Дневник моих желаний

Размер шрифта: - +

4 глава. Дни двадцать первый - тридцатый

День двадцать первый

Стоило Олегу уехать, как начали происходить интересные вещи. Сегодня мне позвонила директор школы, в которой учатся мои дети. Я очень удивилась, потому как с успеваемостью и поведением у них все в порядке. Оказалось, дело в Макаре, он разбил чей-то там телефон, и сейчас находится в кабинете директрисы с пострадавшим и его отцом. Прошу меня подождать и срываюсь в школу, благо, идти-то минут пять от силы.

Начинаем прояснять ситуацию. Оказывается, Макар шел домой, когда его голову догнала маклюра, которой у нас сейчас зашибись сколько. Это плод колючки светло-зеленого цвета, напоминающий по форме апельсин, весом 400-500 грамм. То есть не хило так моему ребенку влетело.

Он огляделся по сторонам и увидел, что с высокого забора по нему целенаправленно велась прицельная стрельба. Подошел ближе, пытаясь объясниться, но получил еще одну маклюру в грудь – на белоснежной рубашке явно проступает пятно. Моему, естественно, обидно, больно и вообще непонятно, что происходит. Сын сказал мне:

- Мам, я был очень зол, а в таких случаях сэнсей говорит успокоить свой дух.

И после этой фразы я понимаю, насколько он силен внутренне и мудр не по годам, хотя во многих вещах такой еще несмышленыш! Я горжусь тем, что, занимаясь единоборствами, он смог устоять от соблазна отработать пару-тройку приемчиков на задире. Однако «успокоенный дух» все же поднял маклюру с земли и впечатал в рюкзак того парня. А там лежал телефон, экран которого в итоге превратился в крошево. Отомстил, блин…

Папа, пытавшийся сначала выгородить своего, уже не так категорично настаивал на вине Макара, уяснив, что попадание в голову такого веса может быть чревато, рубашка безнадежно испорчена, – эта гадость не отстирается уже никогда, да и его сын, как оказалось, не такой уж ангелочек. По итогу после переговоров в присутствии директрисы сходимся на том, что я оплачиваю половину стоимости за ремонт экрана. Конфликт исчерпан.

Идем домой, Макар – мрачнее тучи.

- Ты не должна была соглашаться на его условия и оплачивать ремонт!

- И не оплатила бы, если б твои действия не привели к поломке.

- Получается, если маклюра повреждает человека, за это никто не платит, а если какой-то кусок пластика, – надо платить? – Что ж, логика железная. И вот, правда, что тут скажешь? Вздыхаю и говорю, что портить чужие вещи нельзя. Хотя сама вообще не знаю, как бы поступила, - наверняка дала симметричный ответ. И, возможно, тот мальчишка рассчитывал именно на это? Что завяжется мини-войнушка?

Макар идет задумчивый, погруженный в себя:

- Я понял. Больше не буду. – Коротко и ясно.

Понятливый, мля!

День двадцать второй

Сегодня звонит Олег и сообщает, как устроился, какие процедуры ему назначили, говорит, что оплатил путевку, и я могу распоряжаться оставшимися на карте средствами. Интересно, много ли там осталось? Но даже из любопытства смотреть баланс не хочется.

Материальная сторона жизни – ой какая непростая для меня тема. Будучи школьницей, оставшись за старшую для сестренки, я ударными темпами освоила науку семейного бюджета. После отъезда мамы у нас осталась крупная сумма, которую нужно было растянуть на год. И тогда непонятно как, но все получилось.

Помню, как приходилось по несколько раз заполнять квитанции на оплату жилищных услуг, комкая испорченные бумажки, как по вечерам, сделав уроки, читала кулинарные книжки, постигая кухонные азы. На рынке научилась торговаться, и ряды обходила раза по три, выискивая, где что дешевле.

То, что живем сами, нам с сестрой афишировать было нельзя. Во-первых, чтобы не привлекать к себе внимание. Во-вторых, не совсем ясно было, во что все-таки влипли мама с Марленом, и как это может отразиться на нас. Ну, и в-третьих, в лихие девяностые лучше было сидеть на попе ровно.

Да еще и классная руководительница подошла ко мне и велела говорить всем, кто будет интересоваться, что мать уехала в командировку.

Вот оно что, - подумала я тогда, - оказывается, мама и в школе успела подсуетиться. Договорилась с классными руководителями моего и Линкиного классов, что не будет на собрания ходить, и что мы поживем какое-то время на попечении дедушки, под которым, очевидно, подразумевался Василий Степанович.

Жили мы скромно, деньги тратили на самое необходимое, но иногда, конечно, очень хотелось сыра с большими дырками или пористого шоколада. Но мы, не зная, будет ли следующий транш, или это первое и последнее, что нам отстегнуто, экономили практически на всем.

На заре моей трудовой деятельности зарплаты хватало лишь на текущие нужды. Но я радовалась даже тому, что выходила в ноль, а не в минус, – оплаченная коммуналка и продукты, заработанные собственным трудом – это было поистине большим достижением для вчерашней школьницы без образования, профессии и связей.

Позже, когда заработок увеличился, я стала задумываться о чем-то большем. Для начала обновила гардероб у портнихи. Тогда это было обычным делом, – вещей в магазинах было не достать, на рынке – цены бешеные, проще купить ткань и пошить все, что хочешь точно по фигуре. Потом с течением времени я поняла, что мне нужна машина, и что я хочу водить. В итоге за несколько лет она была куплена. И даже получены права. Только остались на полочке лежать – за руль собственной машины я садилась максимум трижды, потому что вождением занялся Олег. А я, растеряв навыки, навреняка, уже и с места не тронусь.



Дарья Свирская

Отредактировано: 24.11.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться