Дети падшей Луны: Надежда молодого короля. Том 2

Размер шрифта: - +

Глава 1. Долгое ожидание

Сова летела, лениво шевеля своими безвольными крыльями. Под ней простиралась выжженная солнцем земля, безжизненная и бесплодная. Мёртвая корка её поверхности расходилась в разные стороны бесконечными порами трещин. Эти рваные раны тянулись до самого горизонта. Суровые условия этого места не оставляли шанса на выживание большинству живых существ. Тем страннее стороннему наблюдателю мог показаться полёт совы. Было удивительно видеть как жительница лесов, целеустремлённо парила здесь к известной только ей цели. Внизу, что-то юркнуло из разлома земной корки и скрылось между камнями, но сова не среагировала на это. Она не хотела охотиться и не была голодна. Она была мертва.

Чужая воля вела птицу в сторону огромной горы, пронзавшей своей вершиной облака. За ней, острые, как зубы огромного монстра, из земли в несколько рядов выступали скалы. Они непреступной стеной преграждали любому путнику дорогу дальше, хотя здесь и так никогда не появлялись непрошенные гости. Палящее солнце и отсутствие питьевой воды, делали эти пустоши последним местом на континенте, где желал бы оказаться здравомыслящий человек.

От основания огромной горы, исполинским клыком пронзавшей облака, тянулась длинная вереница телег с впряжёнными в них людьми. Одетые в длинные чёрные одежды, с лицами скрытыми под полосками ткани, спускавшимися с небольших тюрбанов, они медленно переставляя ноги, тянули гружёные повозки. Сова спустилась чуть ниже и теперь стремительно летела над караваном. Птица нырнула между ног культиста, выделявшегося среди остальных тем, что не скрывал от солнца своего испещренного татуировками лица, пролетела между вращавшимися осями колеса и вылетев с другой стороны телеги, снова взмыла вверх. Видимо тот, кто управлял её движением, устав от монотонности перелёта, решил таким образом немного развлечься. Вскоре показался огромный тёмный зев пещеры, ведущей внутрь исполинской горы.

Птица летела по хитросплетению широких галерей и узких проходов, казавшихся бесконечными. В этом лабиринте можно было легко заблудиться, но тот, кто управлял совой знал, куда ему нужно двигаться. Наконец птица взмыла высоко вверх под своды огромной галереи, в которой на нескольких ярусах кипела работа. Тысячи людей работали кирками, высекая искры и разрушая горную породу, другие оттаскивали камни и складывали их в телеги, которые по мере заполнения начинали своё движение в сторону единственного выхода, благодаря усилиям фигур в тёмных балахонах. Птица поднялась к самому своду и безошибочно нашла в кромешной темноте узкий лаз. Она едва протиснулась внутрь и дальше уже ползла, теряя об острые выступы перья и оставляя на них куски плоти.

Через несколько минут впереди заплясали отблески света, который отбрасывали масляные лампады. Птица высунула голову из лаза и оглянувшись по сторонам спрыгнула вниз. Расправляя крылья она приземляясь на короткий насест рядом с человеком, бледным словно червь, прячущийся от солнечного света под камнем.

В полумраке могло показаться, что Рагнадиш давно умер и не дышит. Глаза его закатились и слепо смотрели вперёд. Культист молился. Вернее так бы сказали огненноголовые, люди или зверолюды – любой обитатель Западных земель. Эти примитивные существа привыкли решать всё языком силы. Они могли лишь произносить просьбы, адресуя их своим богам, при этом сами им ничего не давали. Глупцы. Перерезая друг другу глотки они только пополняли армию мертвецов, которой могли повелевать служители культа. Рагнадиш не молился, он служил,  часами беседуя с единственным высшим божеством – Мором - повелителем смерти. Рано или поздно, каждый отправлялся в его мир. Наступит время, когда древнее божество вернётся в мир живых и станет единственным правителем. Рагнадиш знал это. Он давно был главой культа и делал всё, чтобы сохранить его, поэтому Мор до сих пор не забирал культиста в своё царство. У него было слишком много дел в мире живых. Жрец сохранил свою веру, своих учеников, он спас культ от истребления. Он прекрасно помнил охоту и бойню, когда культистов резали, топили и жгли. Как же давно это было… За эти столетия  сменилось несколько поколений, а время не тронуло Рагнадиша. Сбежав с востока в западную часть континента он смог затаиться и спрятать уцелевших учеников. Всё это время он не сидел сложа руки, он впитывал в себя каждое слово, звучавшее в его голове, совершенствовал старые знания и получал новые.

Медленно он вплетал в полотно будущей мети, замысловатый рисунок. По ниточке, создавая узор будущего триумфа, культист знал, что не допустит больше ошибок. У него было достаточно времени, чтобы продумать каждую деталь и отомстить всем, кто был причастен к охоте на культ. Бог открыл ему тайну за которую высокородные отдали бы все свои деньги, он умел обманывать старость, а смерть обходила его порог стороной. Эта костлявая, высохшая старуха, пугавшая каждого даже в мыслях, больше не имела власти над Рагнадишем. Для своих учеников он был наглядным примером власти Мора и каждый из них знал, что встал на истинный путь, надеясь, на благосклонность господина, который со временем отгонит от их тел неминуемую дряхлость.

Жизнь и смерть были разными сторонами одной монеты, каждую из них старый жрец досконально изучил. Он умел исцелять. Нет, о воскрешении не было и речи, кто ушёл в мир Мора, был его заслуженной добычей на которую никто не имел права. Но излечивать страшные раны или болезни Рагнадиш умел. Именно это мастерство позволило ему обезопасить свой культ. Здесь на западе, после бегства он выстраивал всё с нуля. Через тайную сеть шпионов он долгие годы устанавливал связи с влиятельными высокородными, оказывал им услуги, а они были лояльны к его территории. Эти земли сложно было назвать привлекательными, убегая с востока Рагнадиш не зря остановился именно здесь. Потрескавшаяся безжизненная корка высушенной ярким солнцем пустоши без намёка даже на маленький ручеёк, была интересна только для диких ящериц. Лишний раз соваться сюда людям не было надобности. Добывать камни из единственной в этой части континента могучей горы, выпиравшей из земли огромным волчьим клыком было делом невыгодным. Невыгодным для живых людей. Пересекать пустыню, транспортируя камни, решать вопросы водоснабжения и терпеть лишения длинного путешествия под палящим солнцем – сомнительное и экономически непривлекательное занятие. Зато ожившим мертвецам, работавшим в каменоломнях, для существования не требовалась пища и влага. Они не знали усталости, круглосуточно выполняя свой монотонный труд.



Денис Давыдов

Отредактировано: 19.10.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: