Дела и случаи нестарой девы

Размер шрифта: - +

Глава 28

Июнь 2000 года. Подмосковье 


Тем временем, Злата, собрав инвентарь и осмотрев двери на лестничных клетках, направилась вниз. Двери её немного успокоили – замков в них не было, то есть можно не опасаться, что на ночь несчастную Алину отрежут от решительных спасителей лишние препятствия. Только бы ключ из двери в спальню, где держали девочку, не вынули. Но, судя по всему, повариха и Геннадий без бдительного хозяйского глаза расслабились. 

Поужинав в обществе Татьяны Викторовны, Злата демонстративно раззевалась, стала жаловаться на усталость и, сопровождаемая охами и ахами довольной добровольной помощницей поварихи, отправилась в комнату. Геннадий ещё не вернулся, и это внушало надежду на благоприятный исход предстоящей операции. Самое плохое заключалось в том, что связи с «боевой группой» не было никакой. 

Хлопнула дверь, Злата подскочила с кровати и, определив по звукам, что дородная повариха отправилась в подвал, выглянула. Так и есть, понесла еду пленникам. Только бы она им ничего не подсыпала! Только бы они не стали буянить! Но нет, не должны. Мальчишки знают: Злата рядом. И наверняка понимают, что от них требуется сидеть тихо и не привлекать к себе внимания. Теперь бы понять, где хранится ключ от узилища. Разведчица, кожей ощущая, что операция входит в решающую фазу, рискнула выйти в коридор и приоткрыла дверь на кухню. Через несколько минут, когда заскрипела подвальная дверь, извещая о том, что повариха возвращается, Злата сунула голову в пищеблок и весело позвала: 

- Татьяна Викторовна! Ау! Простите, пожалуйста, можно войти? Татьяна Викторовна-а-а! 

- Что тебе, Зоечка? – раздалось, разумеется, вовсе и не из кухни. 

Злата подпрыгнула, будто от испуга, быстро оглянулась и облегчённо заулыбалась, глядя в напряжённое лицо поварихи: 

- А, вот вы где! А я вас потеряла! – голос радостный, наивный-наивный, главное, не переборщить, не вызвать подозрений. – Простите меня, пожалуйста, я ужасный водохлёб, по ночам привыкла пить. Можно мне чашечку водички налить? 

- Ой, да конечно! Да зачем водички? Иди я тебе киселька налью, – явное облегчение, которое испытала повариха, не укрылось от опытного глаза отважной разведчицы, и она засияла ещё жизнерадостнее. Кисель она терпеть не могла с садовского детства, но, не желая обидеть пренебрежением дружественную пока представительницу враждебного лагеря, мужественно кивнула: 

- С удовольствием! 

- Да ты пей, пей! Я тебе ещё налью, свеженький кисель, только сварила. 

Злата с вымученной улыбкой уставилась в чашку. Полное ощущение, что ей пять лет и она в детском садике. Садик она любила, а вот кисель – нет. Но с отчаяньем отхлебнула, проглотила и, старательно изображая блаженство, зажмурилась: 

- Вот спасибо! 

Повариха подвоха не заметила и довольно покивала: 

- Вкусно, знаю! – она поставила в раковину грязную посуду, которую принесла из подвала и старательно прятала за юбкой. Видно было, что совсем успокоилась. Потом порылась в кармане фартука, вытащила ключ и повесила на крючок прямо у косяка. Злата замерла: неужели так просто? Да тот ли? Краем глаза глянула. Красный брелок в виде мячика. Точно! Тот самый! Только бы повезло, и кухню не закрыли. Тогда всё получится. Она благодарно приняла от поварихи полную чашку фирменного киселя, пожелала той спокойной ночи и пошла в комнату. 

Не успела она поставить чашку с добытым ненужным киселём на тумбочку и выдохнуть, снова услышала шаги. Теперь повариха направилась наверх, видимо, кормить Алину. Скоро она спустилась, быстро помыла посуду, оставив дверь нараспашку. Злата, опять замерев у приоткрытой двери, слышала, как льётся вода и гремят тарелки. Отойти не могла, потому что опасалась упустить повариху и не узнать, где же та ночует. Потом вдруг подумала, что Татьяна Викторовна, хотя вроде бы и успокоившаяся на её счёт, может всё-таки новенькую проверить. Злата лихорадочно сорвала одежду, повесила её на стул и забралась под тоненькое одеяло. Свет она, занятая напряжённой разведывательной деятельностью, так и не включила. 

Догадка её оказалась верной. Скоро дверная ручка негромко щёлкнула, и из коридора в образовавшуюся щель проник свет. Злата ровно дышала, уткнувшись носом в подушку. Повариха недолго постояла, плотно прикрыла дверь и ушла. Полуголая разведчица вскочила, через голову натянула юбку, радуясь, что выбрала довольно свободно сидящую, да ещё и на резинке. Блузку, кляня нелёгкую шпионскую долю, она напяливала уже на бегу. 

Босиком выскочив в коридор, Злата в ужасе огляделась. Ни у кухни, ни у входа в подвал поварихи не было. Разведчица, чувствуя близость провала, кинулась на лестницу и прислушалась – тишина. Шаги затихали где-то в другом месте. Она растерялась, повернулась обратно к кухне и тут вспомнила о двери, которая вела в холл, к выходу. Выглянула туда и точно – Татьяна Викторовна в дальнем конце большого холла поворачивала в такой же коридор, ведущий вглубь другого дома. Освещение уже везде было погашено, но вполне хватало и неверного сумеречного света, проникавшего с улицы. 

Разведчица, почти не дыша от страха, перебежала холл и заглянула в дальний коридор. И, к счастью, ещё успела увидеть, как повариха зашла в одну из комнат и захлопнула дверь. Оставалось надеяться, что именно это и есть её спальня. 

Злата постояла в коридоре минут пятнадцать. Через дверь (здесь они были не такими основательными, как в подвале) слышала тяжёлые шаги поварихи, звуки льющейся воды – видимо, в этих помещениях были и ванные с туалетами. Похоже, всё-таки Татьяна Викторовна собиралась спать. 

Злата уже было решила уходить, как вдруг уловила пиканье кнопок телефона. Буквально через минуту повариха заговорила. Голос её был резок, интонации утратили преувеличенную ласковость. Злата понимала, что, кроме Татьяны Викторовны говорить некому, но всё же с трудом узнавала. 

- Это я. У нас всё нормально… Ревела. Сейчас, вроде, успокоилась… Ещё благодарить будет, бестолочь…. Ой, да было бы что беречь? Всё равно бы с каким-нибудь прыщавым подростком вскоре спуталась бы. А тут такая честь, такая удача... 

Это она об Алине, - поняла Злата и передёрнула плечами от омерзения. Да уж, удача… Тем временем разговор продолжался: 

- Да, у вас в апартаментах… Куда ей деваться? Ещё у нас новенькая. Зоей зовут. Хорошенькая, даже очень… Молоденькая… Лет семнадцать… Может, и меньше… С возрастом, может, и ошибаюсь, не спрашивала. Но что красивая – это факт… Рыженькая, длинноволосая… Поняла… Хорошо… До завтра… Ждём… 

Снова пикнула трубка, затем негромко что-то стукнуло. Щёлкнул выключатель, исчезла тоненькая полоска света, выбивавшаяся из-под двери. Злата постояла ещё минут пять и, не услышав больше ни звука, на цыпочках вышла в холл. 

Что ж… Пришла пора их операции вступать в решающую стадию. Замирая от страха – а вдруг есть сигнализация? – смелая разведчица отперла входную дверь. И на пару минут застыла, прислушиваясь. Хотя непонятно, что она вообще могла услышать? Потому что сердце бухало так, что заглушало все внешние звуки. 

Вопреки ожиданиям ничего ужасного не произошло. Дверь открылась абсолютно беззвучно. Злата выскользнула во двор. Ярко светил прожектор, установленный на стене. Да и за пределами его луча было ещё довольно светло. Лето есть лето. В соседних кустах заливался соловей, где-то неподалёку квакали лягушки. 

Злата глубоко вдохнула: по-о-о-ехали! Она быстро подошла к забору и наклонилась, чтобы увидеть, как отпираются замки. К счастью, окна комнаты поварихи выходили на другую сторону. И хотя бы об этом можно было не беспокоиться. 

С калиткой тоже проблем не возникло. Простой засов открылся легко. Больше всего в этот момент Злате снова захотелось выйти на улицу, плотно закрыть за собой калитку и бежать от этого ужасного дома. Как можно быстрее и как можно дальше. Но, конечно, она этого не сделала. Зато сделала то, что должна была: тихонько свистнула. Тут же – она даже поразилась скорости – из-за угла показались Андрей, Ясень и Павел. Её Павел. От облегчения и радости Злата тихо засмеялась и сама себе цыкнула: тщ-щ. Павел бросился к ней и обнял её. Оба на несколько секунд замерли, не в силах оторваться друг от друга. Наконец Злата шепнула: 

- Пора. 

Павел ещё сильнее прижал её к себе, быстро поцеловал и махнул топтавшемуся поблизости Ясеню: 

- Пошли, Серёг. 



Яна Перепечина

Отредактировано: 01.08.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться