Девочка из ниоткуда, или Хранители времени

Глава 4

Утро было ясным и солнечным, но уже не по-летнему прохладным. Талим выглянул в окно и увидел Полину, которая рысцой приближалась к дому. Он быстро отступил в глубь комнаты. Завершив утреннюю пробежку, Полина присела на нижнюю ступеньку крыльца. Она любила проводить в одиночестве несколько минут, отделяющие раннее утро от начала дня. Талим никогда не мешал своей подопечной. Он делал вид, что ничего не знает об этом, и тем самым давал Полине толику свободы и независимости.

Дом Талима находился у подножия горы, в живописном месте, носящем название Долина Грез. Перед домом был разбит маленький сад, позади — огород. Чуть поодаль располагались хозяйственные постройки — сарай, мастерская, загон для птиц, сеновал, баня…

Помощников, кроме Полины, у него не было. Они вместе работали на огороде и в саду, готовили еду, убирали в доме и ходили за покупками в ближайшую деревню. Полина попыталась было взять все домашние заботы на себя, но Талим ей этого не позволил. Он требовал, чтобы она исполняла только его поручения.

Поначалу Полину раздражали задания Учителя. Она не понимала, почему овощи нужно было резать, держа нож в левой руке, хотя она была правшой, или почему длинные, узкие столбики крыльца нужно красить справа налево, хотя гораздо удобнее водить кисточкой сверху вниз, или почему она каждый день, и зимой и летом, по целому часу изображала пугало, стоя посреди огорода на одной ноге. Если она бунтовала против откровенно нелепых поручений, Талим, как злая мачеха в сказке про Золушку, в наказание смешивал в одной миске разные крупы и заставлял ее разбирать все по зернышку.

Постепенно Полина научилась извлекать уроки из всего, что делал или говорил Учитель Талим. Она стала терпеливой и внимательной, ее взгляд обрел уверенность, а движения — точность.

Когда Полина узнала, что каждый из учеников Талима посадил по дереву перед его домом, она добавила к ним айву, объяснив свой выбор тем, что по древней легенде плоды айвы приносят счастье, благополучие и успех.

По вечерам Талим рассказывал Полине сказки. Первое время она внимательно его слушала, но потом не выдержала и поинтересовалась, зачем он это делает.

— Разве ты не любишь сказки? — хитро прищурился Талим.

— Очень люблю! Только мне кажется, в ваших рассказах есть смысл, который я не могу уловить, — призналась Полина.

— Если ты задала такой вопрос, значит, ты уже кое-что поняла, — сказал Талим. — Ты права, я рассказываю тебе сказки не просто так. Мир сказки более истинный, чем любой другой. Сказка учит нас многим вещам…

— Но сказки рассказывают детям, — невольно перебила его Полина.

— Ну и что? Что меняется в сказке, когда человек взрослеет? Правда в сказке все равно побеждает ложь. Время не может изменить истинных чувств. Мудрость, заложенная в сказке, — вечна. Давным-давно, задолго до Катастрофы, жил один поэт. Его преследовали и запрещали при жизни, а после смерти стали почитать. Впрочем, так было почти со всеми истинными поэтами. Вот строки из его баллады:

Чистоту, простоту мы у древних берем,

Саги, сказки из прошлого тащим,

Потому что добро остается добром —

В прошлом, будущем и настоящем![1]

Полина смущенно опустила голову, признавая правоту Учителя. Она никогда раньше об этом не задумывалась.

— Ты знаешь историю ордена Воинов, — продолжал Талим, — но вряд ли имеешь представление о том, как создавались традиции, формировались его законы и порядки. Большинство из них покажутся тебе нелепыми и странными, порой даже жестокими. Рано или поздно ты поймешь их смысл. Сейчас пришло время объяснить тебе, почему законы, по которым живут Воины, называются сказками. Послушай притчу:

«Много тысяч лет назад жил один мудрец. Ученики и друзья говорили мудрецу:

— Главный жрец, и главный судья, и главный палач гневаются, что ты веришь не в то, во что верят они, и учишь не тому, чему они велят учить. Смотри — они сожгут тебя на костре, и вместе с тобой в огне исчезнет созданное тобой.

— Не бойтесь, дети мои, — спокойно отвечал мудрец. — Пусть меня сожгут; мысли сжечь нельзя — письмена не горят!

И наступил день, когда к мудрецу пришли стражники и увели его в темницу. Суд приговорил его к сожжению на костре.

Когда мудреца вывели на площадь, завернутого в пергаменты его рукописей, и огонь жадно охватил красными своими языками пергаменты, один из учеников крикнул из толпы, окружавшей костер:

— Письмена горят! Ты учил ложно, старик!

В ответ послышался голос мудреца:

— Горит пергамент, а буквы улетают!»

Он крикнул это в последние мгновения, погибая страшной смертью на костре. Ты понимаешь, что это означает?

Буквы не горят — они улетают и собираются в слова, слова собираются в мысли, не обычные, а вечные, и мысли эти, вместо того чтобы остаться в безопасной высоте, спускаются к людям: ведь они для людей. Они спускаются вниз… Как дождевые капли превращаются в соки деревьев и трав, так и они вместе со сказкой войдут в наше сердце и сделают это сердце человеческим, то есть смелым, справедливым и добрым.

Талим замолчал. Полина долго смотрела, как в камине догорают угли, и было видно, что она глубоко задумалась. Наконец она сказала:

— Кажется, я поняла. В сказках содержится народная мудрость, проверенная веками. То, что для первых Воинов было правильным, могло измениться со временем. Но истинные человеческие ценности не меняются. Чтобы не забыть об этом, Воины назвали свои законы сказками.

— Да, — подтвердил Талим. — Но они не просто назвали, но и сформировали их на основе сказок. Именно сказки подсказали им, каким должен быть орден. «Сказка ложь, да в ней намек, добрым молодцам урок!» Прошло много веков, прежде чем взрослые люди поняли и приняли эти уроки.



Эльвира Плотникова

Отредактировано: 01.06.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться