Дар Старинного Кольца

Размер шрифта: - +

22

Впереди было темно. Совсем темно. Ни одного светящегося окна, только темные очертания домов. Конечно! В деревне люди ложатся спать рано! Спросить дорогу дальше будет не у кого, - разве что стучаться в двери и будить хозяев. Сомневаюсь, что они с большой радостью помогут мне после такого. Мое чувство облегчения спряталось куда-то в самую глубь. Неужели придется провести всю ночь в поле? Голодной, замерзшей и с комарами, которые меня к утру почти съедят?

Но, к моей радости, я замечаю в темноте у дома силуэты. Приближаясь, рассматриваю их получше. Трое мужчин выносят из дому явно тяжелые мешки. Ах, как мне повезло, что кто-то еще не спит и трудолюбив настолько, что решил поработать ночью!

- Здравствуйте! – радостно обращаюсь я к ним.

* * *

Как же болит голова! Просто раскалывается! Все тело ломит и трясет. Где я? И как здесь оказалась? Брр, как же холодно и больно!

Я снова в подвале, только теперь у меня связаны руки и ноги. И подвал находится неизвестно где. Жаль, что нет никакого шанса на то, что все это мне только приснилось. На будущее запомню, - не стоит ночью подходить к незнакомцам, особенно в незнакомой местности.

Наверху слышаться тяжелые шаги.

- Она хоть жива?

- Да жива, жива, стонала, пока я нес.

- И что нам теперь с ней делать?

- Слушай, а зачем с ней вообще что-то делать? Лиц она не видела, куда принесли, - тоже. Ничего она не скажет никому. Вынесем, пока не пришла в сознание, и бросим в поле. А с утра ее найдут. Что с ней случилось? Не помнит. Стукнул кто-то по голове, - и всех делов.

- А если видела? И утром нас узнает?

- И что ее теперь, убивать?

Такой поворот беседы нравился мне гораздо меньше. Я уже не то, что была согласна на ночь в поле, эта перспектива меня даже начала радовать.

- Ну уж нет! Добро из дома вынести, - это одно. Они еще наживут, не обеднеют. А вот убивать я не стану. Мне жить потом с этим. Нет.

- И я не стану, - раздался молчавший до этого голос.

- А если она очнулась, а? Как ты ее нести будешь?

- Не знаю. Как там, в кино, - чулок на голову, ну, или шапку, - глаза только вырезать. И никто никого не увидит.

- На кой тогда мы ее сюда волокли?

- А я знаю? Раньше надо было думать! С перепугу бахнули по голове и потащили вместе с мешками! Да и времени думать не было, - как кто-нибудь услышал бы?

- Не знаю… Дом заброшенный. Уедем утром, а она пусть валяется. Очнется, орать начнет, - кто-то ее и найдет. А то мало ли. Как нас заметят, когда ее понесем отсюда?

- Согласен.

- А если сгинет?

- Тогда мы будем ни при чем. Судьба, значит, у нее такая.

- А прокурор, в случае чего, поверит? Ее ж искать начнут, - шутка ли, человек пропал! И найдут! Всех находят, рано или поздно. И с нами свяжут. А так, по краже, может, никто особо напрягаться и не будет. Поищут пару деньков, - и бросят. Ей – жизнь, а нам – свобода с чистой совестью и без напряга. Ну?

- Нет, - видимо, здесь все решается не количеством голосов, а авторитетом этого одного. – Некогда возиться. Уходим отсюда. Нам до рассвета далеко уж надо быть. Подставимся, носить ее. И время потеряем. Все. Пошли. И так уж задержались слишком, - похоже, этот спор у них длился долго.

Пара минут, - и шаги движутся к выходу. Дверь не хлопает, но больше ничего не слышно. Видимо, ушли.

И что мне остается? Надеяться, что утром мои крики услышат? А если нет? С моим теперешним везеньем я даже не знаю, на что мне рассчитывать. Не факт, что на мои крики не появиться кто-нибудь еще похуже, - пока неприятности идут по нарастающей.

Я прижимаюсь головой к холодному камню, - боль действительно невыносима, настолько, что я даже была бы не против снова потерять сознание. Но мне так не повезет.

Впрочем, то, что они ушли, решив все же оставить меня в живых, - уже не может не радовать. Так что стоит, наверное, порадоваться тому, что я в безопасности. Все-таки, у меня еще есть жизнь. А, пока ты жив, все можно изменить. И измениться тоже может многое.

Да, жизнь, - это действительно качели. Подняли меня вверх, подарив огромную любовь, - и опустили вниз, отняв любимого. Качнули вверх, - и вот я на Сейшелах, а передо мной открыты радужные перспективы, и тут же вниз, - Дамир с его ужасным планом. И снова вверх, - просвет, который появился из встречи с бабушкой, возможность выпутаться из ситуации, в которой оказалась, и, - вниз, прямиком в этот подвал. И мог ли Дамир хотя бы допустить, что его планам, планам мага, наделенного немалой силой, могут помешать какие-то обыкновенные воры… Ведь они могли убить меня, отобрать кольцо, - как хорошо, что оно не выглядит дорогим, и на него не позарились, - и все, все его планы сорваны.

Мне даже становиться смешно от этой мысли. Как бы изменилось его лицо, случись что-нибудь подобное!

Впрочем, сейчас я могу и посмеяться. По законам жанра в ближайшее время со мной должно произойти что-нибудь хорошее, - плохого на сегодня даже через край. Что ж, жизнь, мне остается только положиться на тебя. А, знаешь, я даже рада, - не каждому удается столько пережить! Когда-нибудь я, наверное, вспомню обо всем этом с улыбкой. И, может, даже расскажу своим правнукам. Нужно настроиться на хорошее, - тогда оно непременно произойдет.

И оно происходит! Не просто хорошее, а нечто совершенно чудесное! Мой голубь возвращается! Как ты меня нашел? Это немыслимо, - на какой-то миг я даже забываю о том, что он, скорее всего, причастен к магии. Я так рада тому, что он здесь, что даже начинаю плакать. Милый, милый голубь! Влетев через узкое окошечко подвала, он начинает клевать веревки, которыми связаны мои руки. Увы, он часто промахивается и попадает по кистям, но я так рада, что терплю это даже без крика. Мой дорогой! Что же бы я без тебя делала!

Наконец-то свобода! Я обнимаю голубя ладонями и целую его в голову.



Неонилла Вересова

Отредактировано: 06.03.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться