Дело Кристофера

Эпилог

— Смотри! Э-у-й-о!

— Гав-гав!!

— Йохоу!

— Гав!!!

— Ты жульничаешь! Это не буква! — вопит Марион под дверью нашей спальни. Ну почему именно здесь? За что? В этом доме комнат пятнадцать, но нет, наша дверь будто единственная.

— А по-твоему, э-у-й-о — буква?! — возмущается Джулиан.

— Я же просил тебя не учить мелюзгу алфавиту перед сном, — шипит Шон. — Суббота, семь утра, а они изобретают у нас под дверью неизвестные миру гласные…

— Я, вообще-то работаю! — огрызаюсь. — И бываю дома только рано утром и по вечерам. Когда еще я могу учить детей? Ты же мне не помогаешь!

— Еще как помогаю.

— Шантаж Джулиана не в счет!

— Шантаж — самый лучший стимул в обучении… — начинает Шон толкать свою любимые революционные речи.

— Они проснулись? — вопрошает Марион, пытаясь заглянуть под дверь, и мы мигом замолкаем, притворяясь спящими. Вдруг уйдут?

— Гав! Гав-гав-гав!

— Тупая твоя псина. Только внешне на Франсин похожа! — шиплю на Картера.

— Отличная собака. Это все три спиногрыза, они кого угодно доведут.

— Гав-гав-гав-гав-гав!

— Это не спиногрызы, а дети. Де-ти! И вообще, сейчас дети молчат, а собака все равно надрывается. Это ли не доказательство?

Но раздается звонок в дверь.

— Очевидно, бедняга надрывается, так как учуяла твою ненормальную матушку, — злорадствует Шон. — Ты открываешь.

— С чего это я?

— Мои родственники, к счастью, в гости не ходят. — Самодовольство так и прет…

Напяливаю халат, выхожу в коридор, а дверь мстительно оставляю открытой. Любвеобильные и лишенные инстинкта самосохранения малышки тут же устремляются в проем. На лице Шона отражается неприкрытый ужас, а они уже ныряют в теплую кровать. Я-то, в отличие от некоторых, разрешаю понежиться под боком. Мне и самой в кайф… Но не Шону, хехе.

Спускаюсь вниз, не переставая гадко хихикать. Картера я люблю, но к сочувствию это не имеет никакого отношения. Иногда наше противостояние — сплошное удовольствие. Распахиваю дверь, и меня тут же начинают душить в объятиях. Мама, папа, затем мистер и миссис Роббинс. Вы не ошиблись. В отличие от Лайонела, родители Керри от внуков не отказались, и теперь, на беду Картера, у нас огромная, счастливая семья.

— Где Шон? — плотоядно вопрошает мама прямо с порога. Она чудесная. Но мстительная. Свадебную выходку Шона она так и не простила, и теперь ищет все уязвимые местечки непомерного самолюбия.

— Он еще спит, — стараюсь мирно урегулировать вопрос.

— Тогда пойдем будить! — радостно заявляет она. — Саванна, держи запеканку, я иду приветствовать зятя!

     В отличие от Шона, я родительские визиты люблю. Готовить не приходится… Кстати, ездят они часто. Раз в две недели, да еще и ночевать иногда остаются. А что? Места предостаточно.

Пока мама обнимает и целует Джулиана, бегу в спальню. Шон, конечно, с мамой здорово прокололся тогда, и поделом ему, но он спит голым, а этого зрелища мама точно не перенесет.

— Вытащи их отсюда! — шипит Картер, старательно не пуская детей под одеяло. Сдерживая хохот, велю малышкам идти встречать гостей, и только они скрываются в коридоре, Шон выскакивает из кровати и начинает натягивать штаны. Я же просто умираю от хохота.

— Шооон, — поет мама. Мда, на рубашку ему времени не хватило. — Здравствуй, дорогой!

И врывается в спальню. Вижу, Картера воспитывали иначе. Ему и в голову не приходило, что моя матушка зайдет в супружескую опочивальню. Он настолько обескуражен, что мама прилагает немало усилий, чтобы заставить его наклониться для поцелуя.

— Пойдем, я принесла твою любимую запеканку.

Не уверена, что Шон любит запеканку моей мамы, но, вроде, не отказывается, и на том спасибо.
— А хоть одеться можно?

— Конечно-конечно!

— А зубы почистить? — выясняет пределы терпимости «любимый зять».

— После еды почистишь. К тебе пришли гости.

Когда выходим в коридор, нас чуть не сшибают трое детей, преследующих затравленно озирающуюся по сторонам молчаливую собаку. В одну сторону пролетают, заставляя животное врезаться в стену, затем — обратно.

— А ну оставили в покое Кики! — рявкает Картер. Все трое сразу по стойке смирно выстраиваются.
— Значит, к младшенькой привязался? Это так трогательно, — умиляется мама.

— Это собаку зовут Кики, — злорадно обламывает маму Шон.



Александра Гейл

Отредактировано: 15.01.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться