Диагноз: Любовь-3. Перекрёстки судеб

Размер шрифта: - +

22. Новые перспективы

Микаэль Линдквист не спал всю ночь. Он успел пожалеть себя, понегодовать на превратности судьбы, разозлиться на то, что не смог дать должного отпора Ноэлю… Наконец, признался себе, что не ожидал испытать подобные чувства в столь солидном возрасте, но соревноваться с Ноэлем ему ни к чему. Он в любом случае окажется проигравшим. Такая женщина, как Мари Наттгрен ему «не по зубам».

При свете настольной лампы Микаэль перелистывал папку с делом пациентки пробудившей от летаргического сна его давным-давно дремавшие в глубине души чувства и эмоции, прикуривая сигареты одну от другой. Время от времени он на треть наполнял бокал коньяком. Крепкий напиток сегодня пился, как вода: не туманил мозга, не нарушал координации движений. Мысли оставались чёткими, как прямая линия, проведённая остро отточенным карандашом по белому листу бумаги. К утру Линдквист понимал и умом и сердцем: Ноэль прав. Нужно отойти в сторону. Вернуться на исходную позицию. Вспомнить тот день, когда он впервые увидел Мари и ситуацию, в которой им пришлось познакомиться. Убедить себя в том, что его основная роль в их отношениях — роль профессионального специалиста. И точка! Как бы он ни распускал хвост перед этой женщиной, он останется для неё только добрым другом и наставником.

Ещё одно замечание удачливого крестника попало в точку: утешение на дне стакана не пряталось, как бы он его там ни искал. Поэтому опустевшая к утру бутылка коньяка станет его последней «утешительницей». Лучшим лекарством от всяческих напастей для Микаэля всегда являлась работа. «Эдем» требовал неусыпного внимания, даже при кажущейся налаженности процесса. Стоило отвлечься — и пансионат начинал хандрить, подобно ревнивой супруге. Похоже, настал как раз такой критический момент: в последние несколько дней Микаэль больше думал о Мари, чем о своём детище.

Мари...Мысли о ней не выкинешь из головы, как пустую бутылку в мусорную корзину. Но он должен постараться: ни к чему сыпать соль на рану. Поколебавшись, Микаэль достал фотографию Мари из нижнего ящика рабочего стола, провёл длинными пальцами с аккуратными ухоженными ногтями по изображению смеющейся женщины и сам невольно улыбнулся:

- Спасибо, что напомнила мне о том, что я ещё живой! Когда долгое время живёшь по инерции, размеренно и упорядоченно, успеваешь забыть, насколько богат мир чувств и сколь болезненными бывают некоторые из них. Проще помогать другим справляться с последствиями ударов судьбы, чем самому углядеть приближающуюся опасность...Да, Мари, даже высококлассным психотерапевтам порой нужна бывает помощь. Но мне придётся справляться самому. Я учил тебя удерживать равновесие в шаге от пропасти — воспользуюсь теперь своими же советами…

Он снова провёл пальцами по лицу Мари на фотографии, пожалев, что ощущает лишь шероховатость матовой бумаги, а не теплоту женской кожи.

Вложив фотографию в личное дело Мари Наттгрен, он едва дождался, когда сменится ночной персонал и сразу же вызвал Стеллу Хенрикссон, заступившую на дневное дежурство по клинике.

- Хочу попросить тебя об одном одолжении: возьми эту папку, сходи в архив и запри её в надежном месте — но не говори мне, где. Выдать её обратно можешь только в экстренном случае: если что-то серьёзное вдруг случится с нашей клиенткой. Во всех остальных случаях, как бы я ни просил принести дело Наттгрен, чем бы ни угрожал тебе — не соглашайся.

Микаэль замолчал, его ладони приросли к объемистому тому, где хранилось столько интересных подробностей из жизни Мари. Вознамерившись передать эту бесценную коллекцию в чужие руки, он долго собирался с духом.

- Вручаю тебе не просто папку с личным делом. Это две судьбы — моя и Мари Наттгрен. Я понимаю, что иду на риск и надеюсь, что ты оправдаешь оказанное тебе высокое доверие.

- Пора бы уже заметить, Микаэль, что для тебя я сделаю всё, что угодно, - спокойно ответила Стелла, много лет безоглядно и безнадёжно влюблённая в своего шефа. Чуткая к переменам настроения Линдквиста душа любящей женщины давно уже заподозрила, что с ним творится что-то из ряда вон выходящее: он потерял интерес к работе, мало шутил и улыбался, стал слишком часто закрываться в своём кабинете и потом от него пахло коньяком. Как ни старался доктор перебить запах спиртного мятными пастилками, пожалуй, от этого он пробивался только сильнее и навязчивее.

Когда до Линдквиста дошёл смысл простой фразы, озвученной верной помощницей, он взглянул на молодую женщину с новым для неё и для себя интересом. Все те годы, что Хенрикссон работала под его началом, он считал её своей правой рукой, доверял очень ответственные задания, не сомневаясь ни на минуту в профессиональных качествах женщины. Но до сегодняшнего дня не замечал, насколько Стелла обаятельна и мила. Впрочем, когда он в последний раз обращал своё пристальное внимание на женский пол?

Похоже, встреча с Мари действительно пробудила его от «зимней спячки».

- Не позавтракаешь ли со мной, Стелла?

- С удовольствием. Дежурные сёстры уже получили мои указания, так что некоторое время я могу посвятить собственным делам. Вот только выполню твоё поручение — спрячу эту «взрывоопасную» папку в надёжное место.

Оказывается, когда Стелла улыбается, на её щеках появляются очень соблазнительные ямочки, отметил про себя Микаэль. Приятно видеть их на лице своей помощницы.

«Нужно почаще рассказывать забавные случаи в её присутствии!» - Микаэль невольно расправил плечи и, когда за вышедшей из кабинета Стеллой закрылась дверь, позвонил на кухню, чтобы заказать кое-что особенное в дополнение к обычному меню пансионата.

 

А будущие молодожены непередаваемо радовались возвращению домой. По дороге из «Эдема» в Стокгольм, Мари и Ноэль в очередной раз обсуждали все доводы за и против покупки нового жилья. Хорошо знакомая квартира, хранившая воспоминания о зарождении их отношений, о появлении на свет их первенца, словно чувствуя подвох, встретила хозяев напряжённой тишиной и отсутствием электричества. К последнему факту оба отнеслись с юмором: пора внести очередную долю романтики в будничные ощущения — зажечь повсюду свечи. А романтическая атмосфера располагала к приятным воспоминаниям, связанных с этим местом. Но, не взирая на их огромное количество, и Мари, и Ноэль ощущали, что переехать в новый дом и начать жизнь с чистого листа для них сейчас — единственно верное решение.



Кристина Далгрен (Kristina Dahlgren)

Отредактировано: 26.10.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться