Дитя Абсолюта

13.1

В это время с другой стороны площади к храму подходил Тень.

– Яр Сотеки? – окликнул его невысокий бледный мужчина с лихорадочно блестящими маленькими глазками, когда я вошел в парадные двери.

– Да, это я, – Тень окинул мужчину внимательным взглядом. Судя по одежде, это был служитель. – Чем обязан?

– Хозяин послал меня встретить вас и провести. Я –  главный жрец этого храма –  Анрей.

– Веди.

Анрей, подхватив полы богатого желтого балахона, размашисто зашагал впереди. Они прошли мимо храмовой стражи, которая даже не повернула в их сторону головы, миновали  невысокий мраморный алтарь и нырнули в низкую дверцу, замаскированную тяжелой занавесью. Долго спускались по ступеням вниз, пока не вышли в узкий темный коридор с множеством дверей. Из-за некоторых доносились приглушенные стоны, рыдания и бормотание. Все вместе это производило  тихий гул и будило в Сотеке неприятные воспоминания.

 Тюрьма.

Анрей снял со стены факел и направился в самый конец коридора. Остановившись у последней камеры, он достал из рукава большой медный ключ, и, немного повозившись, наконец открыл дверь.

 Сотеки, конечно, понимаю, что наглости и нахальства у этих двоих в переизбытке, но такого от них не ожидал. Мало того, что помещение, украшенное коврами, заставленное мягкой мебелью и резными столиками трудно было назвать камерой, так еще в этой самой камере  происходила грандиозная  гулянка. Кроме  глупо улыбающегося Герата и скалящего зубы Нориса в  помещении находились: полуголые девицы в количестве трех штук, два пьяных стражника и один не менее пьяный инквиз. Появление новых лиц вызвало бурю восторга. Все заорали одновременно.

– Милорд! – предупреждающе крикнул Норис и попытался прикрыть желтой скатертью девицу, сидящую у него на коленях. Со скатерти полетели вниз кубки и кувшины с вином.

– Хозяин! – вторил ему Анрей.

– Милорд, я не виноват, это все вампирюга!

– Какой симпатичный яр!

– Инквиз Анрей, давайте выпьем!

Сотеки схватился за голову и выскочил из помещения. Его душил смех. Прислонившись к стене, воин дал волю расстроенным нервам и зашелся в гомерическом хохоте. Отсмеявшись,  опять открыл дверь в камеру. Обстановка резко изменилась. Стражи с выпученными глазами стояли с двух сторон от двери, опираясь на пики. Их слегка покачивало, но они очень старались. Полностью одетые девушки рядком сидели на софе, чинно сложив руки на коленках. Инквизы о чем-то одухотворенно  шептались,  рассматривая  длинный свиток.  Явно о высоком искусстве. Норис и Герат стояли посреди комнаты, вытянувшись в струнку и пожирали  Тень преданными взглядами

– Так, так, так. Кто будет рассказывать? – Сотеки потянул руку к кувшину. Но не успел. Герат подхватился и услужливо подал ему кубок с вином. С другой стороны Норис протянул пышную лепешку с куском мяса. – Подхалимы! – Фыркнул Сотеки. – Так что здесь происходит?

– Это все часть плана, – осмелился вампир, сверкнув клыкастой улыбкой. – Девушки – жертвы, стража их сопровождает, а инквизы будут проводить ритуал.

– Ты их всех подчинил?

 Сотеки достал из кармана зачарованное стекло, которым его обеспечил Доврик  и посмотрел на всех через него, но увидел метки только над Гератом и главным инквизом. Причем, метка Герата чуть светилась. А еще Тень заметил очень профессиональную защиту, завязанную на крови графа. Неплохо, неплохо. Доврик говорил, что вампиры не обладают  сильной магией, но Норис сумел удивить. Есть у мальчика потенциал. Жаль, что большего чернокожий воин понять не мог, не хватало специального образования.

– Что ты, милорд! У меня пока недостаточно опыта,  чтобы удержать под контролем такое количество меток. Они все находятся под внушением, кроме Анрея. Он полностью мне подчинен.

– Когда начнем?

– Анрей!

– Да, хозяин!

Инквиз с обожанием смотрел на Нориса, теребя ворот своей хламиды. Тень знал, что он сейчас испытывает. Страстное желание подставить шею под клыки своего владыки, чтобы получить хоть каплю наслаждения. Слюна такого вампира, как Норис, – сильнейший наркотик. Попробовав один раз, отказаться от него могут единицы.   Жертвы сами приходят и умоляют своего хозяина испить хоть каплю их крови, чтобы улететь на крыльях неземного блаженства. В одном мире, где правят вампиры, целые государства живут только ради желания накормить хозяев.

 Вот из-за этого Доврик и разозлился, когда узнал, что он пробовал Герата. Но, судя по метке, Норис был очень аккуратен. Интересно, он предупредил юношу, что теперь их связывает не только дружба? Наверное, нет. Доврик говорил, что он может и сам этого не знать, молод еще. Нужно будет обязательно, потом, поговорить об этом с парнями.

– Анрей, во сколько обычно происходят жертвоприношения?

– На закате, милорд. Еще рано.

– Ну, что же, проведем время с пользой.

Тень завалился на диван и заснул сном праведника.

 

Жертвенный алтарь оказался как раз под тронным залом. Это был огромный кусок черного  гранита,  отшлифованного с одной стороны, с выемками для стока крови и железными цепями.  От него несло какой-то странной магией. Древней, мощной и глубокой, как бездонная  океанская впадина. Совершенно не такой, как пользовался Доврик.

– Ты чувствуешь? – спросил Герат у вампира, проводя рукой по камню. По ладони пробежала легкая боль. Парень прикрыл глаза, получая от алтаря потоки темной, но от этого не менее приятной  энергии.

–  Да, дружище. Божественная энергия. – Норис зажмурился от удовольствия. – Бога крови.

– Анрей, откуда этот камень?

– Святой Ивазий переместил его из  разрушенного храма темного  Многоликого.

– Как будем ломать? – прервал мурлыкающе  блаженство Нориса  граф.

Он стоял в проходе с большим молотом  и кровожадно прицеливался к алтарю.

– Не смей! – закричали Тень с вампиром одновременно, а Норис еще и переместился к другу, выхватывая  у него из рук молот от греха подальше. – Взорвешь нас к черту. Здесь столько сырой магии, что хватит на то, чтобы вынести весь город к Многоликому в гости.



Ирина Успенская, Вад Ветров

Отредактировано: 23.11.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться