Дети войны

Font size: - +

24.

Завтра мы будем в море.

Я шла по лагерю и не могла отделаться от этой мысли, – сегодня последний день перед отплытием, завтра, едва рассветет, корабль отчалит, мы отправимся в путь. И на много дней качающаяся палуба станет для нас миром, мы будем одни среди ветра и волн.

Уже завтра.

Я шла, пытаясь запомнить каждый шаг по твердой земле, вдыхая холодный воздух, глядя на опавшие красные листья, вслушиваясь в голоса перелетных птиц. Когда мы вернемся, на небе будут сиять зимние или, быть может, весенние звезды. Настанет другое время года, а земля преобразится окончательно, – мы ступим на берег и увидим наш мир таким, каким он должен быть.

Если море отпустит нас.

Я сжала кулаки, так, что ногти впились в ладони. «Вы преодолеете море и вернетесь», – так сказали Мельтиару пророки, а он повторил эти слова нам. Все будет хорошо, я не должна поддаваться темным предчувствиям.

Вскинув голову, я попыталась впитать в себя, запомнить лагерь преображения: шатры и тропинки, обрывки разговоров и прозрачную синеву неба. Когда темнота перенесла нас с Мельтиаром сюда из леса, – кажется так давно и совсем недавно, – лагерь показался мне взрывом цвета, непонятным, бурлящим и беспечным. Теперь он стал тише, больше походил на стоянки, где мы ночевали во время войны, и на этажи военного сектора в городе. Лишь цвет остался прежним, – яркие краски осени, вечно меняющееся движение силы. И мне все еще трудно было поверить, что Коул носит теперь эти цвета.

Последние шатры, незримая граница лагеря, тропа, карабкающаяся вверх по склону, – к поляне, наполненной запахом горючего и шумом двигателей. К поляне, которую я часто, забывшись, называла ангаром.

Я увидела Кори за миг до того, как он окликнул меня. Борт машины еще не успел раскрыться полностью, а Кори уже выпрыгнул наружу, устремился ко мне. Ветер растрепал его волосы, превратил в потоки пламени, – но и сам Кори сиял, радость переполняла его, лучилась сквозь кожу, плясала в глазах. Разве я видела его таким раньше? Разве что в детстве, очень давно.

Кори подбежал, схватил меня за руки, и его чувства полыхнули как взрыв. Счастье и тревога ослепили тысячью огней, и я спросила:

– Ты поговорил?

– Да! – ответил Кори. – И все хорошо!

И это было ясно без слов, – так сияют только от любви, той, которую делят на двоих. Неужели еще недавно я ничего не знала об этом, неужели лишь меньше двух месяцев назад нашла Мельтиара среди вереска и тишины? И неужели всего неделю назад Кори боялся поговорить с тем, кого любит, и думал, что чувство безответно?

Вина кольнула меня, запоздалая и далекая, – мы так счастливы, и Кори, и я, но не Коул. Враги отняли его любовь.

 – Я хотел вернуться раньше, – говорил Кори. – Как ты? Как Коул? Нам нужно укрепить связь, чтобы встретиться во сне, когда ты будешь в море… Как Мельтиар? Он вспомнил что-нибудь?

Я отвечала, Кори держал меня за руки, – время словно застыло, освещенное счастьем. Но нет, мгновения утекали, призывно гудели двигатели машины, торопили меня. Пора было улетать, отправляться на последнюю тренировку перед отплытием.

Сегодня Мельтиар летит на Королевский остров, мы выходим в море одни.

Я поймала сияющий взгляд Кори, сжала его ладонь.

– До вечера, – сказала я и побежала к машине.

 

Завтра, в это время, наш мир уже скроется за горизонтом, я буду в открытом море.

Я думала об этом весь день, – пока корабль плыл вдоль берега, а каждый из отряда стоял на своем посту, следил за волнами и небом. Думала об этом, провожая взглядом машину, взрезавшую синеву над нами и умчавшуюся к невидимому острову. Мысль о завтрашнем дне не отступала, – даже когда я сошла на берег, даже когда вернулась в лагерь.

Я думала об этом и сейчас.

Мой последний вечер в лагере преображения был так похож на первый: вечерние сумерки за полотняными стенами, дрожащее пламя высоких свечей, моя рука в ладонях Кори и Коула. Кори пел, и я почти видела свет, дрожащий в кончиках пальцев, пульсирующий, текущий к сердцу.

Завтра вечером между нами будет море.

Я пыталась погасить эту мысль, – я должна оставаться бесстрашной, мои друзья не должны бояться за меня.

Но их беспокойство было в каждом прикосновении и фразе.

Я поймала взгляд Коула. Его глаза, всегда говорившие яснее слов, сейчас потемнели, как ночные облака, скрыли душу. Он был так близко, но темная пелена окутывала его, поглощала. Мы должны помочь ему. Как мы можем быть счастливыми, когда ему так плохо?

– Ты должен пойти к пророкам, – сказала я ему. – Сны исцеляют, тебе станет лучше.

Коул отрицательно мотнул головой, сказал:

– Зачем? Все в порядке.

Он улыбался, но улыбка была такой же как взгляд, – далекой и темной.

– Я вижу, что нет! – Кори подался вперед, сжал наши руки крепче. – Я поговорю с Аянаром, он тебя отпустит.



Влада Медведникова

#9077 at Fantasy
#428 at Epic Fantasy
#2389 at Other
#355 at Curiosities

Text includes: магия, любовь, звезды

Edited: 04.01.2017

Add to Library


Complain




Books language: