Дело исчезновения моего отца.

Размер шрифта: - +

XI

XI

Очнулась я с головной болью – раскалывается затылок. Запах плесени ползёт в нос. От страха я не открываю глаза. Прислушиваюсь…. Шорохи над головой, высоко. Шевелю пальцами, и боль тут же впилась в руки и гложет их до самых косточек. Сдерживаю крик "мама", который гейзером бьётся в грудь. Я провела ладонью по рёбрам досок, на которых лежит моё тело… Паника ударила в виски – Кристи рядом нет. О, Боже…Глаза открылись сами и вобрали новую порцию страха.

Надо мной тёмный потолок, а по бокам стены, объятые мраком. А по правую руку от меня, на середину пола под острым углом падает пучок света. Я вскочила, ноги оказались босыми и содрогнулись от каменного холода, колени тут же подкосились. Тело опять рухнуло на доски, кажется, кровь остывает…

"Нет!" – приказала я себе, - "Умирать нельзя. Надо найти Кристину… Кристина. Что с тобой?".

Тело задрожало сильнее, но я непреклонна. Вообще не соображая, я сбросила плоть, (так в марте я сбрасываю надоевшую куртку) и взмыла под потолок. Нельзя касаться его черноты…Стены расступились сами, я юркнула в просвет и, пролетев мгновение, увидела Кристи, сидящую на плюшевом диване с плюшевым мишкой в руках. Она опустила голову и подвывает. В комнате пусто, на окнах решётки, дверь выкована из железа. "Кристина",- шепчу я на ухо подруги, но та не шевельнулась. "Очнись, я рядом. Кристина, мы должны выпутаться. Ради мамы, Кристи, ради меня. Я так хочу твои обнимашки", я дую на её поникшие спиральки и она, шевельнула, наконец, рукой. Подняла голову и закричала – а я опять оказалась в своей каморке, окном которому служит арка под самым потолком.

"Как бы то ни было – она жива", – подбодрила я себя и прыгнула к двери, точно такой же кованой, как у Кристи в комнате. Пробить железо босой ногой вряд ли получится. Но я пробую – грохот стоит дикий в хоре со скрипом и лязгом. И, в то мгновение, когда мне показалось, что моя ступня превратилась в кувалду демона, а железо под её натиском поплыло – дверь распахнулась. На пороге стоял низкорослый страж: полицейская дубина в руках, платок на морде – одни глаза видны, ему-то и достался последний сокрушающий железо удар. Дубина покатилась в мою каморку свет под потолком, а сам страж рухнул наземь, как срезанный серпом стебель ревеня.

Я хотела вернуться за дубиной и отделать его, злоба рвалась из меня, как дым из вулкана, но желание спасти Кристину возобладало, и я взлетела по каменной лестнице, ноги не чуяли твердь.

Свет ударил по глазам и ослепил меня, я будто птица слепая мечусь в комнате. Рок тут же настиг меня – руки сковал на спине, и сжались плечи. Но ноги! До сего дня я и не подозревала, что мои ноги на самом деле – демонские кувалды. Я прыгнула и в воздухе шибанула этой кувалдой по голове приблизившегося силуэта и он рухнул, так же как и первый. Разворот – кувалда разбивает лицо следующего силуэта, который возник из-за спины и, вероятно, связал мои руки. Тогда я не задала себе вопрос: почему я так страстно, смачно бью взрослых мужиков - обученных воинов. Позже я вспоминала и не находила этому объяснения, но только до поры до времени…

Не знаю, как освободились мои руки, но едва вылетев из дома, я повисла на заборе, ладони сжимают остриё, ещё мгновение и я перемахну. Высота в четыре метра от вымощенного камнем пола не кажется мне неодолимой.

На этот раз меня опередила боль, которая воткнулась в спину. Победа не восторжествовала, не включила свои фанфары. Ладони разжались, и я опять упала в забытьё.



Юлия Ершова

Отредактировано: 05.01.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться