Дар 2. Северный пик.

9

Дельфи толком не помнила, как очутилась в комнате Главного Хранителя. Азул усадил ее в большое кресло темно-орехового цвета с бархатными подлокотниками и опустился рядом с ней на корточки. Какое-то время он смотрел на ее опустошенное лицо, потом тяжело вздохнул:

- Это просто чудо, что ты здесь, - сказал он. - Прости, что не получилось у нас смягчить этот удар…

- Как это можно смягчить? – безжизненно откликнулась она.

В ее душе как будто все вспыхнуло огнем, а потом покрылось коркой льда. Она боялась даже начинать прислушиваться к себе, потому что казалось, стоит тронуть этот лед, как он вновь вспыхнет и не оставит после себя больше ничего… Слова Кираны крутились и крутились в голове, и ей чудилось, что она уже не понимает их значения, лишь слышит непонятные ей фразы, которые почему-то продолжают обжигать, как ядовитые жала…

Азул пожал плечами.

- Кросстисс пытался…

Дельфи шумно втянула воздух, отвлекаясь от внутренней боли, и стиснула обеими руками подлокотники. Старания Кросстисса вызывали сейчас глухую ярость, хотя она и понимала в глубине души, почему он это делал. Наверное… С ним нельзя быть уверенной никогда. И он все это время знал! Знал, что ни следа больше не осталось от ее народа! И молчал! Отправил ее восвояси на поиски, а сам и слова не сказал, что ничего она не найдет! И ведь удивительно, что в собранной ей информации нет и намека на то, что город погиб. «Погибший»… Дельфи прикрыла глаза и попыталась впустить это слово себе в сердце… Погибший Эльмхорас…

- Ты обещал рассказать… - прошептала она.

Теперь она не была уверена, что хотела бы это услышать. Она так долго искала правду, но никак не ожидала, что та окажется настолько сокрушительно горькой и опустошающей.

В это время в дверь робко постучали, и в комнату бесшумно скользнула одна из Хранительниц. Она принесла поднос с чаем и сладостями и, поставив его на столе, также тихо вышла. Азул проводил ее взглядом, затем выпрямился и прошел к столу.

Дельфи же впервые огляделась. Жилище Главного Хранителя было непритязательным, но довольно уютным. У одной стены от пола до потолка возвышались книжные шкафы такого же цвета, что и в Хранилище. Несколько стопок каких-то книг высились рядом, сиротливо опираясь на один из шкафов. У противоположной стены стоял большой деревянный стол и два кресла, одно из которых она и занимала в данный момент. Через окно над столом в комнату светила ярко-желтая луна, словно еще один световой шарик, повешенный кем-то в небе в дополнение к тем, что были встроены в книжные шкафы комнаты в некоторых местах. Удивительное сходство…

Азул вернулся к ее креслу с двумя чашками чая, вручил ей одну и сел напротив нее в точно такое же кресло.

- Каждый год мы вспоминаем события пятидесятизимней давности, - устало начал он, - и поем особую песню, предназначенную тем, кто сгинул той ночью… Эта боль… она так и не ослабевает…

- Там были твои друзья? – поинтересовалась она.

- Моя мать, - глухо отозвался он.

Дельфи резко выпрямилась в кресле, чуть не расплескав чай, и изумленно покачала головой. Странно, но теплая волна крошечного облегчения прошла по телу от осознания того, что она была не одна с этой потерей…

- В Эльмхорасе жили драконы? – осторожно спросила она.

Азул отрицательно покачал головой.

- Моя мать не была драконом, она была Белой Хранительницей. Драконом был отец.

Он сделал глоток из чашки и продолжил:

- Белые Хранители испокон появляются по всему миру у разных народов. Когда Хранитель осознает себя таковым, он находит путь сюда на Северный Пик.

Азул усмехнулся.

- Сейчас для нас это целое событие. Но в Эльмхорасе все было по-другому. Один из сильнейших городов Севера, он имел собственную Академию Хранителей. Это было связано с тем, что в нем чуть ли ни каждый второй был Хранителем того или иного уровня…

Дельфи приподнялась в кресле, удивленно распахнув глаза.

- Да, - усмехнулся Азул, - в этом нашему с тобой городу равных не было.

Он заметно погрустнел.

- Это, на мой взгляд, и послужило причиной всего произошедшего. Эльмхорас стал сильным и независимым, средоточием военной силы и центром торговых путей Севера… Последний правитель Эльмхораса – Маэтрисс Ноэр однажды решил, что пришло время показать свою силу не только верхнему, но и нижнему миру.

Дэльфи неодобрительно покачала головой. Азул тяжело вздохнул, глядя перед собой.

- Все произошло так стремительно, что никто и опомнится не успел… Маэтрисс противостоял Кайтиффу, пришедшему на его зов, какое-то время даже успешно, но обычному Белому Хранителю это не под силу.

Дракон стиснул кулаки.

- Да и смысла в этом нет никакого! – рыкнул он. – Целый город поплатился за амбиции молодого заносчивого монарха!

Он помолчал какое-то время.

- Я не успел всего на несколько мгновений…

А Дельфи вдруг уставилась перед собой невидящим взглядом. Обесчувственный разум цеплялся почему-то за детали рассказа, лишь бы не начинать осознавать масштабы ее личной потери. "Обычному Белому Хранителю не под силу противостоять Кайтиффу... Кто же тогда Кросстисс?"

***

Кирана вылетела стремглав из зала и бросилась вниз по ступенькам. К сожалению, она слишком быстро все поняла. И теперь от этого хотелось сброситься к демонам со скалы и запретить крыльям раскрываться… Отец просто разменял ее на очередную маленькую победу в своей интриге. С каким лицом он вещал ей, какая это будет честь, если она в этот раз начнет традиционную молитву…

Она стиснула кулаки и вдруг резко развернулась и кинулась вверх в центральную башню… Надоело все! Эта ненависть, вранье, одержимость властью и подмена благих намерений… И теперь вот этот вечер, который не оставил ей выбора. Какой позор! Она выглядела так жалко там, под взглядами Хранителей. А Дельфи? Кирана зарычала, вспоминая ее глаза, когда она произнесла свои слова… Какой теперь смысл объяснять что-то кому-то? Никакого… Нет никакого смысла.



Анна Владимирова

Отредактировано: 10.06.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться