Дай мне свободу. Возьми мою любовь

Размер шрифта: - +

Глава 10. В деревне

Принцесса проснулась от того, что в глаза ей бил яркий солнечный свет. Приподнявшись на локтях и осматриваясь, она все ещё не могла понять, где находится. Каждое ее пробуждение с недавних пор было непохожим на прежние, вот и теперь княжна с удивлением изучала новое место — небольшую комнатушку со сбитыми из дерева стенами и развешанными по углам соцветиями трав, окно с раскрашенными ставнями, вышитые вручную занавески, самотканый ковёр на полу и разноцветное лоскутное одеяло, брошенное рядом с кроватью.

И, глядя на это одеяло, Элла вдруг вспомнила все. Как вчера, едва переступив порог дома Бранки, еле нашла в себе силы ополоснуть лицо и выпить крынку молока. Как веселая и говорливая хозяйка по доброте душевной отдала им свободную комнату с широким ложем, чтобы они могли как следует отдохнуть вдвоём. Как бродяга, шутливо ворча на целомудренные привычки жены, стянул одеяло с кровати и устроился на полу. И как ночью она просыпалась от кошмаров, крича и плача, неспособная избавиться от ужаса и тревоги, сдавивших горло, заставивших сердце биться часто-часто. И как цыган, мгновенно поняв все, лёг к ней, прижал к себе и долго нашёптывал на ухо какие-то слова на незнакомом языке, пока его тихий голос не убаюкал ее, словно колыбельная. Тогда Элла, наконец, уснула — так крепко, что сейчас ей потребовалась не одна минута, чтобы прийти в себя и вспомнить недавние события.

Присев на кровати и смущённо оглядываясь в поисках своего неугомонного спутника, княжна поняла, что находится в комнате одна, и только после этого позволила себе вздохнуть, закрыв лицо руками. Кажется, у неё появилась новая привычка — спать спокойно только когда рядом находится этот диковатый бродяга, отпустивший уже не одну шутку по поводу их странного союза. Она и сама не могла понять, почему так происходит, но именно в эти минуты серьезно задумалась о будущем. Ведь после пересечения границы их дороги разойдутся, и цыган больше не сможет успокоить ее и прогнать все ее страхи. Как верный слуга он должен будет передать жену в руки короля Рэймондо, при одном упоминании имени которого Элла чувствовала лишь досаду и раздражение. А что, если её судьба снова окажется всего лишь разменной монетой в играх властолюбивого императора, который всегда считался только со своими интересами?

Понимая, что меньше всего ей хочется из одной темницы, мрачной и сырой, попасть в другую — богатую и позолоченную, Элла с удивлением подумала, что была бы не прочь так и остаться жить вдали от политических интриг, в небольшом селении, с новым именем и новой судьбой, пусть даже женой цыгана. Пусть у ее мужа не было и капли благородного лоска, но он был честным, надежным и настоящим — и Элла не боялась ничего рядом с ним. Даже темноты, от которой всегда оборонялась ночниками и свечами, рассказывая Марте небылицы о том, что ей всегда нужен свет, чтобы проснуться и записать случайные мысли — ведь это могут быть идеи государственной важности. Теперь ей не нужны были даже эти уловки. Ей вообще не нужны были уловки рядом с ним, а вот необходимость вновь вступить в мир придворных, где привычными были интриги, притворство и предательство начала вызывать в Элле отвращение.

— Вот так-как, — только и могла проговорить она, настороженно озираясь по сторонам, будто кто-то мог подслушать ее тайные мысли. — Что же я за наследница такая — готова бросить свою страну и отказаться от долга, возложенного на меня только, чтобы... — Элла помедлила, опасаясь даже произносить эти слова вслух. — Чтобы я одна была по-личному счастлива.

Помедлив еще несколько минут, будто пытаясь свыкнуться с этой своей новой стороной, Элла спустила ноги с кровати, с удивлением замечая, что на них снова свежие бинты и что каждый шаг уже не отдаёт такой болью, как прежде. Прежде, чем корить себя за мимолетное желание простой жизни и отказ от борьбы, следовало внимательнее изучить эту самую жизнь и понять, от чего ей следует отказаться в будущем.

Открыв дверь и пройдя наугад по длинному коридору, принцесса, как и ожидала, попала прямиком на кухню, из которой по всему дому разносились аппетитные запахи. Бранка, хлопочущая у печи, тут же уловила движение за спиной и, оглянувшись, приветливо улыбнулась гостье:

— А, проснулась! С добрым утречком!

— Доброго... утра, — неуверенно ответила княжна, чувствуя в голосе хозяйки дома скрытую иронию и понимая, что время на самом деле уже далеко не утреннее.

— Как спалось? — продолжая бросать в ее сторону веселые взгляды, Бранка поставила на стол глиняный горшочек с печёным картофелем, от которого валил пар, и быстро прикрыла его крышкой. — Пригласила бы тебя к завтраку, да уже обед прошёл! Так что садись, пополдничаешь! А потом в купель, согрею тебе воды, смоешь с себя дорожную пыль и грязь. Я бы вчера ещё устроила тебе головомойку, но муж твой приказал тебя и пальцем не трогать, а ослушаться его я не смогла, — снова засмеялась она, нарезая хлеб большими ломтями. — И поутру сказал не будить, пока не выспишься, а сам на заработки ушёл — у меня к началу дня уже очередь охочих нанять его стояла!

— Ох, ну что же ты... — смутилась Элла, заглядывая под крышку горшочка, и чувствуя, как от голода начинает сосать под ложечкой. — Нужно было поднять меня раньше, я бы помогла тебе.

— Да ладно уж! Я, что ли, не слышала, как вы полночи не спали? — игриво подмигнула ей Бранка. — И хорошо, что отдохнула. Не всякий муж после того, как получит своё, позволит жене поутру поспать. Счастливая ты, — добавила она, присаживаясь рядом. — Любит он тебя. По-настоящему, не на словах. Нечасто такое встретишь, так что не красней, не красней! Тут стыдиться нечего!

— Я... Что ты, Бранка! Ты совсем не о том! — чувствуя, как ещё сильнее начинают пылать щеки, Элла никак не могла заставить себя спокойно реагировать на такие откровенные разговоры. — Я вчера сразу же уснула, просто я плохо сплю в темноте. Меня кошмары мучают... с детства. Поэтому я и шумела. Прости, если разбудила тебя. Я очень не хотела помешать.



Таня Танич

Отредактировано: 05.02.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться