Девушка из торта

Глава 12

Лариса

Лодыжка все-таки распухла, с мокрых после душа волос стекала вода. Я сидела в своем кабинете, развалившись в кожаном кресле и наслаждалась болью в каждой мышце. Таких безумных нагрузок не было целый год. Час я не могла остановиться, оттанцовывая трэк за трэком. Никакой постановки, глухая импровизация, как и советуют настоящие мэтры. Те, кто чувствуют душу танца и понимают его от и до. Только на них я хотела равняться, когда пару лет назад подцепила свой вирус фламенко.

Ладони тоже слегка горели от хлопков. Кастаньеты — для слабаков и туристов. Здесь тело и танцор, и музыкант.

Не знаю сколько просидела так, улыбаясь в никуда, как сумасшедшая.  Собралась с мыслями, достала из нижнего ящика стола эластичный бинт. Вот и старая заначка пригодилась. От наматывания отвлек тихий стук в дверь. Почти девять, кого принесло в пятницу вечером?

Забавно, впервые за все время я не ждала, что дверь откроется и зайдет Сергей.

— Войдите, — крикнула тихо, но меня услышали. Очень жаль, что услышали…

Матвей

Такое небрежное войдите. Даже не интересуется, кто там и что нужно. А мне нужно многое: поговорить о Василисе, узнать, сколько Лариса хочет за свое молчание и объясниться по поводу курорта.
Войдите, так войдите. Открыл дверь и переступил порог узкого, как коробка из-под обуви, кабинета. Потрепанные бежевые обои, в правой стене дверь с вмятиной, как будто от удара, и еще несколько таких же целых. Вдоль левой стоит небольшой серый диванчик из IKEA, на него небрежно брошено то самое платье. Черный, так соблазнительно обтягивающий грудь Ларисы, верх и низ с объемным красным подолом. Понятия не имею, как называются эти штуки. Тут же туфли, одна валяется на боку.

Прищурился, мне кажется, или с каблуком что-то не так?

— И что ты здесь забыл? — усталый голос отвлек от обстановки.
Лариса за широким письменным столом из темного дерева, сзади окно с плотной греческой шторой. Женщина медленно поднялась. Мокрые темные волосы лежат красивыми волнами, едва заметные струйки воды стекают вниз и оставляют полупрозрачные дорожки на легкой блузке. Та чуть помятая и застегнута кое-как, сбилась на одно плечо, оголяя тонкую кружевную бретельку.

— Хотел поговорить, — вышло неуверенно и сипло. Отлично, Мэт, теперь ты при виде неё еще и голос теряешь, как мальчишка.

— О чем? — обогнула стол, запуталась ногой в кое-как завязанном эластичном бинте и, раздраженно дернув ногой, сбросила его на пол. Прихрамывая, начала приближаться. Шла босиком по деревянному полу.

— Не говорить твоей невесте о том, какой ты козел? — ледяные нотки в голосе. — Не рассказывать о вашем с Толиком секрете, как вы отдыхающих баб снимаете на спор? Не рассказывать о том, что дважды пытался затащить меня в койку после того, как сделал ей предложение? — замерла напротив. Напряженная, как струна, и умопомрачительно красивая.

Схватил за руку, дернул вперед и обнял, вжимая в себя изо всех сил. Зарылся носом в мокрые волосы с ароматом фруктового шампуня и впервые после Турции смог вдохнуть полной грудью.

Лариса

Замерла и не смогла дышать, вновь окутанная тяжелым ароматом его парфюма. Что он делает? Опешила на несколько секунд. Сердце бешено стучало, как будто я только что повторила свой фламенко-марафон.

Не знаю, сколько времени мы стояли молча. Не знаю, что творилось в голове почти женатого владельца отеля, я же просто чувствовала усталость. Такую безумную, что не нашлось сил двигаться и как-то сопротивляться.

— Прости меня, — теплое дыхание коснулось уха. Осторожный поцелуй-прикосновение к чувствительной точке рядом.

Матвей отпрянул резко, как будто совершил преступление.

Оцепенение спало. Я сделала то, что должна была еще месяц назад: размахнулась и ударила его по щеке ладонью. Он молча смотрел сквозь прозрачные стекла очков. Ожидая продолжения? Размахнулась и ударила по другой щеке.

— Хочешь, чтобы молчала? Расслабься, я ничего не расскажу. Не из-за тебя. Девочку жалко. Узнать такое перед свадьбой, — прошипела сквозь зубы. Хотелось бить раз за разом, но Матвей явно поднял лапки и был к этому готов. Значит, обойдется. — Будем считать, что я была твоей неудачной попыткой найти приключения в последние месяцы свободы,  и ты нормальный человек, который не станет после свадьбы  волочиться за каждой юбкой. Дальше все на твоей совести, если она есть! Теперь катись отсюда, пока не передумала.

Развернулась, неаккуратно оперлась на ногу и зашипела от боли, быстро похромала к диванчику. Села на жесткое сидение и принялась осматривать ногу. Внизу неприятный кровоподтек. О нет, только не говорите, что умудрилась повредить связки, после такого парой дней не отделаться.

— Все-таки надо сходить ко врачу, — задумчиво произнес голос у двери.

— Ты что делаешь?

Пришлось отвлечься от ноги, потому что мой незванный гость повел себя очень странно. Быстро прошел через весь кабинет, поднял бинт и подошел ко мне.

— Сиди спокойно, — скомандовал тихо и опустился на одно колено. Бесцеремонно схватил меня за лодыжку и чуть дернул на себя. Удобнее устраивая поврежденную ногу на своем колене. Нахмурив брови, пощупал и принялся со знанием дела бинтовать.

Невольно обрадовалась, что вчера сделала педикюр. Боже, о чем я думаю? Надо бы его пнуть как следует и гнать поганой метлой до канадской границы.

— Готово, — прежде чем отпустить, нежно провел ладонью по ноге от лодыжки до кончиков пальцев. — Туфли никуда не годятся.

Взял многострадальную правую и красноречиво продемонстрировал полуоторванный каблук. Видимо, стоптала их еще год назад, а сегодня малейшее напряжение и подвернулся.

День не задался. От заботы неприятно и болезненно сжалось что-то внутри. Нет, Лариса, тебе нужно отвыкать. Сама должна о себе заботиться, перестать доверять надежным мужским рукам, потому что практика показала — не такие уж они надежные.

— Мэт, уйди, — хотела сказать грозно, но получилось устало.
— Я отвезу тебя домой. По дороге можем заехать в травмпункт, врач должен посмотреть ногу. Мне не нравится кровоподтек, — спокойные слова.



Татьяна Кошкина

Отредактировано: 28.04.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться