Дела семейные

Размер шрифта: - +

Глава 25

Глава 25.

Дима вопросительно взглянул на мать. Даша поджала губы и опустила голову. Она чувствовала себя неуютно, хотелось сбежать и переждать неприятный разговор где-нибудь подальше отсюда.
- Ты уже сказала достаточно в прошлую вашу встречу с моей женой, - первым пошел в наступление Дима. – И что из этого получилось в итоге?
- Не скрою, - спокойно отозвалась Ольга Николаевна, - я думала о том, чтобы извиниться. Всю дорогу сюда думала об этом. Но…
- Но? – усмехнулся Дима. Он слишком хорошо знал мать. Знал и понимал, что она никогда не заключает сделок с совестью. Никогда. Ольга Николаевна Абвинцева была слишком хорошо воспитана и ревностно блюла соблюдения правил и норм морали. Правда, как выяснилось в последнее время, ее личное понимание правильности как-то не совпадало с мнением тех, на кого было направлены ее действия.
- Но я не хочу лукавить, - покачала головой Ольга. – Я уже говорила тебе, что действовала в твоих интересах. И все, что я делала, я делала ради тебя и твоего счастья. Да, - тут же добавила она, заметив, как вскинулась Даша, - я согласна с тем, что в результате все получилось совсем не так, но… в тех условиях что были тогда… - она пожала плечами. - Все мои действия были направлены на достижение единственной цели. Я заботилась о счастье своего сына. 
- Как-то странно ты понимаешь это самое счастье, - буркнул Дима. 
Что и требовалось доказать – Ольга Николаевна не тот человек, который способен признать собственные ошибки хотя бы просто потому, что она искренне уверена в собственной правоте. Ничего не меняется.
Молодой человек чуть сильнее сжал пальцы на плече жены, привлекая девушку к себе поближе. Этот жест не остался незамеченным для Ольги. Она улыбнулась.
- Ты мой сын, Дима, - произнесла Ольга. – Мой ребенок. Я всегда буду на твоей стороне, чтобы не произошло. Ты сам скоро станешь отцом. И я уверена, что поймешь, если не меня, то те мотивы, которыми я руководствовалась.
- Сомневаюсь, - фыркнул Дима. – В любом случае, я не буду портить жизнь своему ребенку, пытаясь решать за него, как именно ему жить.
- Ты поймешь, - повторила Ольга. – Пусть не сразу. Но через десять лет, через двадцать… но ты меня поймешь.
- Ладно, - Дима тряхнул головой. – Хватит об этом. 
- Да, - согласно вздохнула Ольга и поднялась на ноги. - Я тоже приехала сюда не за этим. 
- А зачем тогда? Как мы уже выяснили, извиняться ты не собираешься, так что…
- Ты несправедлив, - Ольга улыбнулась, – когда пытаешься обвинить меня в том, что я едва не разрушила твое счастье и не испортила тебе жизнь. Я поступила так, как посчитала правильным, ты сделал то же. Но… ты должен признать, что и доля твоих ошибок есть во всем этом. Разве нет?
Дима поджал губы и отвел глаза. Мать была права. Как всегда права. Как у нее это получалось? Как у нее так выходило, что в любой ситуации она оставалась всегда правой, всегда на высоте? Это талант? 
- Если ты дорожил этими отношениями, то должен был привести Дашу к нам. Обозначить свое к ней отношение, а не доводить до того, что я узнала о ее существовании от посторонних. Это неприемлемо, мальчик мой.
- Вот как? – да, признавать свои собственные ошибки с тем же королевским величием, каким была преисполнена Ольга, Дима еще не умел. – Ты права, я слишком дорожил этими отношениями, чтобы позволять…
- Что? – теперь был черед Ольги нападать.
- Прекратите, - очень тихо, почти беззвучно произнесла Даша. Мать и сын замолчали и посмотрели на девушку. 
Она смутилась еще больше и еще ниже опустила голову. Ей было невыносимо слушать все это. Просто невыносимо. Хотелось плакать и убежать подальше, но девушка понимала… вернее, видела то, что не понимали и не видели за своими обидами другие.
- Хватит выяснять отношения и мериться, кто из вас больше виноват. Я не затаила злобы или обиды на Ольгу Николаевну, - Даша подняла блестящие от накативших слез глаза на мужа. – Она в любом случае не сказала тогда ничего из того, чего бы я и сама не знала. Так что твои претензии… - девушка пожала плечами. 
Воцарилась тишина. Ольга смотрела на эту девочку, что вмешалась в их спор с сыном. Вмешалась и поставила их обоих на место. Мало кто позволял себе нечто подобное прежде. Да никто и не позволял если честно. Если только Сергей, но… муж – это не хиленькая девчонка с виноватыми глазенками и тихим голоском. Однако.
- У меня нет родителей, Дима, - продолжала Даша. – И я не хочу, чтобы ты ссорился со своими. Это неправильно. 
- Даш…
- Это неправильно, Дима. И ты это знаешь. Сам еще только вчера говорил мне об этом. Так что изменилось сейчас?
- Не делайте глупостей, - вмешалась Ольга. – Дима, ты мой сын, моя гордость. Я люблю тебя. И желаю только счастья. И ты знаешь о том, что я всегда буду на твоей стороне. Возвращайтесь домой. 
- Мама!
- Прекрати, - Ольга передернула плечами. – Это все несерьезно. Ну, правда. Провинциальный городишко, работа на полставки в какой-то заштатной конторе. Ты и сам понимаешь, что все это не выход. Это раз. Ну и потом, что это за история со свадьбой?
- А что не так? – Дима снова выпустил иголки и прищурился.
- А то, что так не поступают, мальчик мой. Ты даже нам не сказал. Ну ладно, на меня ты обижен. А отец? Считаешь,  у него нет права знать о том, что скоро он станет дедушкой? Думаешь, он не мечтал присутствовать на свадьбе своего единственного сына? Дима, это… это было глупо.
- Я… - попытался оправдаться молодой человек, но слов не находилось. Просто… как-то права получалась Ольга Николаевна. Как всегда права и это, злило.
- Я понимаю твое желание поступить правильно и поддерживаю его…
И Даша и Дима одновременно вскинули глаза на Ольгу. В их взглядах читалось удивление, недоверие…
- Что? – усмехнулась Ольга. – Если бы Даша сказала мне о своем положении в ту нашу встречу, я поступила бы иначе. 
- Я тогда не знала, - тихо ответила девушка.
- Теперь это не важно. Все не важно. Собирайтесь и возвращайтесь домой. 
- Мама, Даше еще месяц работать здесь и…
-Это все можно решить.
- Нет, - тут уже уперлась Даша. – Я и так потеряю квалификацию из-за декрета. 
- Тебе рожать скоро, какая работа? – взвилась было Ольга Николаевна, но осеклась под суровым взглядом сына, замолчала, отвела взгляд. Да, сложно. Очень сложно осознавать, что твой ребенок, который еще вчера смотрел на тебя пытливыми глазенками, вдруг стал взрослым и самостоятельным. Очень сложно.
- Да и мне надо доработать до конца договора, - упрямо поджал губы Дима. – Меня оформили на месяц и будет некрасиво, если я возьму и уйду сейчас. И потом, мы уже подыскиваем квартиру в столице и…
- Не надо. Вы вполне можете жить у нас. И не спорь. Ты только начнешь работать, а Даша… ты сам понимаешь, что в нашем доме ей всегда помогут с ребенком. 
- Мама…
- Я сказала то, ради чего приехала сюда, - перебила его Ольга. – Я не хочу ссориться с тобой. Я люблю тебя. Если боитесь, что я буду вам мешать, то не стоит. Мы с Сергеем собираемся путешествовать. Уедем из страны на месяц-два, может быть, больше. Какое-то время вы будете предоставлены сами себе.
- Мы… подумаем, - выдавил из себя Дима. – Обсудим все и… вы с отцом помирились?
Ольга расплылась в довольной улыбке.
- Да.
- И он вернулся домой?
- Нет.
Изумление и непонимание просто таки стало осязаемым, но Ольга лишь улыбнулась загадочно и не стала посвящать сына в сложные перипетии своих отношений с мужем. Играть в любовников им обоим, на удивление, понравилось, а съемная квартира стала своего рода любовным гнездышком. Ольга едва удержалась от смешка – не время и не место сейчас.
- Так что? – она вскинула глаза и посмотрела на сына, затем медленно перевела взгляд на Дашу. А девочка оказалась ничего. Да, не красавица и светского лоска в ней нет совершенно, но какая-то вся чистая, светлая. Словно сияет. Впрочем, последнее может быть следствием беременности. Говорят, женщины в положении светятся изнутри от счастья.
- Мы обсудим, - спокойно произнес Дима. – И примем решение. Вместе. 
Ольга Николаевна опустила ресницы, принимая решение сына. Что ж, она тоже может пойти на уступки, если есть надежда на то, что в конечном итоге все будет так, как она того хочет. Или не будет? Ольга еще не привыкла к такому Диме. Взрослому, серьезному, ответственному. Да, дети слишком быстро вырастают и начинают жить своим умом. А что остается делать родителям?
Она провела с ними еще около часа. Говорить старались о пустяках. Ольга спрашивала у Даши о беременности, слушала рассказ сына о его работе, отделывалась ничего незначащими шуточками о своих отношениях с мужем. Когда она собралась уходить, Дима вызвался проводить. 
Уже у машины, Ольга повернулась к сыну.
- Я не шутила, когда говорила о том, что здесь вам обоим делать нечего, милый. Возвращайтесь. Не хочешь жить с нами, пусть так. Но… 
- Мам, - Дима обнял мать и прижался щекой к ее волосам. – Мы сами примем это решение. Вдвоем. 
- Я понимаю. Но хочу, чтобы ты знал, что я никогда не наврежу тебе. И твоей жене тоже. Ты для меня самое главное, пойми это. Ты, твой отец и Лиза, ну а теперь еще и твоя жена и ребенок. Вы моя семья. 
- Я знаю. Я все знаю.
-Я люблю тебя, сын. Помни об этом.
- Я тоже тебя люблю.
Ольга села в машину, а Дима остался стоять и смотрел вслед удаляющемуся автомобилю до тех пор, пока он не скрылся за поворотом. И только после этого медленно направился домой.
Даша уже убрала стол и заканчивала мыть посуду. Молодой человек приблизился к ней и обнял со спины.
- Ты у меня самая лучшая, - прошептал он, зарываясь носом в ее волосы. – Знаешь об этом?
- Знаю, - серьезно кивнула девушка, - но буду не против, если ты почаще будешь напоминать об этом.
Они рассмеялись. Даша перевернулась в объятиях мужа и прижалась лбом к его шее.
- Что будем делать?
- Ну… можно пойти погулять. Тебе вроде полезны недолгие прогулки на свежем воздухе.
- Я не об этом.
- Я знаю, - вздохнул Дима. – Но это пока все, что могу предложить. В любом случае, менять свои планы мы не будем. 
- Ты хочешь вернуться домой?
- Хочу, но… мы с тобой уже решили, что сразу ты доработаешь оставшийся срок, я получу диплом и отработаю, сколько положено по контракту. А потом… посмотрим. В конце концов, у нас есть деньги. Маменька неплохо откупилась.
Даша фыркнула. Конечно, она уже давным-давно рассказала Диме о тех деньгах, что оставила ей Ольга Николаевна при первой встрече. И муж понял, даже посмеялся над тем, что его мать никогда не мелочилась и не экономила на своих детях. Так что этот неприятный момент остался в их памяти скорее как легкая шутка, не более.
- Твоя мама… она…
- Моя мама никогда не разменивается на мелочи и не меняет однажды расставленных акцентов. Она… как черно-белый телевизор, у нее есть только две стороны и она всегда на той, которая правильная. Вот и все. С этим просто надо научиться мириться потому, что переделать ее нельзя. 
- Думаешь, если мы вернемся, то сможем жить рядом с ней?
- Конечно. Мама никогда не сделает нам ничего плохого. Другое дело в том, что и хорошее она будет оценивать в собственном ключе. Вот как-то так.
- Но…
- Видишь ли, - Дима принялся перебирать волосы жены. – Она права в том, что в нашей квартире в первую очередь будет лучше тебе. Родится ребенок и тебе не придется справляться со всем в одиночку. Там есть тетя Валя, да и сама мама не останется в стороне от воспитания внука. Поверь мне, даже я или отец не сможем ее остановить. В этом вся мама – семья для нее самое дорогое.
- Угу, - грустно вздохнула Даша. – Ради семьи она пойдет на все. 
- Мама никогда не лжет и не заключает сделок с совестью.
- Она сказала мне, что у тебя свадьба в августе.
- Значит, будет свадьба в августе, - пожал плечами Дима. – Хотя нет, в сентябре тебе рожать. Свадьба будет зимой или следующей весной.
- Какая свадьба? – не поняла Даша. Она попыталась высвободиться, чтобы посмотреть в глаза Диме, но смогла только приподнять голову с его плеча.
- Наша свадьба, Дашенька, наша, - произнес молодой человек, целуя ее в висок. – Мама не остановится. Она сегодня дала понять, что мы с тобой поступили неразумно. А это значит что? Это значит, что она уже начала все планировать и насколько я знаю свою мать, нам с тобой с этим лучше согласиться. 
- А…
- А тебе стоит начать потихоньку думать о том, что именно ты хочешь.
- Тебя. Можно без свадьбы, - вздохнула Даша.
- Э… нет, - усмехнулся ее муж. – Я уже твой… Люблю тебя.
- И я.
Эпилог.



Наташа Загорская

Отредактировано: 22.02.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться