Денег нет, но ты держись!

Размер шрифта: - +

Глава шестая. Мой дядя самых честных правил…

Глава шестая. Мой дядя самых честных правил…

Инициатива занимается любовью с инициатором в грубой извращенной форме!

- Ты все еще хочешь что-то предпринять, или мне удалось убить твое желание действовать решительно во благо спасения королевства, которое не стоит того?  - с притворным вздохом заметил  мой якобы родственник. Обойдусь без советов, особенно если они высказаны столь пренебрежительным и снисходительным тоном, каким читают нотации богатые и успешные граждане нищебродам , вздумавших умничать и рассуждать на тему денег и способа их заработка.

Когда бокс плавно перерос в пусть не кофе, но брейк, я решила продолжить нести умное, доброе, вечное в каменные сердца тех, кто явно не заинтересован в будущем своего королевства.  Я попросила принести мне бумагу и перо с чернильницей, что произвести элементарные расчеты. Надеюсь, что я еще помню, как это делается без калькулятора. Вы думаете, кто–то побежал исполнять приказ? А фигушки. Слуга, стоящий возле двери сделал вид, что пропустил мимо ушей мою просьбу. Если бы добыча полезных ископаемых в Арианоне была столько же усердной, как и ковыряние в носу этого рыжего парнишки лет двадцати, то мы бы уже не просто обогатились! У нас бы полным ходом шла промышленная революция! Мы бы уже пятилетками мыслили и шли к светлому коммунистическому будущему. А потом мне бы памятников понаставили с выставленной вперед рукой или с протянутой рукой. Первый вариант предпочтительней, второй – вероятнее.

- Я так понимаю, что дорогая племянница просто забыла, как правильно нужно разговаривать со слугами? Не знаю, как в том мире, куда ты от нас так скоропостижно сбежала после размолвки со своим достопочтенным отцом, но здесь приказы выполняются только в том случае, если они были высказаны соответствующим тоном!  Или в том мире слуги повинуются даже, если с ними разговаривать как с равными? Не просветите ли меня, моя дорогая? – улыбнулся демон, грациозно присаживаясь на свое место.

Я, словно затравленный зверь, посмотрела на лица со свежими синяками и ссадинами, доставшимися их обладателям в борьбе за статистические данные. Вот теперь я понимаю значение фразы «борьба за показатели».  Один из «борцов» рассматривал выбитый в пылу спора зуб. Зуб дает! О как!  Наверное, его показания самые точные, раз стоили ему верхнего резца.

- Итак, Принцесса решила заняться каллиграфией! Похвально! Ей нужно тренировать почерк, чтобы выписывать приглашения на свадьбу! – елейно сказал мой двоюродный дядя, и тут же его голос изменился, - Эй ты! У двери! Чего стоишь? А ну марш за пером и бумагой, иначе пеняй на себя!

Через буквально пару секунд перед нами появился слуга, запыхавшийся и напуганный. В руках у него был прибор для письма и стопка бумаги. Он положил на стол перед дядей все это добро, бочком стараясь отойти подальше и снова заняться своим любимым делом.

С одной стороны, может быть в чем-то демон и прав. Но как можно разговаривать с людьми в подобном тоне? Меня всю жизнь учили тому, что все люди – братья, и обращаться с людьми нужно максимально вежливо и приветливо. Мне что теперь? Командный голос вырабатывать? Сидеть! Лежать! Голос! Упал-отжался! Шагом ма-а-арш!

- А теперь ты, моя дорогая племянница! Соберись с духом и попробуй! – не отставал от меня мой родственник, - Гордая осанка, громкий уверенный голос… Раз, два, три!

- Эй, ты! – пискнула я, но голос мой прозвучал как-то неубедительно, - Принеси мне перо, бумагу и чернильницу! Живо… Пожалуйста…

Рыжий слуга дернулся, но тут же передумал куда-то идти. Теперь он занимался добычей полезных ископаемых из ушного карьера. И судя по коричневому пальцу, залежей серы там хватит на несколько поколений вперед.

- Мои аплодисменты! За неимением бриллиантов, скромность вполне может сойти за украшение девушки!  - рассмеялся демон, облокотившись на спинку кресла.

В этот момент я почувствовала, как внутри меня очень сильно накипело. Причем так, что крышечка уже стала подпрыгивать. Я тут, между прочим, о серьезных вещах собираюсь разговариваться, а надо мной смеются, как над дурочкой! Ну как обычно… Но обычно перед тем, как ответить кому-то в неподобающем тоне или нахамить, я трижды думала о том, что я – никто и звать никак, поэтому лучше помалкивать в тряпочку. Но сейчас я – принцесса! И имею полное моральное право приказывать!

- Слышь ты, урод недоделанный, я кому говорю, оторвал свою задницу от стула, и быстро принес мне все, что я просила! – заорала я, явно не ожидая, какой колоссальный эффект произведут мои слова не только на подорвавшегося, как сапер на мине, слуге, но и на всех присутствующих.

- Беру свои слова обратно! Моя племянница делает успехи! Придется подарить ей бриллиантовое колье, потому, что больше украшений у нее не осталось,- ядовито заметил мой дядя, пока слуга, спотыкаясь и падая, тащил мне стопку бумаги и чернильницу, половину содержимого которой он умудрился расплескать на пол. Ничего себе!

-Итак, господа, - сказала я, рисуя ось координат, а потом по оси игрек выводя дугу, - Это – кривая Лаффера! Она показывает ….

То, что показывает эта кривая мне договорить так и не дали. Как выяснилось, что среди присутствующих затесался однофамилец великого экономиста, который даже полез в штаны, чтобы проверить кривизну своего дворянского достоинства. Мой глаз дернулся, пока счастливый обладатель столь звучной фамилии Барон Лаффер, размахивая достоинством, словно мушкетер шпагой, проводил социологический опрос, относительно едва заметной кривизны основного инструмента, тыкая им всем под нос, возмущаясь необоснованным с моей стороны обвинениям! Не хватало только транспортира, чтобы замерить угол искривления и ружья, чтобы застрелиться.



Кристина Юраш

Отредактировано: 03.01.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться