Деревенщина против мажора

Глава 11. Собака лает — ветер носит

Глупо, но через пять минут они молча ехали в такси, а через полчаса добрались до дома и разошлись по комнатам. На её вопрос Кент так и не ответил, просто отошел в сторону и без лишних слов вызвал машину. Из-за чего в голове появилась еще пара сотен вопросов, ни один из которых Лида не задала из принципа. Хочет молчать? Да пусть слипнется у него там. Глядишь, не будет лезть с поцелуями!
Этот золотой мальчик совсем обалдел: хочет лапает, хочет целует, хочет хамит и оскорбляет. Слишком много ему позволено в жизни. Она точно не станет его очередной игрушкой, каким бы приятным ни был этот вырванный поцелуй.
Громко хлопнула дверью детского коттеджа и стремительно упрыгала в свою комнату, будто боялась, что он сейчас продолжит начатое. От одной мысли об этом сердце как-то неприятно дергалось, как будто к нему подключили аппарат и подавали мелкие разряды тока.
В узком коридоре перед глазами тут же всплыла картина: Кент прижимает Олю к стене, нагло и собственнически. Также нагло, как целовал её, Лиду, на набережной.
— Мерзкий, — влетела в комнату и сбросила одну туфлю. — Отвратительный! — следом полетела вторая. Она уселась на кровать и провела ладонью по распухшей ноге, тщательно перебинтованной. — Мальчишка...
Не могла Лида воспринимать Кента, как парня или мужчину. Он казался ей каким-то четырнадцатилетним мальчишкой с проблемным переходным возрастом, которого интересуют лишь дорогие игрушки для взрослых: машинки и женщины.
Вот только поцелуй все еще горел на губах. Она никогда себе не признается, но в какую-то долю секунды, случайное мгновение — чуть не ответила, чуть не поддалась.
Почему? Об этом думать — забивать и без того перегруженную мыслями голову. Обойдется.
Достала из кармана мобильник. От загулявшей Лизы ни слова, зато пришло сообщение от Толика:
«Уже завтра! Заеду в одиннадцать. Не проспи, красавица.»
Рухнула на кровать и смачно выругалась. За такие слова бабушка бы промыла ей рот с мылом, зато ребята на мойке и Ленка аплодировали бы стоя!

***
Кеше не спалось.
Какого хрена он вообще полез ее целовать? Выиграть спор — дело важное, но не такой же ценой. Провел кончиками пальцев по губам, вспоминая этот ценник. Не так и дорого, если задуматься, и даже приятно. Он еще никогда не целовал такую девушку, которая даже после клуба пахнет не дорогими духами и куревом, а пирожками. Губы, с которых не приходится есть липкую помаду с синтетическим привкусом клубники, они мягкие, чуть суховатые с легким привкусом апельсинов.
Еще раз осмотрел свою руку. Все-таки помогла, хоть и чуть не перетянула.
Мысли скакали с Лиды и поцелуя к сестре, Лису и Плато. Отомстить ему надо, отличник, пускающий слюни на его сестру, прав. Красивая месть — лучше мордобоя. Особенно, после мордобоя.
— Надеюсь, он не сильно офигеет, — усмехнулся Кент и выудил из кармана мобильник.
Набросал отцу сообщение:
«Я готов к стажировке в компании. Когда приходить?»
Довольный собой развалился на кровати в позе звездочки в полной уверенности, что Лида хоть и в гневе, но ни на какое свидание не пойдет. Только не после поцелуя с ним, Кентом. Вряд ли между золотым мальчиком и поваром она выберет последнего. Да, пусть ругалась, пусть сопротивлялась, но она ж не дура в конце концов...
Утро показало ему, как же он ошибался!

***
Как в кино, Толик в свободной клетчатой рубашке и джинсах вышел из своей обтекаемой серой иномарки с огромным букетом алых роз. Лида переводила взгляд с красоты в сильных мужских руках на улыбающееся лицо. Повар немного укоротил бороду и теперь губы было видно намного лучше.
Лиде так и хотелось обернуться в поиска красотки, к которой с цветами спешит этот невероятно привлекательный мужчина. Ну не к ней же он, в самом деле!
Ан нет, подошел и вручил букет:
— Прекрасно выглядишь, красавица.
— Да как обычно, — ляпнула Лида. У нее не было красивых вещей, поэтому оделась как всегда в джинсы и рубашку. Тут они с Толиком были в одном стиле, только у него клетка была бело-синяя, у нее черно-красная.
— Ты всегда прекрасно выглядишь, — подмигнул повар. — Едем? У меня наполеоновские планы!
— Наполеон плохо кончил! — раздалось громко за её спиной.
Вот чувствовала, что надо было обернуться. Пришлось это сделать несколькими секундами позже. Кент стоял в дверях, скрестив руки на груди и холодно усмехаясь. Взгляд серых глаз был далеко не таким веселым, каким выглядел мажор.
— Отлично, — улыбнулась Лида. — Кент, хорошо, что ты вышел. Возьми цветы — поставь в ту самую шикарную вазу, пожалуйста. Не прощу себе, если такая красота погибнет.
Подошла, всучила парню в руки букет и буквально силком утащила Толика, не дав мужчина порассуждать о Наполеоне, его повышенном либидо и неудачах на всех фронтах.
Свидание у нее или нет? И никакой Кент его не испортит!

Толик не стал оригинальничать. Полчаса спустя они с трудом припарковали машину рядом с одним из крупных столичных кинотеатров. Этого было достаточно, чтобы Лида вдохнула и забыла выдохнуть. В кинотеатре она была очень давно, в районном центре, там на маленьком экране гоняли прошлогодние киноновинки, а попа от жестких советских кресел оквадрачивалась в момент.
Здесь все было иначе. Огромный зал с гигантским экраном, мягкие бордовые кресла, в которых вполне можно спать часами. Толик притащил гигантское ведро поп-корна и две пары темных очков.
— Фильм 3D, — пояснил он.
Лида чуть по-детски не захлопала в ладоши. Еще и в очках! Такого точно никогда не видела.
— Хорошо, — натянула очки на нос и тряхнула головой, вызвав тихий смех Толика.
Обернулась и чуть не подавилась ловко украденным из ведра кусочком поп-корна. Между рядами прямо к ним шел довольно улыбающийся Кент под руку с горничной Олечкой. Та мгновенно покраснела до корней волос, увидев коллег.
— Надо же, какое совпадение! — всплеснул руками Гордеев. — Лапы подними, Толь, у нас места с той стороны.
Пока Лида белела, краснела и откашливалась, Кент уселся в мягкое кресло рядом с ней. Олечке досталось место по другую сторону от него.
— Ты что здесь делаешь? — спросили они одновременно с Толиком.
— Извиняюсь за приставания. Олечка была так любезна, что согласилась посмотреть со мной новый блокбастер, — невинно хлопал глазами парень.
От праведной мести его спас внезапно погасший свет. Лида только успела толкнуть его локтем и освободить себе подлокотник. Оставалось надеяться, что Толик этого фамильярного жеста не заметил. Как не заметил и того, что произошло через полчаса после начала фильма.
Лида смотрела на экран, не отрываясь. Невероятно объемное изображение, звук со всех сторон. Фильм был простой, какая-то катастрофа про монстров и наводнения, зато такой красивый. Вода, как настоящая и город, охваченный стихией...
Из блаженного забытья вырвало горячее дыхание и шепот на ухо:
— Рот закрой, а то подумаю, что ты никогда не была в кино.
Вместо ответа толкнула его локтем и попыталась снова погрузиться в сюжет, но Кент решил нарваться по-настоящему:
— Давай сбежим отсюда, — шептал он, почти прикасаясь губами к уху, заставляя дрожь пройти по телу. Хотела снова его ударить, но парень ловко схватил руку. Кулачок Лиды, оказался накрыт широкой ладонью и буквально утонул в ней, окруженный теплом.
— Я на свидании с другим парнем, Кент. Отстань, — прошипела сквозь зубы и попыталась освободиться, но не тут-то было.
Очень вовремя с другой стороны её коснулась другая ладонь. В два раза больше, чем у Кента, она была слегка шершавой и прохладной. Лида замерла, пытаясь не дергаться. Сейчас любое движение выдаст ее с головой.
— С тобой все в порядке? — шепнул Толик.
— Все отлично. Я впервые на фильме в 3D, — ответила быстро, хотела наклониться чуть ближе, но Кент вцепился в её руку и пощекотал пальцами запястье.
Будь здесь пустой зал, она непременно устроила бы истерику и отвесила нахалу-мажору пару пощечин, но сейчас у нее свидание с Толиком в переполненном кинотеатре. Еще не хватало его так подставить.
— Тогда смотри, не буду отвлекать, — кивнул, но руку не выпустил.
Лида так и просидела до конца сеанса, захваченная с двух сторон. Толик просто держал, надежно и спокойно. Кеша не унимался ни на секунду: поглаживал, скреб пальцами, ласкал запястье, заставляя мурашки раз за разом пробегать по телу.
Под конец фильма ей удалось освободить руку и напоследок изо всех сил царапнуть.
Вот тебе и свидание с красавцем-поваром. Вместо этого приходится снова терпеть рядом с собой несносного мажора.