Диагноз: Любовь-3. Перекрёстки судеб

Размер шрифта: - +

45.Когда мосты сгорают сами

Пелле помогал Ноэлю расхаживаться. Процесс длительный, муторный и, судя по тому, что обладавший железной выдержкой Фолкнер бледнел, обливался холодным потом и даже откровенно стонал иногда — болезненный. Терпеливо и настойчиво работали оба. Армфельт умел находить слова ободрения, когда силы у тренируемого были на исходе. Чувствовал он и тот момент, когда нужно остановиться, не насиловать организм, дать ему отдохнуть и восстановиться. Помимо тренировки опорно-двигательного аппарата, Ноэлю ещё и массаж прописали. Съездив с ним на один из сеансов, Пелле расспросил массажиста в чём смысл прописанной программы, а дома поговорил со своим работодателем.

- У меня к тебе предложение. С основами спортивного массажа я знаком, у меня даже сертификат имеется. Суть твоей реабилитационной программы я сегодня понял. Если хочешь — могу мять тебя сам. Приспособим один из тренажёров под массажный стол, там всего одну дополнительную примочку купить нужно. Сэкономим и время и деньги — чего зря разъезжать туда-обратно, когда можно весь комплекс на дому делать?

Ноэль ничего не имел против. Более того: тут же отправил Пелле и Маркуса выбирать складывающийся массажный стол. Раз уж в доме имелся собственный массажист, грех не воспользоваться случаем!

- Эх, не наврал ты — соображаешь, что к чему! Даже лучше массажиста из клиники меня размял! - заявил Фолкнер после первого домашнего сеанса под руками Пелле. - С голоду ты точно не помрёшь! И чего тебя к этим мото-гангстерам занесло?

- Сам не знаю...Оглядываюсь назад — и удивляюсь: не в себе был, когда к Калле в бойцы напрашивался. Не обижайся, но может оно и к лучшему, что именно мне Стурдин поручил твою жену украсть? Хотя...Не предоставь ты мне второй шанс — неизвестно, чем бы дело кончилось…

После интенсивных занятий под наблюдением Пелле, результаты Ноэля с каждым днём улучшались. В скором времени он мог передвигаться самостоятельно на всё более длительные дистанции. Однажды днём звонкий смех Мари на террасе не смолкал так долго, что Ноэль решил узнать, что же могло так насмешить его жену. Мари и Пелле стояли у перил, голова его жены покоилась на плече телохранителя и они...пускали мыльные пузыри. Пелле набирал мыльный раствор на специальную «ложечку», подносил её к губам Мари, та старательно дула — и цепочка шариков-пузырей, всех размеров и форм, переливаясь на солнце перламутровыми боками, улетала в небо Стокгольма. Смеялась Мари тогда, когда раствор лопался в «ложечке» и усеивал их с Пелле лица мыльными «веснушками».

Ноэль явственно ощутил, как его старая знакомая — ревность — подошла поближе и воткнула в сердце одну из своих иголок.

- Смотрю, вам вдвоём очень весело. Что ж, не буду мешать…

- А ты нам и не мешаешь. Хочешь — присоединяйся, пузырей на всех хватит!

- Нет уж, как-нибудь в другой раз…

- Что касается веселья...По-моему, ты тоже не очень-то грустил и скучал на съёмках последнего фильма, - теперь уже собственная жена вонзила Ноэлю нож аккурат между лопаток. Он остановился и оглянулся. Мари в упор смотрела на него. Пелле закрутил крышечку на баночке с мыльным раствором и тихо удалился с террасы, понимая, что супругам предстоит очень важный и не самый приятный разговор.

- Садись, - Мари кивнула в сторону обеденного стола, за которым семейство Нурдстрём Фолкнер провело вместе немало приятных мгновений. Когда муж осторожно опустился на один из стульев с мягкой спинкой, Мари на минуту вышла в гостиную, откуда вернулась с простым белым конвертом. У Ноэля, как и у его жены несколько недель тому назад, возникло ощущение «дежа-вю»: однажды из подобного конверта Мари достала фотографии, которые чуть было не послужили причиной их разрыва. Опасения оказались не напрасны: жена снова выложила аккуратно, в ряд, несколько компрометирующих его снимков.

- Скажешь, я снова что-то неправильно поняла? - тихо спросила Мари.

Ноэль покачал головой.

- Это еще не всё. Если ты продолжишь в том же духе, то телохранитель нужен будет тебе, а не мне.

Мари снова вышла, и, вернувшись, положила перед мужем полицейское заключение о том, что на его страховочной лонже обнаружены следы преднамеренного надреза, а наземные маты, предназначенные для смягчения резонанса при падении оказались передвинуты на полтора метра в сторону от того места, где им предназначалось лежать.

- Ты считаешь, что нынешнее происшествие как-то связано с моей американской интрижкой? Ведь несчастный случай произошёл на территории Швеции...

- Возможно, у твоей дамы сердца имеется воздыхатель с очень длинными руками...Либо ты кого-то оооооооочень сильно разозлил. В любом случае: слава богу, что всё закончилось так, как закончилось…

- Да уж, бог с ним, с этим сериалом... - Ноэль заметно побледнел, внимательно изучив полицейский рапорт.

- Бог, к счастью, с нами...Пальмгрен спрашивал, хочешь ли ты подать иск о возбуждении уголовного дела. Я взяла на себя смелость отказаться.

- Но это ведь явный криминал…

- Да, явный...Впрочем, если тебе не даёт покоя слава героя-любовника, заводящего интрижки на всех съёмочных площадках мира — можешь позвонить Густаву и договориться о встрече. Думаю, к тебе выстроится очередь жаждущих сэкономить на рекламе режиссёров. Правда, не знаю, как обстоит дело с вниманием к актёрской репутации у тех, кто готов предложить тебе действительно серьёзные и интересные роли.

На террасу выглянул Пелле. Убедившись, что до кровопролития дело не дошло и разнимать супругов не придётся, он осторожно внёс поднос, на котором посверкивали влажными боками бокалы с коктейлями, о стенки которых мелодично позвякивали ледяные кубики. Поставив коктейли перед Мари и Ноэлем, Армфельт снова ушёл в дом.

- Замечательно выдрессирован наш домашний персонал, - иронично заметил Ноэль, который чувствовал себя невероятно гадко, но подавать вида не собирался.



Кристина Далгрен (Kristina Dahlgren)

Отредактировано: 26.10.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться