Девятая надежда

Глава 1

Глазам не верь – они обманут.

Слова не слушай – они солгут.

И чувства правды не подскажут.

Ты в замке лжи, нет правды тут.

Но если слышишь голос сердца,

Что бьется только для тебя.

Не бойся попросить совета,

И правда явит вдруг себя.

© Отрывок из поэмы "Дан и Анетта"

Две черные псины чуть ли слюной не захлебывались, пожирая меня алым взглядом. Их низкий рык отдавался во мне крупной дрожью, холодил душу, подгибал колени. От ужаса руки похолодели и перестали что-либо чувствовать. Голова разучилась думать. Но я все же старалась быть сильнее и не поддаваться панике. Пыталась сообразить, как бы мне спастись.

В библиотеку убежать не получится. Это точно. Она слишком далеко, так еще лестница высокая и дверь захлопнулась. С такими препятствиями клыкастые громадины мигом меня настигнут и слопают. А вот укрыться в западной башне – мысль удачная. Вход в нее гораздо ближе и ступенек почти нет. К тому же если выбирать из двух зол, то Рензел намного предпочтительнее пасти чудовища. Решено! Бегу в башню.

Я тяжело сглотнула, собирая остатки смелости для отступления. Осторожно скользнула по земле ногой, но не успела сделать шаг, как одна из собак сорвалась и с оглушительным рыком на меня кинулась. Следом бросилась и вторая. А я… Я даже закричать толком не смогла – сдавленно пискнула. Помолилась Богине, простилась с жизнью, откупорила бутылочку с настойкой и!.. И, зажмурившись от ужаса, плеснуть ее содержимое тварям в морды.

– Мрак, Тень. Нельзя!

Земля содрогнулась, когда с глухим ударом передо мной приземлилось нечто и еще одно нечто пробежало мимо. Рык смолк. Повисла пугающая тишина, которую нарушил звонкий чих и опалил горячим дыханием мою руку, сжимающую пузырек настойки. Я наконец-то осмелилась приоткрыть один глаз и…

Никаких чудовищ больше не было. На земле сидел ротвейлер с удивительными серо-голубыми глазами и мирным видом. Его гладкая черная шерсть блестела в скудных остатках солнечного света. Брови домиком подрагивали, будто в удивлении, а на морде виделась немного печальная улыбка. Прямая противоположность злобному созданию, которое миг назад пыталось меня слопать.

Все время, пока я разглядывала собаку, она занималась тем же – внимательно за мной следила и отвлеклась лишь раз, чтобы стереть с морды капельки настойки. Мило так. Лапкой. И вот же… Сколько бы раз это чудо ни облизнулось, лекарство на ней не работало. От слова «совсем». И если бы не вовремя появившийся принц – не пересчитал бы папенька мои косточки!

– Мрак, Тень, – вновь услышала за спиной твердый голос, но обернуться не рискнула. Все продолжала таращиться на ротвейлера, чьи уши дернулись на голос хозяина. – Леди Цессара – семья. Запомнить и больше ее не обижать.

Радостно гавкнув, ротвейлер поднялся на все четыре лапы и принялся меня обнюхивать. Я же поспешила прижать к себе руки и боязливо поежилась.

Было страшно пошевелиться. Издать малейший звук. Вдруг собака подумает, что ей угрожают, и опять обернется чудовищем, чтобы меня съесть? Но тут почувствовала, как через юбку в бедро ткнулась еще одна морда, и до моих ушей дошло громкое сопение.

Я не удержалась и осторожно оглянулась. В точности такой же ротвейлер, только крупнее, довольно-таки быстро изучил мой запах и, поворчав на своем собачьем, потрусил к ухмыляющемуся принцу. Тот наградил «милого» питомца почесыванием за ухом, отчего пес довольно закатил глаза, а я чудом не лишилась чувств от переизбытка собачьего внимания.

– Вам смешно? – упрекнула я принца и осторожно отступила.

Но ротвейлер не подумал отставать! Недовольно фыркнул и снова ткнуться носом в край юбки. Вот, зараза! А Рензел ухмыльнулся шире:

– Немного. А вам?

– Ни капли! – опять отступила, а собака за мной последовала. Села напротив и уставилась серо-голубыми глазами. – Даже близко не забавно. И… И почему она меня преследует?

Все еще прижимая к груди холодные руки, я указала пальцем на ротвейлера.

– И смотрит так… То ли осуждает, то ли съесть хочет.

Принц тихо рассмеялся:

– Вы нравитесь Тени, – он еще раз почесал за ухом второго пса по кличке Мрак.

И не будь я столь напугана, то похохотала бы от души над иронией: западное крыло охраняют Тень и Мрак. Бр-р-р… Просто замечательно.

– Большая редкость, – окинул меня льдисто-голубым взглядом принц. – Обычно Тень не признает людей.

– Откуда вы знаете?

Я снова отступила, но ротвейлер не отставал. Напротив, посчитал это игрой и радостно завилял хвостом.

– Может, он расстроен, что не смог меня слопать, и теперь ждет удачного момента?

– Она.

– Она, – поправилась я.

Ага, значит, Тень девочка. Чудесно.

– Отнюдь, леди Цессара, – принц поманил Тень пальцем, и та мигом к нему подбежала, а я наконец-то выдохнула и немного успокоилась. – Мне всегда известно, что у Мрака и Тени на уме, потому что я их создатель.




Пожаловаться