Даниэль бен Ашер. Галактическая разведка.

Размер шрифта: - +

Стр. 341 - 350.

– Вы хотите сказать, что у вас есть скафы?!

– Конечно, опытные образцы у нас есть, это же наш институт их разрабатывал. У меня даже есть право их использовать для экстренных нужд. Таких, например, как контроль состояния атмосферы над нашим индустриальным городом. Пойдём – полетаем немного.

Аарон привёл Дани в ангар, где стояли несколько скаф. В отличие от эденских на этих имелась панель управления и штурвал.  Аарон занял место пилота и включил энергосистему, Дани сел рядом.

– Звук как у аварийного генератора линтера, мне приходилось его запускать, – сказал Дани.

– Всё верно, система  аналогичная – кислородно-водородная турбина в основе. Ну, полетели.

Аарон дал команду, и крыша раздвинулась. Взлетев над институтом, он вызвал диспетчера и сообщил о своём контрольно-измерительном полёте. Затем он сообщил о предстоящем испытании нового водородного двигателя и возможных звуковых эффектах, после чего состояние атмосферы будет снова проверено. Диспетчер не удивился и принял сообщение к сведению, – ночные испытания в ИКТ были в порядке вещей. Полетав для вида над институтом и окраиной города, Аарон вернулся и завис над испытательным корпусом. Тепловизор показал отсутствие живности на всей территории института, только на проходной дежурили двое пожарников, но расстояние до них, к счастью, было достаточным. Вернувшись в кабинет Дани, двое ночных испытателей взялись за свой рискованный опыт.

Дани включил систему управления и измерительные приборы. Когда силовые конденсаторы зарядились, он ввёл темпоральные генераторы.

– Всё готово, если нажать эту кнопку, запустится модулятор, и тогда…

– Жми!

Дани нажал. Эффект превзошёл все ожидания. Калориметр зашкалило. Мощный резистор, который был способен принять на себя и рассеять мощность гигаЕМного энергоблока электростанции при внезапном сбросе нагрузки – расплавился. Пиковые индикаторы давления в камерах ЭТАКа отметили девяносто процентов от максимально допустимого. Трубы, отводящие водород, выдержали, но при выходе в атмосферу мощный поток газа вызвал электрический разряд и водород воспламенился. К счастью, это было всё же горение, а не объёмный взрыв, так как водород не успел смешаться с воздухом, но уровень звука всё же получился выше всяких допустимых пределов. У испытателей заложило уши. А город подумал: «Опять в ИКТ что-то взрывают,  поспать не дадут!»

Сначала Дани и Аарон сидели и тупо смотрели друг на друга. В ушах стоял звон, и никаких других звуков различить было невозможно. Дани обратился к своему старшему товарищу мысленно.

– Кажется, сработало, дядя Аарон, я ничего не слышу, но мы можем обмениваться мыслями, ведь я – телепат.

– Я тоже ничего не слышу. Наверное, это продлится час или даже больше. Не бойся, нанопроциты справятся, постепенно слух вернётся. Кажется, мы ещё легко отделались. Вот скажи, Дани, какую мощность ты рассчитывал получить от рекомбинационного тока?

– Разве это возможно как-то рассчитать? Эффективность разделения вакуума с помощью резонансного темпорального поля величина совершенно неизвестная. После этого эксперимента расчёт будет уже возможен, хотя, довольно приблизительный, ведь мощность измерить не удалось – калориметр зашкалило.

– Пойдём посмотрим на наш резистор. Кстати из чего были подводящие провода?

– Я сделал их сверхпроводящими, так что они не должны были сгореть.

– Это правильно, иначе мы могли бы поджечь ещё что-нибудь, кроме нагрузки.

Они пришли во двор испытательного корпуса. Это была большая открытая площадка, на которую устанавливали дополнительное оборудование для экспериментов. До нажатия кнопки здесь стоял поглощающий резистор с водяным охлаждением, размером с большой универсальный контейнер, в котором товары перевозили по железной дороге и отправляли в колонии. Теперь на его месте была большая лужа расплавленного металла – смеси хрома, никеля и железа. Она светилась оранжевым цветом.

– Хорошо, что стены корпусов из базальта, и никаких окон на площадку. Не в первый раз уж тут происходит подобное. Ну, и как ты оценишь мощность?

– Что сказать… мощность превышена раз в тысячу или даже больше. Я потом рассчитаю точно, сколько нужно энергии, для того чтобы превратить такой резистор в лужу металла. Составлю математическую модель и просчитаю – простое дело!

– То есть, если грубо оценивать, вместо гигаЕМа мы получили мощность порядка тераЕМа. Ну, скажи, пожалуйста, почему ты задал длительность процесса в одну миллисекунду, а не две и не пять?

– Интуиция! Задай я пять, трубопровод не выдержал бы, и испытательный корпус взлетел бы на воздух. Нас бы отстранили от работы на пять лет, и мы стали бы жить на социальное пособие, так что – интуиция. Если бы Эстер понимала в энергетике, она угадала бы длительность точнее, и нам на утро не пришлось бы сдавать металлолом.



Александр Шен

Отредактировано: 20.10.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language:
Interface language: