Дети войны

Font size: - +

40.

Мы уходим.

Наверное, я никогда не смогу привыкнуть к этому, – слова вспыхивают, взрезают мир. Беззвучный голос невозможно перепутать ни с одним другим, – он черный, багряный, заполняет небо, сметает все на своем пути.

Я кивнула, словно Мельтиар мог видеть меня.

Первой мыслью было подхватить оружие, выйти из шатра, но я остановила себя. Здешние воины заметят, что я собралась в путь, могут догадаться про безмолвную речь, а им незачем об этом знать.

Я отодвинула занавеску, встала на пороге. Когда Мельтиар уходил, небо было чистым, а сейчас набежали облака, высокие, рваные, похожие на дымку. Лагерь казался притихшим, лишь изредка в шорох ветра и звон бубенцов вплетались далекие голоса, шаги, конское ржание. Должно быть, почти все воины сейчас далеко, сражаются за рубеж на истоптанной равнине или в предгорьях. Что за странная война у них? Битвы в условленных местах, в урочное время, как игра.

Мельтиар еще не появился, но я слышала его шаги, – здесь, на чужой земле, они были такими же как дома, и такими же, как на шатающейся палубе корабля. Когда я научилась так хорошо различать их?

Потом показался он сам. Следом шел старый переводчик, а затем из ближайшей палатки вынырнул и второй.

– Собирайся, – сказал Мельтиар, подойдя. – Задача выполнена, нам пора.

Я видел флейту.

Его мысль мчалась в потоке чувств, тоска и радость сплетались нераздельно. Я зажмурилась на миг – мне показалось, что слышу другую флейту. Ту, чей голос был знаком мне, ту, что призывала нас на войну.

И заключил военный союз.

Я хотела спросить, но вопрос был слишком страшным, а мысли теснились суматошно, не давали сосредоточится. Мы добрались до другого мира, заключили союз с другим народом, узнали, что флейта существует – но не заберем ее? Чувства, пылавшие в прикосновении Мельтиара, ясно говорили мне: нет, не заберем, не обманем доверие этих людей.

«Тебя не будут судить за это?» – вот, что я хотела спросить. Но лишь кивнула, вернулась в шатер за оружием и вышла, готовая отправиться в путь.

 

Переводчики проводили нас до последней палатки. «До моря неблизкий путь, – сказал тот, что был старше. – Если задержитесь у нас до заката, то доедете с почестями, на колесницах». «Не нужно, – ответил Мельтиар. – Мы привыкли к дальней дороге».

Теперь лагерь остался позади, и я пыталась почувствовать, где же кончается пространство, окруженное незримой стеной, где исчезает магическая защита. Я думала, что увижу колесницы, стоящие ровным кругом – но их не было, лишь часовые с высокими пиками и лентами на шлемах. А дальше – равнина, истоптанная, пыльная, пустая.

Я смотрела под ноги, на помятые травинки, упрямо тянущиеся к солнцу. Прислушивалась к чувствам и звукам, но поняла, что мы миновали барьер, лишь когда Мельтиар до боли стиснул мои пальцы и сбился с шага.

– Ты теперь видишь их? – спросила я, подняв взгляд.

Мельтиар кивнул. Волосы упали ему на лицо, ветер теребил их, осыпал пылью.

– Не всех, – ответил Мельтиар. Он снова шел ровно, смотрел вперед, но и голос и прикосновение говорили – случилось что-то ужасное, непоправимое. – И они не здесь.

– Где они? – Я едва услышала свои слова – шепот, уносимый ветром.

Я знала, что не должна бояться, должна быть бесстрашной, Мельтиар выбрал меня за это, – но мысли клубились, как облака в шквал, не давали успокоиться. Что если люди, с которыми мы заключили союз, заманили Мельтиара в лагерь, чтобы подстеречь и уничтожить наш отряд? Но почему тогда отпустили нас? Или это ловушка и надо ждать удара? Или…

– Они далеко, – сказал Мельтиар. – Дома.

– Дома? – переспросила я, не понимая.

– Да. – Мельтиар кивнул и указал в сторону невидимого отсюда моря. – В городе.

Я мотнула головой, пытаясь сосредоточиться, понять, как такое может быть. В городе. В безопасности. Но не все. Мельтиар видит не всех. Может быть, и невидимые в безопасности, где-нибудь рядом, под защитным барьером?

Но даже если бы остальные отплыли без нас – а они бы так не сделали – за один день невозможно преодолеть море. Как они вернулись?

Будь готова сражаться. Мысль Мельтиара была приказом – словно мы снова оказались на войне и вокруг кипело сражение. Мне стало легче. Но не подавай виду.

– Когда лагерь скроется из виду, – сказал он вслух. – Я перенесу нас к морю.

 

Темнота опалила меня, затмила свет и звуки, лишила дыхания на миг, – и тут же схлынула. Осталось лишь ее эхо: острое покалывание на коже, горечь на губах, неуловимый вкус боли. Все то, о чем Мельтиар молчал, пока мы шли по пустынной равнине, под шелест ветра и крики незнакомых птиц.

Если он чувствует каждого предвестника, знает, когда гаснет каждая звезда, – то что же было с ним на войне? Как он выдержал столько смертей?



Влада Медведникова

#9196 at Fantasy
#433 at Epic Fantasy
#2435 at Other
#367 at Curiosities

Text includes: магия, любовь, звезды

Edited: 04.01.2017

Add to Library


Complain




Books language: