Детектив в летний зной

Глава 3

- Вы опоздали.

Голос брата Донована был сух, но я предпочла промолчать, и пройти к маленькому столу с очень неудобным стулом. Есть люди, которые кроме себя никого не слышат, ты можешь возмущаться, отстаивать свою точку зрения, а можешь просто игнорировать сохраняя собственное душевное спокойствие. Как показала практика, второй вариант более предпочтителен.

- Добрый день, госпожа Лорин.

Для кого добрый, а для кого нет.

Госпожа Лорин единственный на весь город медиум, которую все боялись и тихо ненавидели, потому как она была проводницей между этим миром и недовольными почившими предками.

В связи с тем, что религия настаивает на существовании жизни после смерти, произошёл юридический казус в правовой практике Битиополя. Наличие надгробной плиты на кладбище не означает прекращение существования мыслящей разумной единицы, которая после смерти остаётся поданным Империи, и имеет право на защиту чести и достоинства.

Кому из здравствующих людей нравится, что их будут преследовать с того света родственники, которые и при жизни свернули немало крови. Госпожу Лорин выслеживали, били, принуждали покинуть город, несколько раз пытались даже убить. Мне было жалко невысокую хрупкую женщину с измождённым лицом, которая не могла найти покоя и утешения ни на этом, ни на том свете, но интуиция подсказывала, что бы я держала своё мнение при себе.

Несколько десятков минут ушло на установку переносной печатной машинки и документального оформления вызова. Усевшись на неудобный стул, я застонала представив как будет болеть попа.

- Госпожа Морозова, внесите протокол что на сеансе, в качестве наблюдателя, будет присутствовать господин Арнуж.    

Из тени колонн показалась высокая худощавая фигура, которая испугала Ларин  и меня. Не смотря на то, что брат Донован представил блондина с узким лицом, холодными серыми глазами и тонкими губами светским титулом, ни у кого не оставило сомнение, что перед нами инквизитор, и притом не маленького чина.

Внеся дрожащими руками дополнение в состав группы допроса, а призвала в помощь всё своё актёрское мастерство и с достоинством выдержала изучающий взгляд.

- Ну что же приступим. – Скомандовал брат Донован, и в зал просочились несколько монахов, ставших у вершин идеально начерченной пиктограммы. Юные послушники закрыли ставни на окнах, предварительно зажгя сотни свечей и ароматических палочек.

Отвратительный запах. От поднимающегося к куполу шлейфов дыма разболелась голова, а от грянувшего следом громкого монотонного пения молитв, захотелось просто удавиться. Почувствовала, как воздух в помещении стал сгущаться, и расширяться словно ему не хватало пространство. Тело сдавило, словно в тисках, стало трудно дышать. Потребовались большие усилия, что бы сохранять спокойствие и невозмутимый вид.

Где-то на десятой минуте вспыхнула огнём идеально начерченная пиктограмма. Тело медиума выгнулось дугой, из горла вырвался дикий крик, перешедший на вой.

Пальцы порхали над машинкой, и к общей какофонии звуков присоединился стук клавиш. Отключив чувства, как призывает наставление для делопроизводителей, беспристрастно фиксировала каждый момент проведения ритуала. Отмели на бумаге и то, с каким интересом наблюдал инквизитор за мучениями несчастной девушке, как волновался брат Донован, а хористы пару раз сфальшивили, взяв неверною высоту ноты.

Казалось бы - пустяк, но каждый ньюанс был очень важен для нашей безопасности, а так же гарантировал то, что допрос был проведён верно, соблюдены все правила, и тем самым исключалось внешнее воздействие как на медиума, так и на призрака.

Наконец молитва (а по сути заклинание из арсенала тёмных магов и некромантов) было завершено, медиум вошла в транс состояние, и медленно воспарила под потолок. Раздался звон цепей, протянувшиеся от вмурованного в пол крюка до оков на запястьях несчастной. 

Брат Донован прочистил горло, и на набрав в лёгкие побольше воздуха, зычно гаркнул:

- Явись, страждущий справедливости.

Я то привыкла, а инквизитор вздрогнул от неожиданности, и бросил на старающегося выслужиться перед начальством святителя, недовольный взгляд. Это ещё ничего. Начальство не знает, что так высокопарно брат стал выражаться не так давно, предпочитая перед этим более, мягко сказать, простонародное, выражающее общее мнение горожан к представителям потусторонней жизни, прилагательное. Однако комиссия по этике, сочла подобное обращение к почившим добропорядочным гражданам империи, оскорбительным и разработала новый циркуляр.

Призыв пришлось повторить несколько раз, прежде чем в воздухе проявился серый туман, который клубясь, сжимался и принял очертания пожилой женщины с очень недовольным выражением лица. Окинув присутствующим колючим взглядом, она нахохлилась словно курица и уперев руки в бока открыла рот:

- Безобразие, я буду жаловаться.

Инквизитор повторно вздрогнул и посмотрел на вверх, откуда послышался дрожащий голос со сварливыми нотками. Призраки не говорят, они могут только висеть над душой с укоризненным взглядом, немного воздействовать на окружающее пространство, отсюда все разговоры про шумы, стуки, холод, и всё.

У каждого медиума свой дар, единственный и неповторимый. К несчастью Ларин, она могла не только видеть призраков, но и говорить за них.

Брат Донован непроизвольно скривился при виде клиентки, и я тоже не смогла сдержать разочарованного стона.

- Что? – Возопил призрак, уловив нерадостный настрой в помещение. – Никакого уважения. Вот в наше время…

- Уважаемая госпожа… - Брат Донован предпринял попытку остановить словесный поток, и приступить к допросу…

Призрак демонстративно повернулся к нему спиной, и воспользовавшись случаем, продолжил изливать скопившееся раздражение.

- Отвратительная организация. Никакого внимания, участия, сочувствия. А я, между прочим, уважаемая госпожа, мать троих детей. Ни один день не просидела без работы, честно налоги платила, а что получила в ответ?     



Инесса Кумратова

Отредактировано: 17.11.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться