Дитя Абсолюта

8.2

Вечером, утомившись от трудов праведных… кхм, ладно чего уж там…не выспавшийся, голодный, а поэтому злой и раздраженный Артуари спустился в общий зал в расчете на хорошую драку. Ему нужно было согнать пар после многочасовой неудачной попытки заснуть на узкой койке в полуметре от спокойно спящей некры!  Он грозным крейсером двигал мимо занятых столов, даже не пытаясь обходить сидящих за ними мужчин. Однако на все грубые тычки  и толкания представители  сильной половины человечества отводили глаза, а пару человек даже извинились за то, что сидят не достаточно далеко от прохода. Новая вера на них что ли так действует?

Артуари  уселся за свободный столик спиной к стене и тяжелым взглядом обвел зал, все еще не теряя надежды нарваться.  Дощатые стены, закопченный потолок, три больших люстры-колеса, у дальней стены очаг, рядом  двери в погреб и кухонное помещение. Окон нет. Только под потолком несколько небольших отдушин. В дальнем  углу ужинали четверо завернутых в палантины женщин под охраной грозного усатого старика, вооруженного коротким внушительным мечом. Недалеко от них за уставленным кружками столом о чем-то тихо разговаривала парочка   ремесленников. Семья с двумя малолетними отпрысками  доедала птицу с общей тарелки. Большая шумная компания крестьян, притихшая при его появлении, опять загомонила вразнобой, да еще парочка ничем не примечательных личностей – вот и весь контингент трактира.

Как  низко он пал, сидеть в одном зале с плебеями! Сотеки бы порадовался. Сам он не чурался выпить с солдатней горячего вина и завалить на траву одну из своих подруг-воительниц, но для утонченного Артуари, выросшего в роскоши дворца это было неприемлемо.   

К одинокому аристократу подскочила бойкая девица в чистом белом фартуке, повязанном поверх замызганного льняного платья.

– Имеем пиво свежесваренное, вина различные, птицу, мяса всякие жаренные, хлеб тока из печи, похлебка с потрошками. Что подать благородному яру? –оттараторила она на одном дыхании и кокетливо  улыбнулась.

– Лучшего вина и мяса.

– Сейчас подам, яр.

Девушка упорхнула, по пути захватив пустые кружки с соседнего столика. Через несколько минут она вернулась, водрузила на стол большой деревянный поднос и сноровисто начала составлять с него тарелки. Артуари удивленно наблюдал за ее манипуляциями. Большой кусок хорошо прожаренного мяса, тарелка с нарезанными кусочками  колбас, полендвицы, мягкого сыра, еще одна тарелка, чуть поменьше, наполнена маленькими помидорами, зеленью и яблоками. На чистое полотенце лег круглый пышный каравай. Композицию завершил большой глиняный кувшин вина.

– Я вроде столько не заказывал, девка.

– Хозяйка велела, за счет заведения. Кушайте на здоровье, яр.

Девушка слегка поклонилась и убежала. Рэквау оглянулся. Из-за стойки  с томным видом улыбалась моложавая дама пышных форм с бюстом минимум седьмого размера. Она кокетливо помахала пухлой ручкой. Внутренне содрогаясь, Артуари послал ей ответную улыбку и приступил к трапезе. Вино оказалось весьма  недурственным, и его настроение постепенно  улучшилось настолько, что стало любопытно оглядываться по сторонам, прислушиваясь к разговорам.

 Вдруг, дверь трактира резко распахнулась и в зал влетела невысокая худенькая женщина. Вся ее фигурка была закутана в шелковый темно-зеленый плащ, лицо спрятано под таким же зеленым платком, повязанным как паранджа,  только сверкали черным агатом гневные глаза. Следом  в помещение вкатился невысокий пузатый мужичок, при виде которого обедающие женщины встрепенулись, зашушукались и с интересом повернулись в сторону колоритной парочки. Артуари заметил, что весь зал притих  в предвкушение интересного зрелища. Видно, этих двоих здесь уже знали.

– Зара! – завопил толстяк, не обращая внимания на окружающих.– Свет души моей, умоляю, остановись, позволь мне загладить свою вину!

Девушка тут же остановилась, уперла руки в бока и, притопнув маленькой изящной ступней, обтянутой атласной туфелькой, заявила звенящим от гнева мелодичным голоском:

– Мой господин совсем не любит крошку Зару. Так к чему ей слушать его обманчивые слова? Их яд разрывает душу!

– Но дорогая, ты  знаешь, это не так! – мужичок осторожно приблизился к девушке, с острасткой косясь на  ее руку, сжимающую край плаща. – Я только хотел договориться о покупке ковров с той  хозяйкой лавки, ты неправильно поняла мои …

Девушка не дала ему договорить. Она подхватила с соседнего стола кружку и с визгом бросила ее в голову толстяка. Вслед за кружкой полетела большая кость, пустой кувшин, вязанка лука. Пока мужик успешно уклонялся, не переставая уговаривать красавицу простить его. В зале начали заключать пари, на каком предмете она его простит и во сколько это обойдется бедолаге.

Артуари, откинувшись на спинку стула, цедил вино и с наслаждением наблюдал за процессом. В это время визжащая красавица все-таки попала очередным кувшином в голову несчастного, и, тут же испугавшись содеянного, бросилась к пошатнувшейся жертве ревности.

– Любимый! Я тебя не ранила? – она ощупала его голову, оттолкнула подбежавшую подавальщицу и,  выхватив у той полотенце, начала нежно промокать мокрые от вина волосы, лицо и одежду мужчины, приговаривая,  – маленький мой, бедненький!  Противная Зара сделала тебе бо-бо, ну ничего, мы ее накажем! Мы запретим ей приходить к тебе сегодня ночью.

Мужик  довольный, что все уже закончилось, на этих словах встрепенулся с несчастным выражением на  лице.

– Зара, душа моя! Не стоит так себя винить. Это я виноват. Я тебя спровоцировал. Ну, как мне загладить свою вину, чтобы моя красавица опять стала улыбаться, петь и танцевать для своего котика -пузатика?

Артуари едва сдержался, чтобы не рассмеяться в голос. Но Зара, по-видимому, именно из-за этих слов и затеяла весь спектакль, потому что моментально ответила:

– Зара хочет то яшмовое колье, которое ты сегодня не захотел купить своей малышке.



Ирина Успенская, Вад Ветров

Отредактировано: 23.11.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться