Дежа Вю

Глава 16. ч.2

Мы гуляли уже несколько часов, посетив все намеченные места. Не сказать, что наша компания из пяти хорошо одетых и явно не местных молодых людей, не привлекала внимания. Но внешне это никак не проявлялось.  Кроме искоса бросаемых взглядов и спешно уступаемой дороги никто ничем не выказывал своего любопытства. Лишь небольшая стайка детей, сопровождающая нас поодаль, говорила о том, что наш демарш не остался незамеченным.  

Прогулка по городку не принесла ничего нового в сложившееся по рассказам Кертиса представление о быте и обществе его населения. С одной стороны оно было неуловимо знакомо и перекликалось с воссозданным при помощи многочисленных книг и кинолент нашим земным миром почти двухсотлетней давности.   С другой, привлекало своей необычностью. Конечно, смешно судить о чем-либо на основании нескольких часов пребывания в атмосфере местного менталитета. Да и то, скорее наблюдения, поскольку общаться непосредственно нам практически не пришлось. Так, взгляд со стороны. Словно находились в кинотеатре с углубленным погружением в среду, но все же оставались лишь зрителями.

Захудалые предместья с невзрачными одноэтажными постройками, более обустроенный центр с выделенной на стыке зон торговой площадью, переходящей в центральную городскую площадь. Несколько двух-трехэтажных зданий по ее периметру – городская Управа, гостиница в три этажа, видимо единственная здесь, в этом городке, чуть в стороне невзрачное  здание охраны с примыкающим к нему одноэтажным пристроем с неясными функциями и еще несколько зданий, то ли жилых, то ли другого непонятного мне назначения.  

Внешний вид построек ничего не говорил о каких-либо стилевых предпочтениях. Более того, можно сказать, что они были просто  функциональны – стена, окна, двери – хотя и не лишены некоторой гармонии и немного напоминали эпоху раннего конструктивизма в нашей земной истории. Никаких украшений, никаких излишеств. 

То же самое бросалось в глаза и в манере одеваться. Чаще всего простые свободные одежды из весьма легкой ткани, у мужчин летние удлиненные пиджаки с брюками, у женщин, по крайней мере у тех немногих, что мы встретили, прямые платья до щиколотки с длинными рукавами, чуть присборенные повыше талии и немного напоминающие ночные рубахи. Надо сказать, в  местном теплом климате вполне удобные, что мы успели оценить по вынужденному переодеванию еще в академии. Хорошо хоть ткани для одежды встречались самых разных цветов, тем самым  нивелируя и оживляя однообразие покроя. 

Вообще, насколько мы уже убедились, климат здесь был ровный, зима-лето, как это было на Земле, присутствовали лишь формально. Круглый год было тепло, температура воздуха колебалась лишь в диапазоне день-ночь. Ночью опускалась легкая прохлада, днем умеренно жарко, но вполне допустимо. И все же утро и вечер для нас оставались самыми комфортными. 

Как и следовало ожидать, наиболее познавательным местом бытовой стороны жизни местного населения оказалась торговая площадь. Нам с Жанной, привычным к несколько другим реалиям подобных мест, было в новинку увидеть вольготно расположенные полупустые торговые ряды с продуктами сельского хозяйства, лавки с разными товарами, возле которых никто не толпился, просторную, вымощенную камнем площадь, чистую и опрятную. Видно, что порядок здесь дело обычное. И недостатка в торговых местах не наблюдалось. Только вот покупателей было не слишком много, впрочем, как и продавцов. 
 
Похоже было, что сегодняшний день мало чем отличался от вчерашнего, как и от завтрашнего. Вдоль лавок лениво прохаживались несколько мужчин разного возраста. Они иногда перекидывались несколькими фразами с лавочниками, которые также с ленцой отвечали на вопросы. Видно было, что пришли они сюда больше с целью развлечься, чем что-то купить. Возле рядов с овощами мы увидели двух женщин с корзинками. Рассмотреть их мы не успели. Они тихо подошли к прилавку, и, уложив покупки в корзинки, быстро покинули площадь.

Вообще вся эта городская торговая площадь напоминала мне сонный деревенский рынок, оживляющийся только ранним утром, часов в пять-шесть, да и то только на пару часиков. Вон, даже в скотном ряду, отодвинутом к самому краю площади со стороны предместий, уныло стоят лишь две ничем не примечательные лошадки, ждущие своего нового хозяина. 
По всему видно, что население здесь самодостаточно, и за зеленью или огурчиком к столу больше склонно ходить на собственный огород, чем на рынок.

Мы добросовестно обошли весь рынок, сунув нос в каждую лавку, намереваясь по товарам хоть примерно оценить уровень развития местной цивилизации, но увы, это оказалось нам не под силу. Товары оказались столь разнообразны, словно мы попали в межвременную зону. Вполне приемлемый для начала двадцать первого века унитаз мог соседствовать с металлическим плугом для вспашки земли, тончайшей выделки ткань женского платья, даже меня удивившая своим качеством, бросала вызов притулившейся внизу прялке, как и серому грубо сшитому одеянию из простого полотна, сотканного, видимо, из продуктов этой самой прялки. Прозрачные, сверкающие на свету бокалы и нежные, словно бумажные фарфоровые чашки выставлены в той же лавке, что и похожие на средневековые глиняные чаши, явно вылепленные на простом гончарном круге. 

Да много еще разного, сразу все и не сообразишь даже. Вот только ощущение осталось такое, словно две, а может и несколько эпох смешались в одном месте. Качественных товаров было немного. Оно и понятно, служили они скорее для привлечения покупателей, чем для  продажи. И разница между ними тоже объяснима. Товары для бедных и богатых всегда резко отличаются по качеству. Вот именно! Они отличаются по качеству, но общие характеристики обязательно присутствуют в любой эпохе. Фарфор для королевского стола и для обывателей разный, но материал остается тем же. 

Нашли мы и магическую лавку, вернее, лавку, торгующую магически созданными предметами. Видно было, что дела здесь идут хоть и не слишком роскошно, но и не сказать, что совсем плохо.