Дневник Ф. или Как воспитать ведьму?

День двадцать седьмой. Вопль затурканного жизнью фамильяра.

27.05.17

– Майка, гадская ты ведьма! Хватит надо мной измываться!

– М-ммм, о чем ты? Я ничего такого не делаю.

– Правильно. Ты не делаешь. Ты ДУМАЕШЬ!

– Конечно думаю, я же живой человек мне в принципе положено думать.

– Фрррр… Не зли меня ведьма – покусаю! Думаешь про что?

– Как про что? Про разные важные вещи. Н-ннн…например про завтрашнюю тренировку с сильфом, про зелье которое ундине пообещала сварить, про то что на Гримуар настроиться не могу никак. Я ж тебе говорю, о важном думаю.

Нет, ну вы слыхали? Главное врет же и не кривится! Сама сидит втупилась в учебник носом, а мне про высокие мысли втирает.

– Ну-ну… И в какой же это формуле математической ты вычитала рецепт зелья, гениальная моя?

– Э…ммм… Не понимаю о чем ты…

– Не?… Что совсем-совсем не понимаешь?! Да вон о книжке твоей, которую ты уже второй час штудируешь.

– А-ааа… ладно… А откуда ты знаешь какая это книга? Тебе ж не видно ничего.

– Зато мысли твои слышно очень даже громко. Не тупи, Май! Я и так по твоей милости почитай всю математику высшую за пару дней выучил. Оно мне надо?

– Блииин… Я что опять открылась? Ну, Мэт, миленький, не обижайся на меня, хорошо!?

Где токо этих ведьм производят интересно? Вроде ж прощения просит и даже голос такой жалостливый, а в глазах ни капли раскаянья не видать. И вот представляете? Мучаюсь уже который день. Как в понедельник зелье сварили, так с того вечера ведьма меня и мурыжит.

Она значит, как со школы тогда прибежала, так и закрутила меня совсем. Спасибо пообедать дала спокойно целых десять минут. Потом как ужаленная кинулась в комнату нашу, за оборудованием и травками заранее приготовленными. А уж на обратном пути прихватила меня и рванула на улицу, да так шустро что я чуть с только что съеденным обедом не попрощался. Я, конечно, чего-то такого и предполагал, но белобрысая все равно умудрилась побить все рекорды скорости. Это ж надо так загореться, чтоб зелье абсолютной памяти со второго раза сварить идеально. И то, если б у нее язык не заплелся от заклинания, оно б и с первого раза получилось. Так вот эта чокнутая, как только настоялось ее варево, решительно залила в себя дозу и бегом схватилась за книжку. Часов пять перечитывала все, что под руку попалось по теме первого теста. Пока я не психанул и не выдрал у нее из рук очередной печатный опус.

Утром вторника мы получили дополнительное подтверждение правильности сваренного ведьмой зелья. В смысле встала Майка в нормальном состоянии без всяких побочных эффектов в виде головной боли и общей слабости организма. Абсолютно спокойно позавтракала и умотала писать свой первый тест, который проверял ее знания по родному языку и литературе.  Закрыться естественно забыла, и я можно сказать с ней на пару отвечал на вопросы. В этом ответственном процессе токо одна заминка произошла. Это когда моя честная ведьма (сам в шоке от несочитаемости понятий ведьма и честность) замялась на минутку по поводу правильности ответа. Я уж хотел ей подсказать, но она наотрез возмутилась использовать своего фамильяра в роли суфлера. В общем итоге вторник наш прошел под девизом: «Сделал дело и отдыхай, сколько тебе вздумается!».

А со среды наш дом превратился в приют имени скорбного умом меня. До обеда хозяйка убегала в школу свою, они там правда уже и не учились толком, а в основном готовились к звонку последнему и слушали последние наставления перед выходом во взрослую жизнь. Я токо хмыкал скептическим образом и отправлял ведьме свои комментарии.

«Ага! Ты слушай, Май, не отвлекайся! Особенно обрати внимание на то что «у тебя в жизни открыто множество дорог», и про «свершения». А вот про это не слушай, Человеком с большой буквы тебе не быть, как ни крути».

«Почему это?»

«Потому что Ведьма это тебе никакой не Человек, это вообще отдельная раса специально выведенная Матерью для того чтоб нам фамильярам жить было интересней».

Вот. А после своей беготни, Майка являлась домой и по-честному не отлынивала от медитаций. Потом еще с духом-сильфом занималась каждый день специальными развивающими дар упражнениями. Он ей всякие разные звуки приносил, а ведьма старалась их различать. И это были самые спокойные два часа в моей нелегкой службе на благо блондинки. Потому как токо в это время я хоть ненадолго мог заняться… этой… как ее? О! Синхронизацией собственной магии с хозяйкиной. В остальное же время вечера, беспокойная ведьма издевалась над моей психикой повторением всей математики, выученной ею, за последние не знаю сколько лет. Несчастный я задолбался напоминать ей про то, что школьными науками она просто обязана заниматься с наглухо закрытым от меня сознанием, иначе получит в спутники первого во Всеобщей истории миров фамильяра-неврастеника. Беседы на эту тему происходили между нами с завидной регулярностью. Вот только хватало Майки самое большее на полчаса, потом она опять улетала в какие-то свои мечтания, и между нами происходил вышеупомянутый разговор. Вот и сейчас она повернулась от стола письменного на все сто восемьдесят и смотрит на меня своим полным раскаяньем.

– Не надо мне глазки строить, ведьма склерозная! Жалости в тебе никакой нету к бедному фамильяру, который из-за тебя почти аппетита лишился. И ладно ты обо мне не беспокоишься, так хоть о себе подумай! Каким макаром я должен буду защищать тебя, когда Магия моя никак в норму не приходит? Я ж из-за твоей забывчивости сосредоточиться не могу!

– Ну, Мэт… ну вчера же получилось!

– Ты это про что?

– Вот видишь, у самого склероз, а на меня наговариваешь! Я про последний звонок!