День Гондваны

Размер шрифта: - +

Пролог

«Величие человека не в том, чтобы следовать судьбе или, проявив волю, самому творить ее, а величие — пройти по границе, разделяющей твою волю и волю богов».

 

Ной Странник

 

 

 

 

На заре кровавой мира

Для него давно назначен путь.

И поет, играет лира,

Не давая сердцу отдохнуть.

 

 

Воздух в этот день пах по-особому. Иначе, чем вчера. Дурман трав чувствовался сильнее. Пряный аромат щекотал ноздри, что-то неуловимое витало в мире, но если отбросить иллюзии, то все как было, так и осталось неизменным. На своих местах были небо и земля, травы такие же, как и вчера, и воздух такой же.

Двух юношей оставили одних, а соплеменники отправились на охоту. Они поручили юношам беречь огонь. Таково было испытание для вступления во взрослую жизнь. Юноши обрадовались. Наконец-то, решили они, мы станем взрослыми, нам доверили важное дело.

Вот поэтому мир вокруг и виделся иначе: день немного другой, и солнце теплее, и небо чище, и земля добрее, и запахи, приносимые ветром, острее. Да, что-то новое и захватывающее ждет нас, грезили юноши.

Они сторожили пламя и подкармливали его. Понадобилось много сухих веток. Юноши набросали дров ненасытному огненному богу, а он с жадностью поглощал «пищу». Он пировал, шипя и урча, как хищный зверь над убитым животным.

Минуло много времени с тех пор, как племя ушло на охоту. Солнце медленно проплыло почти весь небосвод, и уж больно оказалось скучным это занятие — сторожить костер, хоть ярый танец огня и завораживал. Что толку сидеть без дела? Юноши захотели помочь соплеменникам, они решили пойти на охоту — настрелять мелкой дичи, чтобы соплеменники похвалили их. Попусту что ли томились тугие луки? Но слова старших, всплывшие в памяти, не давали им покинуть костер: «Огонь нельзя оставлять без людского присмотра. Если не кормить, он зачахнет».

Юноши долго не решались, но тут один из них произнес:

— Слушай, а мы не пойдем далеко, и отсутствовать будем недолго. Давай, накидаем веток огню, пусть ест, сколько хочет. — Юноша указал на кучу хвороста. — Того, что мы натаскали, огню хватит надолго. Пока он гореть будет, а гореть он будет долго, поверь, мы успеем настрелять мелкой дичи.

Второй с сомнением посмотрел на костер, затем перевел взгляд на «еду» для огня, но согласился.

Юноши принесли еще дров, а потом много веток побросали в костер, и пламя взвилось высоко. Жарко стало вокруг. Рыже-огненный хищник завыл, зашипел и заклокотал от удовольствия. Он почувствовал силу, и в огненном танце можно было прочесть слова благодарности.

— Вот видишь! А ты сомневался! — обрадовался первый. — Смотри, как разгорелся! А он еще долго будет так полыхать. Не успеет съесть все ветки, как мы вернемся.

Юноши взяли луки и отправились на охоту.

Как долго они были на охоте, не известно. Азарт лишил их чувства времени. Вернулись молодые добытчики, а костер потух. Остались лишь теплые угли. Неужели, испугались юноши, мы много времени отсутствовали? Значит, удрученно подумали они, придет племя после тяжелой охоты к потухшему очагу. А что скажут старейшины? Юноши не были посвящены в тайну огня. Не исполнился их срок, чтобы узнать секрет, не обладали они камнями, что высекают искры, а иначе они бы смогли быстро развести костер заново. Наука не хитрая, лишь прояви сноровку и терпение. Можно и трением сухого дерева о дерево это сделать, да только времени мало осталось. Юноши поняли — не успеют. Судя по положению солнца, вот-вот вернутся соплеменники.

Соплеменники пришли и увидели остывшие угли, поняли, что случилось и помрачнели. Стали совещаться, как поступить. Никто не проявил злобы, ибо охота оказалась удачной, но решение было непреклонным. В один голос они заявили:

— Быть им изгнанниками, и пусть боги решают их судьбу. Знали же они, что не посвящены в огненные тайны, так почему не досмотрели за костром? Не прошли они испытания. Изгнать.

Старейшины согласились с приговором, но один из них, печально и с укором смотря на юношей, произнес:

— Суждения ваши справедливы, братья. Они виновны, и вина их очевидна и не требует доказательств. Мы изгоним юношей, недосмотревших за костром, но даже боги бывают милосердны. Я хочу, чтобы мы были подобны богам.

— Не предлагаешь ли ты помиловать? Или хочешь назначить им новое испытание? — удивилось племя.

— Вовсе нет. Но они погибнут в первый день изгнания. Опыт у них небольшой, — старейшина о чем-то ненадолго задумался. — Да, юноши уйдут, так и быть. Этого не миновать, но вместе с ними уйду и я. Голос сердца сказал мне: не оставь их. Когда же я их обучу всему, что знаю, то вернусь. Ведь я прав? Что они видели за свою жизнь? Боюсь, недолго они протянут без мудрого слова.

— Мы-то не возражаем, — сказало племя. — Но подумал ли ты о нас? С нами останутся еще старейшины, но и твой опыт ценен. Нам бы не хотелось расстаться с тобой надолго.



Евгений Пышкин

Отредактировано: 03.04.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language:
Interface language: