Днк, или Внебрачная дочь монстра

Часть 1. Глава 9

* * *

Наталья                             

«Один час и сорок минут… Пытка, самый страшный ад и душевные муки – вот что я испытала за это бесконечно долгое время полёта».

Марина, бортпроводница на самолёте Макара, имела медицинское образование. Эта молодая женщина теперь для меня и Дианы стала настоящей спасительницей. Она была в курсе состояния здоровья моей малышки, и быстро оценив ситуацию, мгновенно приняла меры.

У Дианы поднялось давление, но мы с ним справились.

Но радоваться не пришлось.   

Диане было плохо. Моя малышка весь полёт тихонько плакала, сил даже на слёзы у крохи не было. Диана страдала, но никто из нас не мог ей должным образом помочь.

Это убивало меня изнутри, чувство вины душило и терзало. Я не знала, что мне делать, чтобы моя малышка больше не страдала.

Мне кажется, что лучше б я сама прошла через всё это, чем моя маленькая девочка.

Когда Диана замолкала и вместо плача, тихо поскуливала, мне становилось страшно, что вот сейчас она снова потеряет сознание, но Марина, находясь, всё время рядом с нами, контролировала её состояние.

«Спасибо тебе, Марина…»  

Вы даже представить не можете, через что мы прошли за этот час и сорок минут. Бессилие и полное понимание, что ты не можешь помочь, не можешь забрать у ребёнка её страшную болезнь, это сводило с ума.

Раз за разом, у меня в голове крутилась яростная мысль: «Да разве можно посылать на маленьких деток такие испытания?! Зачем кто-то там наверху терзает их хрупкие и неокрепшие души и тела?! Какова цель этой пытки?!»

Больно смотреть на то, как страдает твой ребёнок и так хочется местами поменяться и отдать своей малышки все свои силы, до самой капельки, чтобы она выздоровела, снова улыбнулась и весело засмеялась, сказала «мама» и неуклюже поднявшись на ножки, снова побежала…

«Но нет, чуда не происходит, и моё сердце продолжает гореть, а душа рыдать и рваться на части».

Я прижала к щеке ладошку своей малышки и вместе с ней тихо плакала.

Железный обруч ужаса стиснул мою грудь, и мне было тяжело дышать.

«Но мне сейчас нельзя раскисать. Я должна оставаться сильной. Ради Дианы».

Макар, хмурый и казалось, даже злой, сел рядом.

— Иди сюда, – шепнул он.   

Макар просто взял и приобнял меня одной рукой за плечи, прижав к себе. Другой, он ласково гладил Диану по тёмным волосам. Я вдруг почувствовала себя так, словно вернулась в родной дом.

— Всё будет хорошо… — шептал он. — Вот увидишь, Диана поправится. Она моей крови, а значит, сильная.

Его присутствие и слова вселяли веру и надежду. Но это всё будет потом, а сейчас… моя малышка страдала. И это было ужасно.

Мне кажется, время никогда не тянулось настолько медленно, как в данный момент, но к счастью, всё рано или поздно заканчивается.  

Наш самолёт приземлился в аэропорту Берлина, где нас уже ожидали врачи клиники и вертолёт.

«Света, ангел наш, помоги своей дочурке, помоги Диане».                                                                            

* * *

Наш доктор, Колман фон Айхенвальд, не принял результаты ранее проведённых обследований и всю диагностику они в срочном порядке начали проводить заново.

«Боже мой, там ведь столько анализов!»

Но я зря волновалась, за мою малышку взялись серьёзные врачи и трансплантологи.