Дай мне право с тобой проститься

Размер шрифта: - +

Глава 1

– Что случилось, Виктор? – оторвав взгляд от мутноватого стекла, за которым по карнизу чинно вышагивая, гулял прикормленный почтовый голубь, Бэйли Гренвиль обратился к молодому мужчине, занесенному волей случая в канцелярскую контору, да не просто из праздного любопытства, а поработать.

Тот, сидя напротив Бэйли потирал острый кончик уха(1) и вчитывался в документы, брови хмуро сошлись на переносице, из-за чего все время приходилось поправлять пенсне. На лице молодого крючкотвора этот аксессуар смотрелся совершенно неуместным, но придавал солидности, поблескивая позолоченной оправой.

– Да вот, кажется, затесалось по ошибке. Криминальные сводки мне обычно не передают, но…, – тот самый Виктор рассматривал содержимое с большим интересом. – Странная девица. Вроде уже что-то о ней слышал, – не отрываясь от прочтения, проговорил он и прошелся пятерней по светлым, выгоревшим почти до соломенного цвета волосам.

– Криминальные сводки? – Гренвиль обернулся, рассмотрев бумагу, кивнул, для него это видно не новости. – Удивлен, что государственной преступницей оказалась хрупкая девица?

– Да, наверное, – протянул Виктор, задумчиво. – Что за преступница такая? Говорят, сбежала пару лет назад, отправив на тот свет с десяток сильных скардов(2), – Виктор наконец поднял голову, от серых глаз веяло серьезностью и любопытством. Гренвиль готов был поспорить на свою трубку из кости лагрода(3) – беглянка чем-то зацепила парня. Странно только вот, чем? Неужели тем, что сумела одолеть сильных мужчин? Мельчает нынче мужской род, если так интересуется сильными женщинами. Женщинам самое место дома, беречь уют и покой, растить детей, следить за модой и вышивать долгими зимними вечерами. Бейли всегда считал – женщина нежный хрупкий цветок, о котором муж и берет заботу. А эта что? Безобразие, да и только. Тьфу!

Слухов то, конечно, ходило среди служивых немало, но вот живых скардов, кто мог бы похвастаться, что видел эту рыжую бестию воочию, капитану не встречалось, а дознаватели… те не признаются. Не так уж все и чисто с этой девчонкой. Гренвиль покосился на стопку бумаг, где должны были иметься и портреты и досье на беглянку. Уж чего чего, а сам точно не желал всретить кровожадную дамочку, да и Виктора бы постеречь.

Тот бегло просматривал содержимое сводки и технического задания. Кроме текстового описания беглянки к сводкам должен прилагаться очень старый портрет сомнительной схожести, и тот пока еще не удостоился рассмотрения. Гренвиль внимательно наблюдал за молодым скардом. Виктор немного поежился, словно кожей почувствовал взгляд, поднял голову, вопросительно приподнял брови.

– Что пишут?

– Надо  поймать или посодействовать в поиске опасной преступницы, – задумчиво ответил Виктор.

– Думаю, в этот раз ее поймают, – отмахнулся капитан. Он вальяжно разместился за столом, откинулся на спинку кресла, небольшое брюшко натянуло твидовую ткань новенького жилета. Все-таки от работы в кабинете имелись свои плюсы, и Бейли больше не приходилось таскать неудобную форму стражей порядка.

В сторону Гренвиля устремилось нетерпеливое вопросительное «и».

– Казнят, – крякнул мужчина. – Ты хоть представляешь, скольких она уже умертвила? А? Эта шельма не такая уж бедненькая и несчастная, какой ее представляет Орден Матери Огнеды(4). Попомни мои слова, она еще доберется в столицу, если еще не успела вернуться. Вот переполоху будет. Говорят она безумна, а таких лучше сразу отправлять на плаху.

– И вам не изменило спокойствие? Словно женщину не на казнь оправляете, а на скачки, или в музей, любоваться шедеврами живописцев, – неприязненно заметил Виктор и внутренне передернулся. – Ваше равнодушие несколько пугающе, – молодой скард поморщился. Не то чтобы он не имел представления, насколько закостенели души скардов, работающих бок о бок с дознавателями, испытателями и палачами, но...

– Если бы она убила кого-то близкого тебе, ты наверняка думал иначе, – почти полное отсутствие эмоций в голосе Гренвиля сбивало с толку и только самая малость осуждения угадывалась в словах капитана. С одной стороны да, это ужасно, что погибли скарды, еще ужаснее, что погибли при таких обстоятельсвах и от руки женщины. Но… разве можно оставаться равнодушным, когда смерть касается женщины? Этого Виктор никогда не мог понять.

– Каждый день умирают скарды, шиоты(5), сверги(6)... среди них и женщины, и дети. Плакать теперь, что ли? – между тем рассуждал Гренвиль. – Так я чай не баба, слезы проливать за каждую чужую душу, – капитан усмехнулся в усы, заметив негодование в глазах молодого скарда. – А убийц и подавно не жалко.

– Я не о том, – укоризненный взгляд прожег циника. – Она ведь женщина. Дарящая жизнь. Вы не думали, что женщине для такой жестокости нужно дать слишком весомую причину? – спросил Виктор. Он, конечно, не являлся судебным аналитиком, не работал со скардами, свернувшими на кривую дорожку, но дух исследователя требовал справедливо разобраться в происходящем и вывести формулу вдаимодействия мотивов и последующих происшествий. Виктор прошелестел бумагами, вернувшись к работе, формула немного подождет. Хотя…

 – Я думаю, не может не быть первопричин, которые могли бы подтолкнуть эту особу к преступлению, если, конечно же, она таковые действительно совершала, – добавил Виктор. – Это противоречит закономерности мышления и действия. Бейли, вы ведь не будете отрицать, что причинно-следственные связи обуславливают и доказывают фактически любой закон – от природы до магии. И… это ведь не мужчина с решительным характером, это слабая девица…

– Эк заумничал сразу. Ну на счет слабой я бы поспорил, – отозвался Гренвиль. – А что до характера, кто ж ее знает? А кроме характера пророй одной только глупости, да безрассудства бывает достаточно. Будто сам не знаешь, как ветрено бывает в голове по юным годам, – усмехнулся капитан в ответ, но напоролся на серьезный взгляд. – Ладно-ладно, не о том. Что ж вы все молодые реагируете так остро? И умничать не надо, это я тебе как капитан стражи говорю. Причины… Да все что угодно могло произойти, поверь мне.  Для того чтобы перейти черту, много не надо. Никто не знает, как оно было на самом-то деле. Может, с ума сошла… было ж с чего небось... – выдал Бейли. – Была бы скардой, так и жизнь может иначе сложилась… А так… не выдержала видать, – пожал плечами мужчина. – Судьба у девки не сахар вышла, – брови капитана сошлись на переносице, проявляя серьезность. – Что там еще в твоих бумажках написано? Мне и самому любопытно, чего вспомнили то окаянную.



Юлия Танюшина

Отредактировано: 15.06.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться