Дела и случаи нестарой девы

Размер шрифта: - +

Глава 17

Июнь 2000 года. Подмосковье 


Не успела девочка раскрыть рот, как кто-то, не видимый за калиткой, резко дёрнул её на себя, и она исчезла. Калитка с грохотом захлопнулась. И снова раздались странные звуки. Ирина в ужасе уставилась на Андрея. Тот приложил палец к губам и предостерегающе покачал головой: молчи. А сам громко сказал: 

- Простите, что беспокоим! Но у нас беда. Пропали мой младший брат и его друг. Им обоим по пятнадцать лет. Зовут Алексеем и Константином. Не могли бы вы посмотреть на фотографии? Вдруг вы их видели? Очень вас просим! 

Копошение за калиткой стихло. И через секунду брякнул засов. В проёме показалась симпатичная немолодая полная женщина. 

Ирина улыбнулась ей и выхватила из папки фотографии. 

- Вот, посмотрите, пожалуйста. Мы очень волнуемся за мальчиков. 

Андрей добавил: 

- У нас есть информация, что они на какую-то на стройку разнорабочими подались. Один из них мой младший брат. Мы поссорились, и он сбежал, а я найти его не могу, понимаете? 

Женщина сочувственно кивнула: 

- Я вас понимаю, беда с этими подростками. Вот и у меня племянница от рук отбилась. Плохо год закончила в школе и сейчас пыталась сбежать, а к ней скоро должен репетитор прийти. Одним словом — лентяйка и хулиганка. Глаз да глаз нужен... 

Внимательно рассмотрев фотографии мальчиков, она вздохнула: 

- Простите… Но нет, я ваших мальчиков ни разу не видела. Жаль, что не могу помочь. 

- Спасибо, - Ирина с Андреем тоже вздохнули. - Пойдём искать дальше. 

- Удачи! - пожелала женщина. 

- И вам тоже, с вашей племянницей… 

Распрощавшись с ней, они не спеша направились вдоль забора в сторону станции. 

Отойдя на несколько метров, Симонов положил руки на плечи Ирине, повернул опешившую девушку к себе и стал её обнимать и быстро целовать в щёки, лоб, волосы. Опешившая Ирина упёрла твёрдые кулачки ему в грудь и еле слышно прошептала: 

- Что происходит?! Вы с ума сошли?! 

- Ничего не происходит – я утешаю расстроенную девушку, - продолжая покрывать её щёки и волосы короткими поцелуями, ответил Андрей, и шепнул: 

- Веди себя естественно, за нами, скорее всего, наблюдают… Покажи, что ты расстроена неудачей… И сколько можно напоминать, что мы на «ты» перешли? 

Ирина, поняв только то, что ему требуется подыграть, громко всхлипнула и обвила его шею руками. Обнимать его оказалось так приятно, что Ирине стоило большого труда не увлекаться и не забывать о деле. Собрав волю в кулак, она приникла головой к плечу Андрея, периодически оглашая окрестности вздохами и всхлипами, исполненными истинного трагизма. Наплевав на впечатление, которое может произвести на Андрея, Ирина для полноты тщательно создаваемого образа одной рукой подняла подол длинной юбки и принялась вдохновенно и с убедительным шумом сморкаться в него. Восхищённый сообразительностью и безусловным актёрским дарованием боевой единицы и предмета воздыханий, Симонов нежно поглаживал её по спине и волосам и, как могло показаться со стороны, шептал ей слова утешения. На самом же деле, вместо нежностей Ирине пришлось выслушать краткий курс молодого бойца и довольно подробный инструктаж. 

- Происходит что-то непонятное. Мне кажется, я эту девочку где-то видел, но никак не могу вспомнить, где. Возможно, на работе. Но у нас ежедневно такой поток, что всех не упомнишь. И там, за забором явно что-то не то творится. Дело очень тёмное. Уходить будем через пару минут. Сообщи желающим послушать, что ты ошиблась, и теперь искать станем в другом месте. Потом, не оглядываясь, не медленно, но и не слишком резво пойдём к станции, сядем в электричку в сторону Москвы, но только в самый последний момент, чтобы по возможности отсечь хвост. Машину светить не будем, пусть стоит у станции, она нам ещё пригодится. Поняла? 

Ирина ткнулась ему губами в межключичную ямку и жарко прошептала: 

- Поняла, командир. 

- Умничка. Действуй. 

Девушка подняла несчастное лицо на Андрея, ещё раз всхлипнула, драматично похрюкала в подол юбки и громко с прононсом произнесла: 

- Ну, конечно, их здесь нет и быть не могло! Ростик всё перепутал, и они не в Салтыковке вовсе, а, пожалуй, всё-таки на даче Костика. Так что поехали туда. Здесь уже все стройки обошли, эта была последней. Только зря людей побеспокоили и время потратили. Ясно же, здесь искать бесполезно. Поехали в Видное. 

- Вот и правильно, - громко согласился Андрей и, взяв Ирину под локоток, направился в сторону станции. Они дошли до угла дома, свернули на перпендикулярную улицу и двинулись было дальше, но тут Ирина тихо ойкнула и потёрла щёку. 

- Что случилось? – еле слышно спросил Симонов. 

- В щёку что-то ткнулось. Жук, что ли, какой? – Ирина собралась продолжить путь, но Андрей чуть придержал её, внимательно глядя под ноги. На асфальтовой крошке дороги почти у его туфель валялся крошечный комок бумаги. Он наклонился, словно поправляя брюки, быстро и незаметно поднял шарик и потянул Ирину за собой, громко обсуждая, когда имеет смысл поехать в Видное. Находку сунул в карман. 

На платформе они постояли совсем недолго, скоро послышался шум приближающейся со стороны области электрички. Оба разведчика сделали вид, что она их по каким-то причинам не интересует, и отвернулись от путей, рассматривая рыночный люд. Андрей внешне равнодушно скользил взглядом по толпе, пытаясь понять, кто же послан по их души. Но понять это не успел, зато умудрился в самый последний момент, резко повернувшись, заскочить на переднюю площадку первого вагона и, придержав закрывающиеся уже двери, затащить за собой Ирину. 

Мозг исправно фиксировал всё происходящее: вот пассажиры, стоявшие в тамбуре, проявили солидарность, помогли ему придержать двери, а Ирине протиснуться в образовавшуюся щель, вот машинист беззлобно поворчал на них по громкой связи,… 

Ага, вот и ты, хвост-хвостище. 

К дверям вслед за ними метнулся худенький невысокий парень в бейсболке. Но где уж там? Вскочить, конечно, не успел, ударил кулаком по закрывшимся с возмущённым шипением дверям и встретился взглядом с внимательно наблюдавшим за ним Андреем. Симонов, с деланным сожалением покачал головой: опоздал, мол, ну, что ж, брат, не переживай, бывает, скоро следующая электричка. Он надеялся, что хвост не поймёт, какой интерес вызвал у преследуемого. Пока совершенно не ясно, что происходит. И будет лучше, если хвост станет думать, что они с Ириной, ни о чём не догадались.

Электричка набрала скорость, побежали назад рынок, дома, деревья. Андрей перевёл дыхание и покачал головой. Что же происходит-то? К сожалению, он не ошибся. И дело, похоже, пахнет керосином, ну, или чем-то ещё менее приятным... 


На следующей станции они с Ириной вышли и направились к дому Рябининых, благо, предусмотрительная Злата утром дала им запасной комплект ключей. Следовало позвонить Павлу, у которого был новенький мобильный телефон, и сообщить новости. 

Рябинины, хотя и очень удивились звонку, вопросов задавать не стали и пообещали минут через десять-пятнадцать присоединиться к ним. Пока ждали на огромной веранде в обществе до крайности обрадованной их визитом Геры возвращения хозяев, Андрей достал трофейный комок бумаги, развернул его, и на ладонь ему выпала маленькая голубая рубашечная пуговка с белым ободком по краю и четырьмя дырочками, в которых застряли обрывки белой нитки. Внимательно наблюдавшая за ним Ирина быстро схватила пуговку и уставилась на неё с неописуемым ужасом. 

- Ты что? – удивился Андрей. 

- Я знаю эту пуговицу. Это от любимой рубашки Костика. Ему её на прошлый день рождения папа подарил, он тогда ещё в более адекватном состоянии был. Костик её носит в школу, почти не снимая. Я подозреваю, что у него просто другой нет. А тут недавно пуговица оторвалась в школе, так я её собственноручно ему и пришила. Да вот голубых ниток не было, только белые, пришлось ими приделывать… А вот и обрывки от них… - она пальцами вытянула нитки из дырочек и показала их Симонову. 

- Понятно, - медленно протянул Андрей, он вертел в руках крохотный клочочек бумаги в клеточку, - а вот здесь ничего не понятно… 

- Что понятно? И что не понятно? – Ирина впала в полный ступор. Её сознание заупрямилось и категорически отказывалось принимать очевидную весть.

- Понятно, что мальчики или в этом доме, или были здесь. А кто-то попытался нам об этом сообщить. Может быть, они сами… Или кто-то другой... А не понятно, что за каракули здесь. И он протянул ей бумажку. На той вкривь и вкось скакали буквы, складываясь в нечитабельные слова. 

- Подожди, - Ирина взяла её и стала напряжённо всматриваться, - нет, это не каракули… Вернее, каракули, конечно, но совершенно точно осмысленные. Это записка. Кто-то хотел нам что-то сообщить. 

- Тут без шифровальщиков не разберёшься. Не почерк, а кошмар какой-то. Даже я, хоть и врач, лучше пишу. 

Ирина улыбнулась и заметила: 

- К счастью, для нас это не проблема, поскольку в наших рядах есть такой специалист по плохим почеркам, как Злата. Ты бы знал, какие писульки ей удаётся прочитать. Я иногда просто отказываюсь понимать, как она это делает. Да ещё ладно бы два-три слова разбирала, так нет, она же умудряется целые сочинения дешифровывать. Страна в её лице потеряла гениального специалиста… 

Послышался шум двигателя, и вскоре к ним присоединились изумленные до крайности Рябинины. После короткого рассказа, который Ирина постаралась сделать как можно более информативным, Злата поражённо помолчала и заметила: 

- Ну, никак не дадут спокойно пожить! Так и норовят втянуть в историю. Очередная часть остросюжетного сериала «Дела и случаи». Что ж за жизнь-то такая у нас! Никакой личной жизни! – поворчав для виду, она протянула руку. - Давайте записку, будем читать. 

Ирина отдала ей клочок бумаги: 

- Может, он вообще случайный, к делу не относящийся? А использовали его просто как обёртку для крошечной пуговки. Чтобы она не потерялась. 

- Очень сомневаюсь, - Злата села за залитый солнцем стол и положила бумажку на него. С минуту она напряжённо смотрела на мятый клочок, даже губами шевелила, потом ушла в дом и вернулась с пеналом. Достав из него красную ручку, она снова склонилась над запиской. 

- Это зачем? – тихо удивился Андрей, боясь громкими звуками сбить «дешифровщицу». 

- А ей так лучше думается – условный рефлекс учителя, - шепнул Павел. 

- А-а… 

- Ну, всё, - Злата весело отбросила ручку и повернулась к ним, - написали нам – бумажка всё-таки не случайная – буквально следующее: «Мальчики здесь. Беда! Помогите!» 

Все, хотя и ждали чего-то подобного, потрясённо помолчали. 

- Ну и что теперь? Дуем в милицию? – первым пришёл в себя Андрей. 

Павел покачал головой: 

- Боюсь, что бесполезно. У нас тут начальник отделения милиции сменился. Был хороший, толковый и неравнодушный мужик, да на пенсию вышел по состоянию здоровья. Думали, поставят на его место Лялина нашего. Он даже ио был пару месяцев. Так нет же, прислали такого… долдона! Уму непостижимо, откуда такие берутся. За год, что он здесь, почти весь коллектив сменился. Кто сам ушёл, кого этот красавец выгнал. Только Лялин пока держится, да и то из последних сил. А он-то как раз в отъезде. Так что идти не к кому. К ним можно будет обратиться, когда хоть какие-то доказательства будут. А пока у нас в наличии только предположения, странная девочка, шум за забором и маловразумительная записка, которую без специалистов прочесть сможет только Злата. А специалистов никто и привлекать не станет… 

- Понятно… То есть, ничего не понятно. Делать-то что будем? 

- Предлагаю использовать по прямому назначению нашу разносторонне одарённую собаку, - задумчиво протянул Павел, почёсывая кудрявое пузо развалившейся на тёплых досках Геры. 

- Это как? Пойти охотиться на львов? – усмехнулась Злата. Как-то раз в книжке про эрдельтерьеров они с мужем прочитали, что с двумя эрделями можно смело ходить на львов, и теперь частенько посмеивались над этим удивительным утверждением. 

- Почти. Не зря же ты с Герасей ходила на занятия. 

Злата с Ириной улыбнулись. Был такой факт в биографии собаки. Когда той было чуть меньше года, Злата решила пройти с ней в дополнение к уже освоенному ОКД – общему курсу дрессировки – ещё и КЗХ. Что расшифровывалось с претензией на устрашение, а именно — «курс защиты хозяина». Гера, проявившая себя на ОКД особой сообразительной и увлекающейся, на КЗХ неожиданно для хозяйки и инструкторов продемонстрировала патологически незлобливый нрав и феноменальное долготерпение. 

На первом же занятии инструктор, облачённый в специальный защитный костюм, угрожающе переваливаясь с ноги на ногу и замахиваясь, побежал к мирно сидевшей Гере и стал делать вид, что собирается ударить её. Если другие собаки к столь хамскому поведению относились стандартно непримиримо, то Гера потрясла опытного инструктора до глубины души. Сначала, пока нападавший был ещё довольно далеко, она следила за ним с доброжелательным интересом. Когда он подбежал поближе, в её взгляде явно появилось что-то подозрительно похожее на безмерное удивление и даже жалость к непонятно зачем напялившему на себя тяжеленный ватник и толстые штаны человеку. Его угрожающие выпады в её сторону вообще скоро надоели нетипичной собаке, обладающей ангельским терпением и всепрощением. С грустью посмотрев на скачущего перед ней человека, Гера глубоко вздохнула и, встав, наконец… повернулась к источнику раздражения филейной частью и снова села. Замахнувшийся было на неё инструктор опешил. 

Ещё несколько попыток напугать, раззадорить или разозлить Геру тоже не увенчались успехом. Теперь она сразу садилась к инструкторам, поочерёдно сменявшим друг друга, спиной и демонстрировала абсолютное, полное, непробиваемое равнодушие, чем основательно поколебала их уверенность в собственной профессиональной пригодности. 

Зато другая составляющая курса защиты хозяина, а именно поисковая, Гере явно приносила огромное удовольствие. Она с азартом искала спрятанные вещи и почти всегда находила, страшно довольная собой. 

Об этом факте биографии их теперь уже общей собаки Павел знал от Златы, и вот теперь ему пришла в голову мысль попробовать использовать Герин поисковый талант. О чём он и сообщил остальным. 

Злата задумалась: 

- Послушай, но ведь ваши мальчишки могли все три дня, что их нет, не выходить на улицу, за забор, и запах стал совсем слабым, если вообще не исчез окончательно. Они же не немытые бабуины с характерным едким запахом, в конце концов, а нормальные чистые пацаны. 

- Ну, попытка – не пытка. А вдруг Гера сможет их унюхать. Тогда это будет для нас ещё одним подтверждением пребывания мальчишек в этом странном доме. 

- Для нас — да. Но не для милиции. 

- Для начала и это неплохо. 

- То есть ты предлагаешь прогуляться с Герой мимо гнезда «тренингистов»? 

- Именно. Ненавязчиво продефилировать и посмотреть на реакцию собаки. 

- Так ведь ей требуется образец запаха, а где мы его возьмём? 

С сомнением слушавший их диалог Андрей, встрепенулся: 

- У меня в машине лежит свитер Алёшки, он его в понедельник забыл, когда я его из школы подвозил. Думаю, пойдёт. 

- А у меня, если что, - добавила Ирина, - в сумке лежит тот листочек, на котором он мне послание оставил перед отъездом. Правда, там много посторонних запахов, скорее всего не поможет… 

- Попробуем и свитером воспользоваться, и листком. 



Яна Перепечина

Отредактировано: 01.08.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться