Держитесь, маги, я иду!

Глава № 17.

Даже боги бывают разные...

«Хорошо дома, хорошо в горячей ванне, хорошо в руках мужа – особенно, если всем этим наслаждаешься одновременно!» – думала Настя спустя три часа после выхода из храма. Северин так радостно встретил её у входа, будто она с того света вернулась. Оказывается, те женщины, которые приходили в себя после посещения храма Донаты, больше не покидали стен храма, оставаясь в нём жрицами. На вопрос Насти, как же он тогда решился её туда отвезти, Северин ответил: «Ты говорила, что любишь меня. Любовь – самая большая сила в мире, я верил, что ты не могла не вернуться». Леди Таис даже прослезилась от таких признаний мужа. Итог: они оба, абсолютно счастливые, лежали в горячей ванне после весьма бурных проявлений радости по поводу счастливого воссоединения. Кажется, недовольной осталась только бедная кровать, но она благоразумно молчала.

Настя подробно пересказала мужу всё, что произошло в храме, в том числе и слова богини о снятии зависимости от магических феромонов.

– Почему всех жён не приводят в храм сразу после свадьбы? Или хотя бы через полгода, еще до лаприкория? – спросила Настя.

– Раньше так пробовали делать, но, как я и говорил, никто не вернулся из храма. Теперь это последнее средство.

«Странно. Но сейчас мне слишком хорошо, чтобы размышлять об этом. И Северин опять целует так сладко... Подумаю об этом завтра!» – в лучших традициях женской логики решила Настя, отдаваясь ласкам мужа.

Утром нового дня Настя встала отдохнувшая, радостная и полная сил. Нежный поцелуй мужа, влюблённый взгляд его зелёных глаз, совместная утренняя ванна – что ещё девушке для счастья надо? Лично Анастасии Николаевне Таис – ничего!

Проводив мужа до его спальни – тоже одеваться, Настя спустилась по лестнице на первый этаж. Стоило ей только войти в столовую, как Орлов радостно метнулся к хозяйке. Громко тявкая, пёсик напоминал, что время его выгула давно миновало, пока хозяева в постели прохлаждались. Настя, смеясь его возмущению, накинула шубку и пошла с собакой в сад. Во время прогулки девушка невольно обратила внимание, как много людей встречается ей в замёрзшем негостеприимном саду: вот радостно улыбается садовник, вот выскакивают на дорожку Паляна с Ильяной, взмахивают руками, тоже улыбаются и куда-то опять убегают, вот Бор с сынком мимо прошли, Марика почему-то через заднюю калитку на улицу выйти решила...

– Променяла меня на другого мужчину? Так быстро? – наигранно обиженно протянул за ее спиной голос мужа, когда Настя гладила довольного щенка. – Бросила даже до завтрака?!

– Он не мужчина, – улыбнулась девушка супругу, – он – пёс! И мы оба уже готовы вернуться и съесть всё, что только найдём!

Проводив мужа на работу и сто раз пообещав никуда из дома не выходить и амулет связи весь день, прижимая к сердцу, при себе носить, Настя занялась уже привычными делами по хозяйству.

В утренних хлопотах по дому леди Таис постепенно начало подгонять чувство, что она забыла что-то важное и вот-вот опоздает сделать это важное. Читая отчёты арендаторов, Настя ощущала неприятное сосущее чувство в груди, которое буквально вопило ей: «Беги скорее! Потом будет поздно!», и не давало сосредоточиться на бумагах. Размышления о том, как повезло фермерам иметь в арендодателе мага-стихийника, благодаря которому их посевам не страшны ни засухи, ни бури, прерывались поселившейся в душе неясной тревогой. Настя подумала, что так проявляет себя желание скорее увидеть Северина, но при мысли о муже ее не окатило привычным уже теплом и счастьем.

Это насторожило девушку. Настя помнила слова Донаты о том, что она теперь не испытывает наркотической зависимости от феромонов мужа, но не быть зависимой и не испытывать чувств – это разные вещи. Задумавшись о Северине, Настя осознала, что её любовь к нему вдруг отошла далеко-далеко на второй план, освободив место для лихорадочной настойчивой потребности куда-то бежать. Куда?! Она уже сто раз проверила список всех дел по дому, проконтролировала (многократно!) всю прислугу, доведя их до нервной икоты, позвонила мужу и выяснила, что у него всё хорошо – усердно трудится во славу отечества. Дел вне дома у неё быть в принципе не может, так как в «отцовском» поместье её уже схоронили и не ждут, а в других местах она и не бывала, кроме ярмарки и храма Донаты. Храм!!! Ей нужно туда! На Настю накатило огромнейшее облегчение, как будто груз тяжёлый с плеч сбросила. Могла же и раньше сообразить! Мелькнула логичная мысль: «Зачем?», которая была сметена лавиной чувств: «Поблагодарить! Помолиться! Пообщаться, в конце концов, раз тут можно так вот запросто с богиней поболтать».

Настя бросилась в холл:

– Этен! Одежду мне и карету подать!

Дворецкий изумлённо и испугано на неё воззрился:

– Куда это вы, леди Таис? Лорд еще не скоро вернётся. Вы сами обещали ему никуда не выезжать. Да и не принято, чтоб жёны магов без мужей по городу ездили!

Его слова вызвали у Насти самую настоящую истерику, с криками, воплями и попытками силой прорваться к входной двери. Не на шутку перепуганный дворецкий позвал на помощь дюжих слуг, которые надёжно перегородили леди Таис выход из особняка. Из комнат повыскакивали Паляна с Ильяной и прочие служанки и с открытыми ртами смотрели на беснующуюся хозяйку дома. Из кухни подтягивались привлечённые шумом, вооружённые чем попало поварята под предводительством румяной Марики.