Дневник оптимиста

Размер шрифта: - +

10.12.2009

Декабрь принес собой не только зиму, но и жгучую метель.

Лойду показалось, что зима словно злилась на что-то, особенно сегодня.

Он же стоял в теплом халате и с горячим чаем в руках, глядя как завывает метель за окном.

 

«Маленьким мальчиком больше всего я любил зиму, снег доставлял мне большое удовольствие, я лепил снеговиков, обстреливал ребят, с которыми играл, а потом спешил домой.

Зимой мама старалась чаще готовить супы и бульоны, дабы согреть меня и согреться самой.

Еще я помню, как зимой мы гуляли.

Мама любила зиму, в это время она как будто бы добрела.

Порой становилась именно той мамой, которую называют любящей, иногда мне даже перепадали объятия.

Моя первая любовь случилась в 19, когда я поступил на медицинский, ей было 20, и она оканчивала второй курс.

Сейчас вспоминая Синтию (первая любовь), мне кажется, что она была похожа на маму.

Уверенная, строгая к себе и окружающим, не многословная, но, в то же время понимающая и добрая, хотя она не показывала это.

Мама сразу заметила мой влюбленный взгляд, и одобрила.

«Ну пора бы уже и мужиком становиться. Только запомни: на шею не лезь и сам на нее на сажай, тогда быть тебе счастливым»

К сожалению, любовь закончилась слишком быстро, чтобы добраться до шеи.

Кажется, и Синтию не очень радовал мой оптимизм.

Потом было пара свиданий, пара девушек с которыми я сходился и расходился очень быстро.

О юности обычно вспоминают с удовольствием, а мне вот вспомнить нечего.

Пока все наслаждались молодостью, гуляли и веселились, влюблялись и женились, я прилежно учился и с оптимизмом смотрел в будущее.

Тогда оно казалось радужнее, чем сейчас, может из-за того, что прошло больше 30 лет?

Захотелось погрустить, а я снова улыбаюсь.

Вот до чего доводит оптимизм»

 

Лойд положил ручку, и устало потер глаза.

Он был выжат как лимон, но причин этому не было.

Слыша завывания за оком, на душе его скреблись кошки.

И то непонятное чувство, снова подкралось к его душе.

У Лойда была версия того что это может быть, но он был не уверен в ней.

Возможно, он, наконец, устал от оптимизма и скоро эта усталость вырвется наружу, освобождая его от заточения.

Возможно, это позволит ему открыть глаза и понять, что вокруг не все разноцветное, возможно он сможет увидеть цвет горя, печали и досады.

Глупости - думать о таком, но Лойд кажется, был на грани.

И для срыва оставался всего один шаг.



Юлия Федотова

Отредактировано: 08.06.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться