Дар Старинного Кольца

Размер шрифта: - +

12

* * *

С трудом открываю глаза, ощущая, как Борис брызгает мне в лицо ледяной водой. Пытаюсь приподняться, - но чувствую, что перед глазами все плывет.

- Лежи, лежи, - Борис так волнуется за меня, что у него дрожат руки и голос.

- Что это? – в калейдоскопе из заката и воды, подернутого перед моими глазами какой-то туманной рябью, вдруг резко выделяется большое белое пятно. Белизна такая яркая, что просто слепит глаза.

- А, это, - Борис оборачивается, следя за моим взглядом. – Это голубь свалился прямо на нашу палубу. Ударился, бедолага, со всего размаха головой.

- Принесите его… Пожалуйста…

С чего бы мне стал нужен этот голубь? Может, дело в том, что и сейчас я пребывала в некоем дурманном состоянии полусна-полуяви, и этот голубь показался мне так же важен, как тот, которого я видела во сне?

- Да, ну его, - Борис махнул рукой. – Убился, наверное. Нечего там и смотреть. Главное, ты как? – он наклонился надо мной, почти касаясь лбом моего. Видимо, хотел рассмотреть зрачки.

- Можешь следить за пальцем? – Борис отстранился и начал плавно водить указательным пальцем у меня перед глазами.

- Голубь! – практически истерично закричала я. Нет, это скорее было похоже на визг.

Борис посмотрел на меня ошеломленно. Да я и сама не понимала, с чего вцепилась в этого голубя. Может, просто в этот момент мне было очень плохо, только вот обо мне было кому позаботиться, а о нем – нет.

Все же я добиваюсь своего, и Борис подносит ко мне этого несчастного голубя. Он еще жив, видно, как бьется его сердечко.

- Пожалуйста, спаси его! – шепчу я, а голова снова опускается вниз. – И дай мне пить, - при всем головокружении меня мучает нечеловеческая жажда.

- Хорошо, хорошо, спасу, - Борису приходится держать мою голову, чтобы я смогла напиться. – А завтра доставлю тебя в клинику. И вызову самых лучших специалистов.

- Хорошо, - я снова проваливаюсь в туман, успевая, однако, заметить, как Борис подносит голубю воду в ладони, а тот, мгновенно приходя в себя, начинает ее пить.

* * *

Наконец-то ночь без сновидений! Я просто провалилась в темноту. Чувствовала, как Борис на руках донес меня до моей постели и заботливо укрыл.

- Не переживай за меня, я не теряю сознания, - в полудреме шептала я ему. – Просто безумно хочу спать… Даже глаз открыть не могу…

Это было правдой, - я действительно, как ни старалась, никак не могла раскрыть глаза.

Он уложил меня, и руки, пусть слабо, но все же державшиеся за него, упали на постель, как плети.

- Только оставь мне голубя, - снова шепчу я, чувствуя, как он наклонился ближе.

- Да не переживай, все с твоим голубем будет хорошо. Спи.

- Нет, обязательно оставь его, пусть он будет здесь, - и я уже не слышу ни его ответа, ни осторожных шагов.

Утром я почувствовала себя относительно живой. В теле еще ощущалась слабость, но голова уже не кружилась и наконец-то пропали голод и жажда, которых я никак не могла утолить в последние дни. Потянувшись, я заметила голубя, спящего в клетке на тумбочке у моей кровати.

- Так, значит, мне не показалось! – удивленно сказала я вслух сама себе.

- Нет, тебе не показалось, - услышала я смешок Бориса. – Надеюсь, мне тоже не кажется и тебе действительно лучше!

-О, да большое спасибо! Правда, я еще не вполне уверена, что смогу сниматься, а в целом, - ничего. Я даже с удовольствием прогуляюсь по пляжу после завтрака.

- Ну, что ты, дорогая, какая работа, какие съемки? Даже и не думай! Но прогулку придется отложить, - мы отправляемся в клинику!

Борис не реагировал ни на какие протесты. И, как ни убеждала я его, что чувствую себя на самом деле гораздо лучше, все-таки доставил меня в клинику, настояв на том, чтобы я прошла полный осмотр.

- Такие вещи сами по себе не появляются и не проходят! – настаивал он. – Вполне возможно, что у тебя какой-нибудь недуг, о котором ты даже и не знаешь! Ты не представляешь, сколько есть таких болезней. И чаще всего их выявляют даже случайно, потому что они никак себя не выявляет до тех пор, пока не станет уже поздно!

Спорить с ним было бесполезно. А такой заботой я была по-настоящему тронута. Что ни говори, а далеко не всякий близкий родственник станет так волноваться о чьем-нибудь здоровье, не то, что дальний, да которого, к тому же, я впервые увидела совсем недавно. Борис очень трогательно убедил меня в том, что и ему как раз очень даже не помешает пройти полное медицинское обследование, чтобы проверить, насколько сильны оказались наши местные знахари, и он, в общем-то, и сам со времени отъезда собирался это сделать, только вот все никак не мог освободиться от дел, а благодаря мне как раз и возможность появилась. Я потихоньку посмеивалась над этим объяснением, не подавая, впрочем, виду, но эта деликатность мне очень нравилась.

Я оказалась совершенно здорова. Более того, буквально с каждым часом мне становилось все лучше и лучше, - совершенно непонятно, что же стало причиной такого странного состояния, неужели только то, что я не выспалась? Впрочем, врачи действительно допускали, что таким образом мой организм проходил адаптацию, - в этом и была причина и дурманных снов и всего, что за ними последовало.

В глубине души я вздохнула с облегчением, а то и сама уже начала подозревать какую-то жутко неприятную болезнь, затаившуюся до поры в моем организме и резко проявившуюся в новых для него условиях. Борис, к моему удивлению, тоже оказался абсолютно здоров, - надо же, в его-то годы и даже язвы какой-нибудь нет! Кстати, сколько же ему лет? Я так и не выяснила этого, пока он гостил в нашем городке. Сейчас же он выглядел на 40-45, никак не больше и, судя по его заплывам, был в прекрасной физической форме, - да что там, даже в гораздо лучшей, чем я. Неужели действительно наши знахари так постарались? В таком случае обязательно возьму у него адресок того, кто над ним поработал, - и родителей свожу, и себе долголетие обеспечу. Причем, счастливое, благополучное долголетие, без всяких там болячек.



Неонилла Вересова

Отредактировано: 06.03.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться