рукам и шее.

– Маленькая, как же я скучал! – произнёс он, снова заглянув мне в глаза и разрывая наш поцелуй. Зачем? Обидно!

– И кто в этом виноват?! Это ты же сбежал тогда! – возмутилась я, обвивая своими руками талию мужчины и прижимаясь к нему сильней. Мои слова получились какие-то обвиняющие.

– Потому что ты оттолкнула меня, – с какой-то болью в голосе произнёс Рональд, – скажи почему? Неужели я тебе противен? Я ведь Змей, а не Рысь. В этом дело?

– Вот ещё глупости! – фыркнула я, с укоризной посмотрев на оборотня, – да такого не было, ни разика! С чего ты взял? – мои руки переместились на грудь мужчины, свои же он так и не отнял. Словно боялся, что я могу сбежать.

Приятно.

– Ты оттолкнула меня, помнишь?– произнёс он тем самым тоном, который мог вогнать любого в краску и усовестить, но не меня. Я ведь знаю, отчего это произошло, помню.

– Помню, – подтвердила я.

Разве такое забудешь! А ещё я очень хорошо запомнила, что ни тогда, ни в этот вечер о любви мне никто не говорил. Так к чему этот допрос? Змеи любвеобильны, это я тоже отлично помню. Как и то, что без него мне очень и очень плохо!

И как быть?

– Ну, так что?– Рон согнутым пальцем поддел мой подбородок и заглянул в глаза.

– Ты мне точно не противен, – я вдруг вспомнила, с чего начался наш разговор, – глупости какие! Стала бы я с тобой целоваться.

– Действительно, – произнёс мой личный Змей-искуситель, прикасаясь своими губами к моему виску, щёчке и спускаясь к губам, – и это так приятно... Но ещё приятнее не разговоры разговаривать, а действовать.

– Действуй, – прошептала я, закрывая глаза.

Мне казалось, что снова наступило лето. Так горячи были его прикосновения и жарки поцелуи. Кожаный шнурок с волос Рона куда-то слетел, и я с удовольствием запускала руки в густые волосы Змея в те моменты, когда он целовал мою шею, плечи. Прислонившись к столбу беседки, я задыхалась от нежности его прикосновений, от тех желаний, которые будил во мне Рональд, от восторга, с которым он смотрел на меня. Что я делаю? Эта мысль пару раз пронеслась в моей голове. Змей же ловким движением ослабил шнуровку на моем платье, и то предательски начало спускаться с плеч.

– Ты замёрзнешь, – хрипло произнёс он, снимая с себя и набрасывая мне на плечи свою куртку, а затем крепко прижимая к своему горячем телу.

Замёрзну? Какая глупость. Именно сейчас я горела от его прикосновений, от тёмного взгляда, затягивающего в свои глубины и тех ощущений, что возникали во мне от его близости.

– И заболею, – усмехнулась я, зачем-то добавив несмешную шутку, – и умру.

– Оля! – недовольный Змей поднял моё лицо и произнёс, да так, что я мгновенно поверила ему, – тогда и я умру тоже.

– Почему?



Ирина Снегирева

Отредактировано: 29.11.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться