Дитя дракона

Размер шрифта: - +

Кровь

Знаете ли вы что-нибудь о драконах? О злых, огнедышащих гадах, что спят на золоте и пожирают юных дев (исключительно голубых кровей)? А я вам скажу — ни черта вы о них не знаете! Драконы могут и говорить, и превращаться в людей, они и рассказывают небылицы о себе подобных. Зачем? А вот послушайте эту историю.

В горах, где-то на краю земли, жил дракон Ваал. Самый обычный дракон, с когтистыми лапами, острыми зубами и чешуйчатыми крылами. Жил один в глубокой пещере, стены которой были увиты золотыми самородками. Перед жилищем была небольшая долина, окруженная со всех сторон высокими скалами.

Представьте же удивление дракона, который рано поутру обнаружил у своего дома, на цикламенах и горных фиалках, человеческое дитя. Ребенок был худ, грязен, на его тоненьком тельце казалось не было живого места — все в синяках и ссадинах. На изнеможенном лице трехлетнего отпрыска рода человеческого выделялись глаза — серебристо-серые, цвета булатного клинка, глубоких весенних вод, и его, Ваала, чешуи. Змей глядел в глаза человеческой недоделки, дитя смотрела в желтые кошачьи очи смертоносной твари. Вечность или миг смотрели, пока ребенок не упал сначала на колени, а потом и навзничь, прямо перед когтистой лапой дракона. От усталости ли, или от боли, но явно не от страха.

Ваал мог бы раздавить маленькое тельце одним пальцем. Но эти серые глаза, это бесстрашие и обреченность за мгновение сделали прекрасное драконье уединение невыносимым одиночеством. И дракон принял опасное для летучих ящеров решение — расцарапал грудь и позволил своей горячей крови окропить ребенка.

Живая драконья кровь ценится дороже, чем все богатства крылатых ящеров. Смертный, что выпил хоть каплю, перенимал силу, долголетие и мудрость драконов. А те, кому посчастливилось искупаться в ней, становились неуязвимыми перед любыми клинками и ядами.

Отданная же добровольно драконья кровь была поистине великим даром, ведь так создаются союзы среди них, крепче любых человеческих уз.

Теперь, в луже перед пещерой, валялся не избитый человеческий заморыш. Нет, перед отцом своим, в спасительной крови, восставало дитя дракона. Сильная, прекрасная, с острыми серыми глазами. Его дочь — Валео.



Мария Болан

Отредактировано: 10.11.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться