Дети Ользара

Font size: - +

Глава 9. Мятежники

Покинув библиотеку, я нос к носу столкнулась с Зазу. Замковой мурлыкал какую-то песенку, отбивая хвостом ритм, и прямо-таки лучился благодушием.

- Пока тебя не было, я испробовал некоторые стратегии, - сообщил он. - Клянусь с-своим камзолом, через дюжину дней здесь прогремят с-свадебные фанфары, или я не замковой Хасса-Ба!

Я лишь завистливо вздохнула. Хоть у кого-то налаживается личная жизнь.

Телепортировав меня в спальню, счастливый влюбленный откланялся. Я же, обложившись одеялами и подушками, уставилась на незамысловатый узор кроватной спинки, чувствуя себя как никогда одиноко.

Где сейчас Джалу? Летит домой или, быть может, в этот самый миг, находится на волосок от смерти? Мне так отчаянно хотелось услышать знакомый хрипловатый голос, что я до боли сжала виски руками, запрещая себе использовать мысленную связь. Не время для слабости, Лис.

Резкий звук вырвал меня из оцепенения. Я завертела головой, пытаясь понять его природу. Звук повторился - словно град застучал по стеклу.

За витражным окном мелькнула неясная тень. В животе заворочался комок страха, но я заставила себя подняться и подойти ближе… И облегченно выдохнула, когда разглядела силуэт некрупной птицы. Она перестала стучать по стеклу клювом и теперь билась всем телом.

- Тише, тише, - пробормотала я, распахивая створки. - Есть, наверное, хочешь?

Черный как смоль ворон влетел в комнату вместе с морозным воздухом и хлопьями мокрого снега.

Пока я, ругаясь сквозь зубы, закрывала окно, успев промерзнуть до последней косточки, ворон сделал несколько кругов под потолком, после чего приземлился на письменный стол.

Некоторое время мы настороженно разглядывали друг друга. Глаза птицы, похожие на блестящие пластмассовые бусины, цепко шарили по моему лицу.

- Ну, давай знакомиться… - предложила я, и медленно двинулась к странной птице, стараясь избегать резких движений.

- Кар! - согласился ворон и, стоило протянуть к нему руку, безо всякого страха перебрался на запястье.

От волнения у меня подкосились ноги. Я уже знала, что имею дело не с обычной птицей, а магическим почтальоном. В Академии мы иногда использовали таких созданий, чтобы обмениваться лекциями или протаскивать на экзамены шпаргалки.

Я осторожно отвязала от лапки птицы крошечный свиток. Неужели…

Нет, у меня решительно не было сил на догадки! Трясущимися пальцами я развернула письмо. Магия пространства быстро превратила клочок бумаги во внушительный лист пергамента. В крупных, красивых буквах, украшенных десятками завитушек, я немедленно узнала почерк Тойи.

«Дорогая Лис! - писал друг. - Надеюсь, это послание найдет тебя в здравии и безопасности. После случившегося в день казни, тебя объявили государственной преступницей и назначили большую награду, поэтому надеюсь, что сейчас ты среди верных союзников. Несмотря на то, что многие судачат о твоей смерти, я гоню от себя эту мысль, ведь прежде ты блестяще выпутывалась из самых безнадежных авантюр.

Этот ворон – мой лучший фамилиар – и он будет лететь до тех пор, пока не найдет тебя или не погибнет сам.

Его зовут Карамба. Я не уверен в значении этого слова, но ты часто повторяла его, перед тем, как сорвать занятия по нумерологии или перед экзаменами, к которым ты, конечно же, никогда не была готова… Славное было время, правда?

Я всегда думал, быть может, это какое-то древнее могучее заклинание, призывающее удачу?

В любом случае, теперь Карамба принадлежит тебе, так что заботься о нем, пожалуйста.

Сейчас, когда я пишу эти строки, Нисса и Шенрияр гуляют на улице, я слышу их голоса за окном. Я не стал говорить им, что собираюсь написать тебе. «Меньше знаешь, крепче спишь» - я правильно цитирую твои слова? Сейчас за нами неусыпно следят шпионы Инквизиции. Не думай, что Нисса или Шен считают тебя предательницей. Каждый из нас понимает – у нашей Лис были свои причины поступить так, как она поступила, неважно, что говорит инквизиция, сенат и даже церковь. Ты наш друг… нет, не просто друг – ты наша сестра, и мы будем верить в тебя, что бы ни случилось.

Нисса сутками торчит возле Шена, кажется, между этими двоими происходит что-то, заставляющее обоих смущаться всякий раз, как я застаю их наедине. Я искренне рад за них, и, хотя мне тяжело об этом писать… но, я думаю, жизнь Шенрияра уже никогда не будет прежней. Лекари говорят, что никакая магия не сможет поставить его на ноги и вернуть привычную внешность. Я знаю, для Ниссы это не имеет значения, но мне все равно очень грустно.

Арахонский мыш заметно подрос, но очень тоскует по тебе, Лис. Я…»

Последнюю фразу было невозможно разобрать, так как нижнюю половину пергамента испещряли чернильные отпечатки маленьких когтистых лап – следы Хууба я бы узнала из тысячи. Я быстро вытерла мокрые щеки, и еще раз внимательно перечитала письмо.

В нем не было ни слова о Дее (горечь обиды прошла, и я была бы рада узнать о его судьбе), но, главное, послание определенно было не закончено!

Это могло означать лишь одно - вторая часть письма важна настолько, что Тойя наложил на нее особое охранное заклинание.



Терри Лу

Edited: 14.11.2017

Add to Library


Complain




Books language: