Диск Фиесты

Размер шрифта: - +

Глава 20. Хозяин леса

 

Бледное и напряжённое лицо Алекса всегда означало примерно одно: «У них большие неприятности!» Если же Алекс мчался со всех ног, а за ним Джед и Сонника, то неприятностей полагался двойной размер. Поэтому среди молодых людей быстро воцарилось смятение, хотя ещё ничто, кроме беспокойного взгляда темноволосого товарища, не предвещало беды.

– Все вещи на землю! Бросай, я тебе говорю! – кричал Алекс, подскочив к первому попавшемуся человеку в лице Лео и скидывая с его плеча лямку рюкзака. – На дерево, быстро! Быстро, я сказал! – обычно говорил юноша тихо, вкрадчиво, но в подобные моменты выяснялось, что голос у него поставлен как надо. После обрушения сводов и схватки со львом Алекс успел заручиться каким-никаким авторитетом. Побросав на землю кто что имел, люди бросились в рассыпную к ближайшим деревьям, где можно было уцепиться хоть за что-нибудь.

С высокой вероятностью в детстве каждый так или иначе лазил по деревьям. Однако едва ли кто-то задумывался, насколько сложнее становится этот процесс во вполне сознательном возрасте, панической ситуации и при дефиците времени, когда особо нет возможности присмотреть себе дерево поветвистее. Тем не менее, молодые люди работали слаженно: Джеймс и Алекс подсаживали и помогали снизу, Джед и Лео подтягивали уже сверху. Дин прижимал к стволу дерева Мелиссу, которая безвольно обмякла в его руках: девушка панически боялась высоты, поэтому в данный момент она была явно не помощница.

Но все это оказалось не таким важным, когда воздух пронзил зловещий протяжный волчий вой, от которого гудело в ушах и, казалось, сама земля дрожала. Звук рассеялся по земле, и на мгновение все затихло. Тишина казалась тяжёлой, фальшивой. Вслед за ней, спустя буквально минуту, небо расколол раскат грома, и повсюду вокруг вспыхнул яркий голубой свет, слепящий глаза.

«Твою мать», – коротко мысленно выругался Лео, закрывая ладонью глаза, по которым столь нещадно резанул холодный свет, который он помнил слишком хорошо. Стоило человеческому взгляду на миг прийти в замешательство, как картинка вокруг вновь сменилась через этот ледяной переход. Небо было уже даже не серым – чёрным, и вдалеке мутно бледнело небольшое пятно полной луны, поглощённой тучами. А из голубого сияния грациозно выпрыгнул волк, закинул голову назад и снова залился продолжительным воем.

Позади ему вторили на разные голоса его сородичи, тут и там выскакивавшие из леса. Стая росла. С виду они ничем сильно не отличались от обычного, привычного, так сказать, человеческим представлениям волка, разве что, возможно, были немного крупнее размером. Люди выжидающе замерли на своих позициях. Не то чтобы стая вела себя сильно агрессивно, напротив, спокойной гордой поступью животные прошлись по земле, пренебрегли сброшенным инвентарём, как непригодным для игры «хищник-жертва», и смотрели вверх умным пронзительным взглядом.

И хотя практически ничего не происходило, от этого почти человеческого взгляда глаз зверя становилось не по себе. Некоторое время и те, и другие выжидали. Один из волков поставил передние лапы на ствол дерева и смотрел вверх изучающе, словно любопытный щенок, и даже казался милым и вполне домашним. Джед смотрел на Алекса, стоявшего во весь рост на соседней массивной ветви, с неуверенностью и удивлением в глазах, но брюнет был собран и непреклонен. Это были не они. Не их поступь он ощущал, и все же…

Луна, едва поднявшаяся над горизонтом и только вступающая в свои права, казалось, была сама удивлена тому, что её покой потревожили так скоро, что день сменился ночью буквально в одно мгновение, а её, царицу ночного небосвода, смели не предупредить об этом. Царица смущённо пряталась за серой туманной завесой облаков, словно девица, которую застали в неподходящий момент переодевания или сборов, застенчиво прикрывающая свою прелесть полупрозрачной тканью шифона. Она не претендовала на главную роль, она растерялась, но выход на сцену разворачивающегося действия был предопределён, когда тучи, словно кулисы, медленно расплылись в разные стороны.

Волей-неволей луне приходилось светить, скрывая пунцовыми пятнами усталую желтизну своего лица. Ей казалось, что она запоздалый зритель, но если бы эта сбитая с толку красавица только знала, как значительна её сегодняшняя роль! Стоило только рассеянному лунному свету коснуться земли, ласково пробежаться по серебристой шерсти жителей леса, уже собравшихся было покинуть опустевшую тропу с такими скучными неподвижными незнакомцами, как тишину вновь пронзил неясный звук.

Правда, неясным он был не для всех, и первой встрепенулась Мелисса. Она знала этот хруст – хруст ломающихся костей… Превращение было коротким, но эффектным. Серебряная шерсть от самых кончиков заполнилась неясностью глубокого чёрного цвета, а кости ломались оттого, что перестраивалось все тело, менялась сама суть организма. Лапы становились больше, сильнее, когти – длиннее, клыки уродовали морду непропорциональной длиной, а на спине проступал напряжённый хребет, на который обрушивалась вся нагрузка этих крупных существ с горящими миниатюрной жёлтой луной глазами.

Дальше события развивались быстро. Спокойствие, равнодушие, ясность в глазах – все это ушло. По земле сновали туда-сюда беспокойные чёрные тени со светящимися огоньками глаз. Лапы оставляли на тропе глубокие следы. Вот теперь Алекс их узнавал, как узнавал и следы когтей на земле, но они все ещё действовали хаотично, бессмысленно, в чем же… На тропу выпрыгнул самый крупный из чёрных тварей. Вот и он, вожак!

Хрипло взвыв, хищник бросился вперёд и сильным прыжком на пару метров вверх достиг ствола одного из деревьев, ставшего укрытием молодых людей. Когти его впились в древесину, и с завидным проворством зверь стремительно поднимался вверх, вызвав панику и смятение среди не ожидавших такой прыти ребят. Его вой был подхвачен и принят как сигнал к действию. Может, обычный среднестатистический волк и не умеет лазить по деревьям, но эти исчадия ночи умели и не собирались ждать, пока добыча покорно спустится к ним с небес.



Мэл Кайли

Отредактировано: 23.12.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться