Дитя магии

Размер шрифта: - +

Глава 12. Другой мир

 

«Лекс, тебя никогда не удивляло то, что я сильнее, быстрее и выносливее любого коня?»

– Поначалу удивляло, конечно, но у всех есть свои особенности, и я решила, что так и надо...

«Логика железная... Ладно, извини. Как ты думаешь, кто я?».

– Ты… – я запнулась, вспоминая.

И с досадой поняла, что все мои познания о волшебном животном мире сводятся лишь к умениям из него «готовить». Варить из звериных составных снадобья то есть. И всё.

«Смелее».

– Ты как Чудик, да? – я зарылась пальцами в теплую шерстку сумеречного зверька и вспомнила рассказ Вэла. – Питаешься магической силой мира? Ты…

«Я?.. – и он легонько ткнулся носом в мое плечо. – Какая разница между мной и обычной лошадью?».

– Как между человеком и... магом? – наконец сообразила я. – Ты… колдун? – и меня прорвало: – Так ты колдуешь крылья, они волшебные? Или… ты меняешь облик? А почему ты… сгораешь? А пепел?.. Но, Шейтар, ведь маги не меняют обличье, как ты, оно у них одно! И они потом пеплом не осыпаются!

«А ты видела многих магов и много мощного волшебства?»

Я обернулась, недоуменно нахмурившись, и встретила веселый прищуренный взгляд. А ведь бабушка... она изменилась! Я вспомнила лунную волшебницу – помолодевшую и неуловимо... другую.

«Магия сильно нас меняет. И чем взрослее ты становишься, тем сильнее проявляются способности. И изменяют тебя. Поверь, у всех магов есть вторая ипостась, но она недолговечна и проявляется лишь в миг опасности. Как доспех на воине. А после – сгорает, ненужная, либо потоками воды сходит. Но накладывает печать узнавания на внешность. Иметь вторую магическую ипостась и работать с ней считается верхом мастерства».

Язык чесался узнать о собственных возможностях, но я не решилась. И вместо этого спросила осторожно:

– Ты – черный... Потому что... темный?

«Верно. Я питаюсь тьмой».

 Как и те жуткие маги, о которых рассказывал Иф?.. Я невольно отодвинулась. Как и Вэл?.. Шейтар придвинулся ближе и громко фыркнул:

«Тьма – не значит зло, Лекс. Ночь темна и мрачна, но много ли в ней зла? В ней прохлада, свет звезд и запах дождя. Днем порой свершаются ужасные вещи, а после приходит ночь – и спокойная тишина».

Я кивнула, признавая правоту.

«И много ли зла во мне? Я тебя подставлял или обижал?»

– Нет, только издевался порой, – проворчала я.

«Я не вреднее тебя. И слишком долго молчал».

Я задумчиво погладила по боку спящего айта и невольно прислушалась к лесной тишине. Деревья заинтересованно молчали, а из кустов не доносилось ни звука. Куда Иф с Калле запропастились?..

 «Ей все еще плохо. Пластом лежит».

– Ты видишь?.. – я обернулась.

«И слышу. Через любые преграды и расстояния. И всё про всех знаю».

– А… про него? – я дернула за ушко спящего Чудика, но тот лишь недовольно всхрапнул и вновь сладко засопел. – Он тоже… темный?

«Он половинчатый. Сумеречный. И светом питается, и тьмой. Свет – это жизнь, тьма – его силы. Айт спит, ибо ему не хватает тьмы, как и многим из нас. Как и мне. Мы погибаем без нее. Мы погибаем, Лекс».

Я недоверчиво обернулась. Шейтар выглядел на редкость цветущим. Здоровый, мускулистый и в меру упитанный зверь с лоснящейся шкурой и блестящей на солнце черной гривой. Да и айт еще совсем недавно, в замке мэтра Звездочета, был весьма активен. Я нахмурилась. А может...

«Может. Вэлкон темный. А сила скапливается в ауре тех, кто умеет ее приманивать. Прилипает, как грязь к одежде. Пока он находился рядом, мы оба не голодали. Но теперь у меня мало колдовских сил».

– Сила скапливается только у людей? – уточнила я, укладывая Чудика на траву и устало вытягиваясь рядом на животе.

Шейтар кивнул:

«У магов. Для них сила – материал. Для нас – сродни пище».

Всё встало на свои места. И нездоровая привязанность айта к Вэлу, и...

– Ты меня искал, – я сорвала и зажевала травинку, глядя на Шейтара. – Мы неслучайно встретились, верно? Ты меня нашел... чтобы присматривать? Потому что я дитя магии, а вы... погибаете? Я для вас что-то могу сделать? – и, помолчав, уточнила: – Но что именно?..

Шейтар шумно вздохнул и посмотрел на меня, как на несмышленыша, но я не отвела глаз. Да, я о силе волшебников знаю очень мало! И?..

 «Сила приходит в этот мир вместе с падающими звездами и рождающими существами. Оболочка звезды – свет, хвост – тьма».

– Но люди до сих пор рождаются, – заметила я, лениво жуя травинку, – а звезды – падают.

Из близлежащих кустов донеслись слабые стоны и суетливая возня. Я позволила себе расслабиться перед дорогой. После погони и перелетов поваляться в лесу на травке – тихое счастье...

«Да, и сила приходит. Но она для нас малопригодна. Ты смогла бы есть картофель, сырой и только что выкопанный из земли?»

– Нет, конечно. Помытый, почищенный и сваренный – да, но...

«А мы научились, но помалу. Обычно сила звезд уходит во Внутренний мир, где... «чистится», «моется» и «варится». А после возвращается к нам – природной силой, а не чужой-звездной. От магов мы сейчас такую же получаем, но в очень малых количествах».

– Обычно? – повторила я. Опять этот странный Внутренний мир, о котором бабушка упомянула, но не рассказала. – То есть...



Дарья Гущина

Отредактировано: 30.04.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться