Дневник Попадуси

Первая брачная ночь

"Здравствуй, дорогой дневник.
Пишу тебе, сидя в избушке на курьих ножках. Как я здесь оказалась? Ну, если коротко, то избежать свадьбы не удалось. Расписали нас с осьминогом вчера в ратуше. Весь город собрался посмотреть на мое несчастье. Я и сбежать хотела, да не тут-то было - русалки сторожат как ротвейлеры. А платье жемчугом по подолу так густо обшито, что бедный наряд весит, небось, не меньше, чем мой женишок. Я и ходить не могла, не то, что бегать. Стоять еще стояла, а как пришло время идти, то четверо русалок подняли шлейф и мы черепашьим шагом пошли мимо гостей к моему "лысику". Тьфу! Я как представила, что с этим жить придется, так аж тошно стало. Но деваться некуда. Единственной уважительной причиной для разрыва помолвки здесь считается только смерть.
Саму свадьбу помню плохо. Нет, не из-за водки. Из-за стреса.
Очнулась я уже в омуте, в доме Ктулху. В спальне!
Русалки с меня платье сняли, кружевную ночнушку на меня надели и ушли.
А потом осьминог приполз. В смысле, муж мой новоиспеченный, чтоб ему пусто было. И тут до меня дошло, что в этом-то теле я еще дитя невинное! Умом понимаю, что надо хватать что-то тяжелое, например, вон тот стул, и бить муженька по клюву, но руки словно онемели, ноги ватными стали, а голова закружилась.. От страха что ли?
Ктулху меня нежно щупальцами обнял, и я от ужаса глаза закрыла, чтоб не видеть всего этого безобразия. И тут слышу: шум, грохот, вой, писк, звон… Я акуратно один глаз приоткрыла. Вижу, а это Андрюшенька..ну, то есть вампир мой.. в смысле, не мой, конечно… ну, ты понял, дневник, что это Дарион в спальню вломился. Он моего муженька в стенку впечатал, а меня в охапку сгреб и прочь унес.
У вампиров, оказывается, крылья есть!
Летели мы с Андрюшенькой долго. Принес он меня на болото, занес в избушку на курьих ножках и на лавку усадил.
- Не бойся. – говорит, - моя теща, Яга Кощеевна, за тобой присмотрит. А я разберусь с Ктулху, и больше нам ничто не помешает быть вместе.
Поцеловал он мне ручку и был таков.
А меня в сарафан переодели и на печь спрятали. Тебя вот, дорогой дневник, отрада моя последняя, я призвать смогла, а больше ни на какие чары не способна. И что дальше будет – не знаю. Но больше всего меня одна мысль тревожит: неужели в этом мире все мужики – многоженцы?!"



Творческая Коалиция

Отредактировано: 30.01.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться