Деревянная пешка

Размер шрифта: - +

Глава 17

Сине-голубые глаза близко. Очень близко. Сейчас взгляд не кажется холодным. Зрачок расплывается, почти скрывает радужку. Мощная аура подавляет. Оттенки ее меняются. Внутренний, ярко-золотой слой выходит вперед и распространяется вокруг. Нет силы противится этому влиянию. Оно подчиняет, завораживает. Если прежде мне было страшно, сейчас хочется греться в лучах этого человека. Любое его слово, просьба, приказ – я счастлива служить ему. Я умру, но сделаю все, что он захочет. Нежные прикосновения на лице, он что-то говорит, но я не слушаю, не слышу, я слишком поглощена его присутствием. Лица больше нет. ТОлько энергия. В его ауре вспыхивают золотые и фиолетовые символы. Четкие, яркие, жалящие, несгибаемые, словно кристаллы. Он весь в символах древнего алфавита, как храмовый зал. И эти символы связаны между собой, подобно созвездиям или бусинами на единой нити. Мягкое прикосновение к губам, удар, тело пронзает судорога удовольствия, спина выгибается. Я просыпаюсь.

В комнате светло, сердце колотиться как сумасшедшее. Никогда прежде мне не снились подобные сны. Я села на кровати и стала ожесточенно тереть лицо руками. Таких ощущений я и в реальности не переживала ни разу. Ну что ж Яра, зато теперь есть еще одна отличная эмоция для приворота. Глубоко вдохнула. Во сне мужчина казался знакомым, если не родным, то точно очень близким. В реальности я никак не могла вспомнить его лицо. В дверь постучала горничная. Она поинтересовалась спущусь ли я на завтрак. Идти не хотелось, но стоит вспомнить о том, что я здесь все-таки работаю, а не отдыхаю.

- Да, конечно. Я сейчас подойду.

Подошла к зеркалу и вгляделась в свое лицо. Свое… как же. Видеть рыжеволосую красотку стало привычно. Я провела пальцами по щекам, там, где Он меня касался, тронула губы. На лице появилась совершенно неприличная улыбка. Интересно, если бы я взглянула в зеркало во сне, кого бы я увидела?

У лестницы столкнулась с Суриком. Он держал за руку сестру и сидел перед ней на корточках, что-то выговаривая.

Я вежливо поздоровалась и пошла в сторону столовой, но рин  Крест попросил его подождать.

- Чем была расстроена Мила? – искоса взглянула на собеседника.

- Цева нехорошо себя чувствуети не хочет присутствовать за общим столом. Миле без нее нельзя.

- Как жаль.

Сурику не просто жаль. Он злиться, что иррационально. Подумаешь, девушка пропустила трапезу. Или дело не в этом?

- Она заболела?

- Да.

Нет.

Явная откровенная ложь. Хотя с ней действительно что-то не в порядке. Правда сейчас я вижу, что Сурик злится не на нее, а на ситуацию в целом.

- Вы общаетесь, с Цевой?

- Конечно, - мы уже вошли в столовую, Сурик кивнул всем присутствующим, я слегка присела, как учили в пансионате, и мы уселись на места по соседству, - она учит мою сестру. К тому же, она очень умная и красивая девушка.

- Вы не высокомерны?

- Нет, если мне не дают повода.

 После завтрака направилась прямиком в детскую. Цеву следовало проверить. Мало ли, может она после колдовства себя плохо чувствует. Нашла у себя в вещах симпатичную заколку с цветком из полудрагоценных камней и пошла в гости к юной барышне и ее компаньонке. На стук ответила Мила, я вошла в просторную светлую комнату со множеством милых вещиц, явно показывающих, что здесь живет девочка.

Мила сидела на ковре в окружении игрушек. В ее руках я увидела крохотную чайную чашечку. Рядом стоял миниатюрный чайничек. Такие же чашки из набора стояли перед некоторыми куклами.

- Рина Мила, Цева, здравствуйте. Юная барышня не смогла присутствовать на завтраке, и я решила выпить с нею чаю. Пригласите меня на посиделки?

- Конечно! – с восторгом отозвалась девочка.

Я нашла взглядом ее гувернантку. Цева должна была поприветствовать меня поклоном. Я рина, она нет. Но она этого не сделала. Красавица восточных земель сидела на широком подоконнике и пряталась в тени занавесей. Лицо ее разглядеть было сложно, особенно против света, но я все же сделала это, подойдя ближе.

- Я принесла рине подарок. Оцените, пожалуйста, он не слишком дешевый для племянницы князя?

Девушка выглядела плохо. Глаза покраснели и припухли, словно она плакала. Губы тоже опухли, словно их ночь напролет целовали. На шее и груди глухой белый платок. Впрочем, кисти рук без перчаток и я заметила край синяка на тонком запястье. Цева ощетинилась, хотя внешне выглядела невозмутимо. Ее аура, очень подвижная, словно выстрелила тысячей тонких иголок в мою сторону.

- Да, достойный подарок. Простите рина Лаггард, я не здорова. Не хотелось бы вас заразить, вам лучше отойти или вовсе уйти из комнаты. Милу я от себя оградить не могу, а вот вас – вполне.

Сказано было вежливо, но жестко. Цева, думаю, хорошая гувернантка, когда в настроении. Я кивнула, отошла от нее и присела к девочке, вручив ей подарок и приняв от нее крохотную чашечку, наполненную обычной водой. Вовремя этого импровизированного чаепития интенсивно размышляла и выводы мне нравились все меньше.

Дверь резко распахнулась, в комнату влетела Морана Крест. Она охватила взглядом всю композицию разом, задержалась на девушке и, ни слова не сказав, вышла. Я заторопилась за княжеской сестрой и наскоро попрощалась с ними обеими. Успела заметить ее пылающую гневом ауру у кабинета князя. Оттуда она вылетела еще более разгневанная спустя пять минут. Наткнулась на меня взглядом и моментально взяла себя в руки:

- Что вы здесь делаете, рина Лаггард? Мой брат общается с советником императора и ваше присутствие рядом с их дверью могут неправильно понять.

- Я заблудилась, - неубедительно соврала я, вызвав усмешку у номинальной хозяйки замка.

- Идите в сад, или библиотеку или где там сейчас бродит молодежь. Подругу развлеките, в конце концов. У нее брат не женатый, вы ведь здесмь за этим?



Ева Сильф

Отредактировано: 10.01.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться