Держитесь, маги, мы пришли!

Глава № 15. Непреходящие ценности до иных так никогда и не доходят. Иные ждут, когда их до них наглядно донесут.

В ранних зимних сумерках Аврора торопливо шагала к центральной площади провинциального городка Оскона, на встречу с Каяром. На новые гениальные идеи старый особняк ее не натолкнул. Жил в нем сейчас главный маг-артефактор Оскона (являвшийся одним из прямых потомков лорда Холлека), тот самый, что великолепно зачаровывал краски для волос, и магиня, прячущая подавляющий магию амулет, не решилась разговориться с привратником мага.  Девушка шла, кутаясь в свою большую пеструю шерстяную шаль. Длинные юбки с орнаментом ручной вышивки путались в ногах хуже бального платья и страшно раздражали. Еще сильнее раздражал браслет с подавляющим магию амулетом на руке, и Рора непрестанно теребила его, с трудом удерживаясь, чтобы не снять. Но памятуя о том, что по улицам крейсирует магическая охрана, приходилось терпеть, а раздражение копилось и копилось...

«Сверну в этот темный тупичок, хоть на минуту амулет сдерну, сил уже нет!» – Аврора прошмыгнула мимо ярко освещенных лавок и решительно зашагала в сторону погруженного в темноту сквера, обнесенного высокой стеной. По каменной стене шли крытые деревянными крышами лестницы и переходы, ведущие на  верхние смотровые площадки и башенки, с которых открывался красивый вид на центр города и окружающие его рощи и равнины. Эта стена раньше была частью оборонных крепостных стен города, но сейчас находилась практически в центре разросшегося поселения.

Планам Авроры по магической передышке суждено было сбыться в полном объеме, хоть и в несколько незапланированном качестве: на скамейках в сквере сидела развесёлая компания из пяти человеческих парней, тихо шипевшая проклятия в адрес магов, закрывших последний игровой притон в городе.

– Сами весело отдыхать не умеют и другим не дают!

– Вот-вот, проблемы с бабами у них, а монахами должны жить все! Такие девочки у Журберка были – прелесть!

«Ах, вы, сволочи! – неудержимо выплеснулась из магини накопленная злость. – Я покажу вам «девочек!»

Сорвав амулет и спрятав его в кармане полушубка, девушка скинула на плечи платок, распустила золотистые локоны и перетянула талию шалью, подчеркнув все намеки на принадлежность к женскому полу. Сделав грустное личико, магиня мелко засеменила вглубь сквера, всплескивая руками и причитая:

– Ах, заплутала я, глупая! Ох, госпожа заругает! Ой, юноши сидят – помогут мне горемычной!

Аврора изобразила широкую, но глуповатую улыбку, и повторила коронный мамин номер – захлопала длинными ресницами, сложила губки бантиком и развела руками: «Мол, чего взять с неразумной человечки, господа?» Правда, маме таким образом уже давно никого обмануть не удавалось, но тут-то аудитория новая, леди Таис еще не пуганная...

Человеческие юнцы оживились, присвистнули:

– Это сама судьба, не иначе!

«Само собой, судьба, милый, ты даже не сомневайся!» – подтвердила  Рора и вслух произнесла:

– Не подскажете, как пройти к музею современного искусства?

Лица парней вытянулись.

«Ой, что-то я не то сказала... Поздновато для музеев! Черт, куда вечером служанки ходят?! Наши всё дома больше сидят...

Но выбранные для проведения воспитательной работы человечки сами пришли на помощь:

– Красотка, выпей с нами, и мы тебя хоть в музей, хоть в библиотеку доставим!

– Ой, доставьте, хлопцы, «спасибо» скажу!

– А поцелуй на дорожку, девица-красавица! – подскочил к Роре самый ретивый и ухватил за грудь.

– Ай, больно! Руку обжег! Что у тебя там?! – затряс пострадавшей конечностью парень.

– Так пирожки горячие за пазухой несу.

– За пазухой, говоришь? – подтянулся еще один подопытный, – Ай-ай, больно! – и задул на обожженную ладонь.

– Свежие пирожки, мягкие – верно говорю, и щупать нечего!

Трое последних тоже двинулись было к выпечке, но дорожка вдруг обледенела и парни, проскользив навстречу друг другу, скопом повалились, образовав кучу-малу. Их товарищи, посмотрев, как у приятелей разъезжаются руки и ноги, не давая встать, бросились им на помощь, протягивая руки.

– Ай! Ой! Уй! – между соприкоснувшимися ладонями забили мелкие молнии, а помогавшие встать повалились к друзьям на замерзшую землю.

Запахло озоном, волосы у всей пятерки поднялись дыбом, образовав вокруг голов красивые, светящиеся и потрескивающие разрядами шарики. Парни подползли к испуганной девушке и угрожающе окружили ее, для устойчивости опираясь на землю всеми четырьмя конечностями. Аврора старательно округляла «в страхе» глаза и сдвигалась к стене, попутно пуская по земле небольшой поток магической энергии.

Земля под руками и ногами человеческих оболтусов пошла волнами, стала рыхлой, как песок, и с тихими причмокиваниями начала медленно засасывать их в свои недра.

Парни заорали, стали выдергивать из почвы то руки, то ноги, погружаясь в землю вначале по локти, а потом и по плечи, но так и не сумели выбраться из зыбучей ловушки. Мирное почавкивание земли медленно переходило в зловещее «ням-ням».