Девяносто девятый мир

Размер шрифта: - +

Глава 16

— Я с ней подружилась! — с порога объявила Рейна и удивленно выдохнула. — У вас получилось! Вы прекрасно выглядите, господин!

— О, да, девочка моя! И вечером я тебе покажу, насколько помолодел!

Ядугара не смог сдержать довольную улыбку. Сколько раз он проходил процедуру перелива, столько раз радовался очередной отсрочке и многим приятным вещам, свойственным только пышущей здоровьем и бурлящими гормонами молодости.

— Как тварь Децисиму? — озабоченно спросила Рейна.

Целитель с детства воспитывал в ней умение разделять людей на два типа: собственно, людей и «тварей». Впечатлительная девочка, широко раскрыв глаза, слушала «откровения» хозяина об ужасных монстрах, скрывающихся под человеческой личиной.

«Но волей богов, соблюдающих гармонию в устроении мира, есть в них и то, что нам очень полезно, Рейна, — объяснял он. — В их чудовищной сущности и заключается то, что позволяет нам, целителям, создавать эликсир молодости. Когда придет время, моя девочка, ты его вкусишь. Ты будешь вечно молодой, Рейна!».

Из нее получится отличная жена… пока не надоест. Срок ее рабства закончился, но Рейна оставалась с Ядугарой, видя в нем все — мужа, любовника, покровителя, защитника, главу семьи, а главное — того, кто подарит ей бессмертие.

— Все прошло превосходно! Нам удалось ее нейтрализовать, — целитель помолчал, потом вспомнив кое-что, нахмурился. — Что с сестрой Децисиму?

— Вчера я побродила по кварталу, познакомилась с местными. Карим Ковачар, мальчишка владельца таверны рассказал все, что знал. Тварь всю жизнь была прикована к постели, изредка выбираясь на улицу на инвалидной коляске. Отец был гладиатором, погиб три года назад. Мать Приска — прачка, сестра на год младше твари, зовут Кора. Три дня назад, при встрече с Каримом, Децисиму неожиданно встал и напал на него.

— Вот оно что, — задумчиво покачал головой целитель. — Возможно, Децисиму не был тварью, пока нечто в него не вселилось… Это потребует глубоких исследований! Двурогий! Проклятые императорские лекари!

— Что-то случилось, господин?

— Случилось... Я сам разберусь. Главное, нам нужна сестра Децисиму!

— Вчера я свела с ней знакомство. Сказала, что меня прислал ее брат, что он наказан, но попросил меня встретиться с его семьей и успокоить. Она поверила. Я пообещала ей, что проведу ее в дом, и она сможет пообщаться с Лукой.

— Предупреди Далера. Он должен взять ее сразу, как только она перешагнет порог дома. Обвиним в попытке обокрасть меня.

— Насчет их матери, господин…

— Расскажешь подробности позже. А пока оставь меня, мне надо подумать.

— Хорошо, господин!

Рейна, покачивая пышными бедрами на тонкой талии, направилась к выходу. Господин Ядугара скользнул взглядом по ее обтянутым серыми гетрами крепким икрам и улыбнулся. Девушка обернулась, почувствовав взгляд хозяина:

— Господин?

— Иди, Рейна, иди.

Девушка кивнула и вышла из кабинета. Как бы ни бурлила молодая кровь в жилах, но о сладострастных развлечениях пока придется забыть. Пока непонятно как, но лекари Императора прознали о находке целителя и немедленно затребовали раба во дворец.

Сейчас Ядугара ждал, пока пришедшего в себя Децисиму накормят на кухне, и тот хотя бы немного придет в товарный вид. Вести полутруп к Императору значило навлечь на себя гнев Ленца, главы имперских медиков, а вместе с ним — лишиться целительской лицензии. В лучшем случае.

Одно то, что он скрыл от Ленца факт нахождения подходящего для перелива мальчика, грозило Ядугаре большими неприятностями. То, что он наплел Пенанту о «совместимости», объяснялось нежеланием целителя давать Пенанту больше чувства собственной значимости. Еще не хватало, чтобы тот пошел болтать и торговать своей исключительностью.

Кроме того, это берегло Пена для самого Ядугары, как крайний вариант.

«Мы совместимы, старший ученик. Это уникальный случай! Храни это в тайне,  иначе мои недоброжелатели могут причинить тебе вред!», — сказал он тогда Пену, и тот был горд от такого доверия наставника и чувства единения с ним.

Особенно первые несколько процедур, когда незримые возрастные изменения не начали пугать юнца. Потом, когда раб освободился, стал старшим учеником и начал прозревать, глядя на свои морщины, конечно, пришлось объясниться. Тогда Ядугара и пообещал ученику, что как только найдется другой «совместимый», Пен вернет утерянные годы жизни.

На самом деле, смысл был не в «совместимости», а в банальной противоестественной сущности процедуры перелива. Сама природа человека восставала против насильственного отбора жизнеспособности клеток! Подходящих доноров встречалось очень мало. Два-три десятка на целое поколение Империи, и их поиском Ядугара занимался всю свою жизнь, и сам начиная, как Пенант, старшим учеником одного лекаря, чье имя он поклялся забыть. Спустя полвека ему это удалось.

Слава всем богам, Пресвятой Матери и Двурогому, что имперские лекари прознали о Децисиму только этим утром. Пока совещались, пока отправляли гонца, день перевалил за полдень.

За ночь ему все удалось. Сначала он провел процедуру на Пенанте, опасаясь новых сюрпризов, но все прошло спокойно и как обычно. За час с небольшим старший ученик помолодел на два года, а к полудню и сам Ядугара скинул полтора десятка лет. Мог бы и больше, но с каждым новым годом риски нарастали — в этом деле важна постепенность, причем как для жизнеспособности донора, так и получателя. Отторжение — дело нечастое, но и такое встречалось в богатой практике целителя.

В следующую пару часов они с Пеном выводили раба из комы — до следующей процедуры. Мальчик ожил невероятно быстро, стоило влить в него внутривенно раствора глюкозы. Потрясающие способности к регенерации!



Ворген Мрачный, Данияр Сугралинов

Отредактировано: 30.09.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться