Демон Чернокнижник.

Размер шрифта: - +

XVI Часть

 Каждый раз, выходя с арены, я поражался этой магии. Преодолевая черту, проходишь как сквозь воду и чувствуешь лишь легкое сопротивление воздуха и мягкое прикосновение чего-то воздушного, ощутимого где-то на краю подсознания. Но не это главное, а то, что буквально минуту назад ты был весь изранен и держался лишь на силе воли, а теперь полностью здоров, как на момент пересечения черты арены. Самурай, что уже дышал через раз, сейчас открыл глаза, сполз на землю и сел, облокотившись о стену Колизея. Я без слов опустился рядом с ним, присел и десятник. Хоть физическая боль ушла, но душевное опустошение никуда не делось, сам себя всё нет-нет да проверял на наличие незапланированных отверстий от холодного оружия.
Подходили все наши и молча садились рядом на землю. Все устремляли свой взгляд на небо.
— Знаете, я сегодня первый раз умер, и мне, если честно, не понравилось, — раздался чей-то голос сбоку. — Не самая лучшая смерть, тьфу, не знаю, как сказать, — запнулся он, а немного погодя продолжил: — Не знаю, как выразить словами, но я хочу ещё раз пойти на арену и этим шкафам дверцы-то поотрывать. Я не я буду, если им в суп не плюну или в чай не нассу. Примерно как-то так, и в тёмной подворотне пусть мне не встречаются от греха подальше. Разве я не прав?! — выпалил он под конец своей фразы.
— Успокойся, прав ты, прав, и я тебе составлю компанию. Кто за то, чтобы пойти и бросить латную перчатку им в носопырку и вызвать на матч-реванш? Заставим их умыться кровью, — резко выдал он.
— Я могу вам помочь с этим процессом. Я про организацию реванша, — добавил какой-то мужик, тоже садясь прямо на землю. — Вы не подумайте ничего, я не за кирзачей, — добавил он поспешно.
— Что за кирзачи? — спросил я устало. Опять закрыл глаза, согревая душу под ласковыми лучами солнца.
— Так, сэр рыцарь, с вашей легкой руки все стали армейцев называть кирзачами. Думаю, теперь и спецотряд тяжелой пехоты на базе механических экзоскелетов будут звать только «чёртовыми рыцарями» или «духовками на ножках», и все благодаря вам, сэр Гасконец.
— Какой ещё Гасконец? Меня по-другому зовут! — удивленно воскликнул я. Не, я тут гадаю, какое новое имя себя взять и уже несколько вариантов придумал, а тут — на тебе, здрасте, тайное имя известно всему городу.
— Так у вас имя стоит под гербом, и все в городе знают, что вы себе новое имя взяли — «79Гасконец79». Только вас, уж извините, все просто Гасконцем называют. Я хотел спросить, а почему именно «79Гасконец79»? Вы что, намекаете, что из провинции? И что значат цифры перед именем и после него? — затараторил он.
— Это тайна за семью печатями! — ответил я, разглядывая появившуюся надпись и дополнительную деталь на самом гербе. Сам он претерпел изменения: на нём появился меч, воткнутый в череп, а на черепе была цифра 146.
— Гладиус обозначает, что вы гладиатор, а череп — что вы убивали. Цифра — количество убитых лично вами на арене, а золотой гладиус означает, что вы ни разу ещё не умирали на арене, — принялся он объяснять. Золотой гладиус появился у нас троих: орка, самурая и у меня. Но высокими цифрами мог похвастаться в нашей компании только я. У остальных успехи были скромней на порядок, однако не стоило забывать, что это не первый мой бой на арене. Хотя что-то я себя непобеждённым не чувствовал, тот раз меня будь здоров прожарили и заморозили, а теперь отделали как отбивную. Но положительная тенденция была: в тот раз меня вынесли, а теперь я сам вышел. Прогресс, как говорится, налицо.
Пока мужчина без умолку болтал, к нам подбежали пацаны лет по тринадцать и предложили помощь. За один серебряный рубль они ускакали на арену и принесли наши доспехи, а также холодненькой колодезной водички.
Пока мы болтали, можно сказать, ни о чём, к нам подошла группа солдат с каким-то фраером во главе и начала сходу на нас наезжать. Если бы не майор, они бы нас на части порвали. Кто бы знал, каких трудов мне стоило сдержать себя и не вынуть у него душонку этого фраера прямо на месте. Хорошо, что самурай положил руку мне на плечо и просто сказал: «Не надо, командир, мы с ними завтра на арене разберёмся». Я думал, они меня ненавидят, а этот меня даже командиром признал.
Я не стал вмешиваться в словесную перебранку, тут и без меня хватало острословов. Пришедшие уточняли, сколько нас было перед боем; сколько мы до этого народу положили, что они пришли разбираться с уставшими и ранеными; однако кровушкой умылись даже при численном преимуществе.
Слово за слово, короче, договорились: завтра до заката мы опять встретимся и посмотрим, кто кого. Последняя фраза меня особо повеселила: командир пришедших предложил сделать ставку и хотел покрасоваться. Мол, он, офицер спецроты, готов поставить всю свою месячную зарплату, если мы сможем наскрести золотой рубль и готовы принять его ставку. Говорил он это со всем возможным пафосом, на который был способен. Вы бы видели, как ребята прыснули от смеха и давай глумиться над ним, типа, они на свалке на крысах за день заработали годовой доход элитного спецназовца. Деньги, вырученные от продажи крыс мутантов, я по-честному разделил между всеми участниками похода, только половину удержал у самураев. Самим фактом, что и им достались деньги, я поверг их в шок, они-то думали, что им ничего не перепадет с барского плеча, а тут на тебе — почти целая доля. Векселя бандитов я тоже разделил, только с тележки, что беглецы пригнали, им ничего не перепало.
Вот ребята и постебались над офицером. А нечего было выпендриваться своим золотым. Он, уходя, пообещал достать сотню золотом и поставить против нашей. При виде таких ставок мужик завелся и заявил, что, дескать, у него букмекерская контора и он может принять наши ставки. Даже без процентов гарантировать выплату победителю. Ребята тут же достали по три золотых и сделали две ставки по два золотых против кирзачей и по золотому на свою победу. Мужик каждый золотой просмотрел внимательно и взвесил на аптекарских весах, поясняя, что появились мошенники, которые рубль делают легче, и всё такое. Удостоверившись, что золото настоящее, он выдал билеты со своей подписью. Когда дело дошло до десятника, тот тонко намекнул, что не стоит и думать обмануть демона и его друзей. И он, в случае чего, букмекера этого найдет и лично за причинное место передо мной повесит, А один знакомый демон вынет у него душу через задний проход. После этих слов мужик слегка побелел и клятвенно заверил, что он и не думал даже. Ага, так ему и поверили. У него на лбу было написано: мелкий мошенник. Но по словам десятника, из таких шустрых ребят со временем, может, и выйдет толк. 
 
После разговора у арены
 
— Не, как он узнал во мне кидалу? Я в городе ещё никого не кинул и нигде вроде не засветился. Что теперь делать? С деньгами смыться? А если поймают эти и в землю закопают? Они действительно способны подвесить и душу вынуть. Вот и довела меня жадность, придется ужом вертеться, но сделать то, что они попросили. Может, оно и к лучшему? Криминал почти под ноль сведен стараниями не будем показывать пальцами кого, никто не просит поделиться. Потом я уже в силу войду, — шёл и рассуждал он.
— Коля, Николай, иди сюда, мимо не гуляй. Ты куда собрался? А поделиться не хочешь с ребятами? —предложил один из трех громил, преградив дорогу.
— Да хоть всё забирайте, — он кинул им кошелек. — А Гасконцу, —сделал рожки на голове, давая тем самым понять, с кем надо будет потом разговаривать, — сам потом объясняй, куда делись его деньги, — заулыбался он, глядя, как побледнели бандиты.
— Ладно, вали отсюда, пока мы тебе все ребра не переломали. — Громила кинул кошелек со злости ему в грудь. 
— Я смотрю, вы, ребята, с башней дружите, не отмороженные, да и котелок варит, не то что у некоторых. Короче, я тут задумал своё дело организовать и уже сделал кое-какие телодвижения. — Он подкинул кошелек, дав понять какие. — В общем, я уже принял ставки на три сотни золотом. Мне нужна охрана, и я готов вас нанять, но не за деньги, а за долю с предприятия. Я вам даю десять процентов.
— А не боишься, что мы всё возьмём? — осклабился один их них.
— Можешь хоть прямо сейчас всё взять и попробовать спрятаться, — заявил букмекер, протягивая мешочек с деньгами.
— Грабли убрал! — рявкнул один из бандитов и заехад другому в печень. — Вспомни, где сейчас Ибрагим и с кем он поспорил. Если ты думаешь в норе отсидеться с деньгами, то наверняка найдутся добрые люди, которые за звонкую монету скажут, где твоя норка.
— Не пыли, братан дело говорит, демон не за деньги нас из-под земли достанет, а за принцип. Ведь Ибрагим все общаки сдал, а он ни один не тронул, позволил честным людям заплатить откуп за своих братьев.
— Да какая разница, что так, что так они срок тянут, — огрызнулся тот, что руки к деньгам тянул.
— Идиот ты, Тяпа, так они срок свой отзвенят и на свободу, а без общака у них одна дорога была бы: на рабский рынок за долги. Ты поверь, банкир своё не упустит, — сказал главарь, сплюнув на землю. — Лады, мы в деле. Ты деньги Тяпе не давай и присматривай за ним. Так он парень надежный, не предаст, а если что, я сам с него спрошу. Что делать-то надо? За тобой ходить и карманников пугать?
— Ну почти, у меня тридцать серебром есть. Надо мальцов нанять и заплатить им за работу. Пусть по городу побегают и всем уши прожужжат про сегодняшний бой кирзачей с демоном. И чтоб в ярких и красочных подробностях, и крови, кровушки побольше. Про то, что Кирзачи хотят отыграться и что опять какую-то бяку задумали,  по секрету и не всем.
— Но тогда все равно все узнают, — удивился один из бандитов.
— Балда, на это и расчёт. Что, думаешь, демон со своими уделает их, и хочешь на этом навариться? — довольный своим выводом, потёр руки один из бандитов.
— Всё намного проще, мы не будем делать ставки ни на кого и никогда. У нас железный процент со всей суммы и он стабильный один процент.
— Что всего один процент?? — разом переспросили они.
— Да всего один и для прозрачности сделок, после каждого купленного билета общая сумма будет меняться тут же при клиенте и ещё мы сразу сделаем два окна один для вип клиентов, другое для всех остальных. В первом будут продаваться ставки от 100 серебра, а в другом от 10 медных монет. Количество ставок зависит уже от желания клиента. После боя будет произведён подсчёт и сумма будет делится на количество общих билетов.
— Да мы замучаемся считать и подсчитывать, лично я счетом владею в пределах десяти пальцев, — хмыкнул Тяпа.
— Я уже позаботился и приобрел чудо-машину, Табулятор. Вот, — букмекер достал какую-то машинку с ручкой. 
 



Игорь Гардер

Отредактировано: 18.10.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться