Добро пожаловать в "Жизнь"

Часть I. Жизнь. Глава 1. Приветствие

Некоторые считают, что жизнь скучна и однообразна. Что каждый день тянется слишком медленной и что не может в жизни произойти чего-то такого, что изменило бы её, превратив течение медленной и неторопливой реки в бурный и стремительный горный поток.

Другие же уверены, что их жизнь проносится слишком быстро. Им так хотелось бы, чтобы время прекратило свой бег. Чтобы всё остановилось и замерло в безмолвном молчании, позволяя подумать и переосмыслить всё совершённое когда-то и всё то, что хотелось бы совершить потом.

Думаю, меня нельзя отнести ни к тому, ни к другому типу людей. Меня в моей жизни устраивает абсолютно всё. Она не бежит, сломя голову и не плетётся, как черепаха. Она приобрела свой, идеальный для меня темп, не спеша, но и не замедляясь не на мгновение.

Да и пожаловаться на то, что где-то в прошлом я допустил какую-нибудь ошибку, я не могу. Посетовать на прошлое и сказать: «Ах, вот бы всё вернуть и исправить!», - я тоже не в силах. В конце концов, прошлого у меня нет. Я человек без имени, потерявший свою память в ужасной автомобильной катастрофе… Ну, по крайней мере, врачи говорят, что она была ужасной и мои раны, так же лишь по их мнению, не были совместимы с жизнью. Я же не помню ничего и, возможно, это даже к лучшему?

С самого момента пробуждения в, к счастью, чистой и довольно уютной больничной палате, наполненной светом и приятным еле уловимым ароматом озона, меня часто посещала мысль: «Кем же я был?». Пытаясь копаться в собственной памяти, я понимал, что либо врачом, либо учителем. В конце концов, откуда у меня ещё могли взяться такие глубокие познания в анатомии и химии?

Я знаю, как устроено  и из чего сделано любое живое существо на планете Земля и откуда я это знаю, представить, конечно, трудно.

Наверное, придаваться философским размышлениям я могу ещё очень и очень долго, но, кажется, к моей палате кто-то идёт…

Лёгкая дверь, застеклённая мутным, похожим на слюду зелёным стеклом посередине, с тихим скрипом приоткрылась, и в небольшой щели между ней и стеной показался немного длинный нос моего лечащего врача.

Эмануил Степанович… странное, однако, у него имечко… был в целом приятным человеком, за исключением тех случаев, в которых он, ввиду его не очень лёгкой профессии и частых времяпрепровождениях в морге, пытался шутить. Получалось это у него не очень смешно, зато, местами, жутковато.

Когда этот пожилой седой, немного полный и коренастый доктор-айболит вплетал в свои «остроты» разнообразные истории про покойничков, даже у меня – человека, который побывал на краю между жизнью и смертью, - пробегали мурашки по спине.

- Как поживает мой пациент без имени? – как всегда с широкой улыбкой от уха до уха поинтересовался Эмануил Степанович. Временами мне казалось, что его лицо вообще никогда не меняла дружелюбного выражения, но однажды, когда он думал, что я сплю, мне удалось увидеть и другое, очень… неприятное выражение, вызвавшее мурашки страха по всему телу.

- Как обычно, - попробовал в ответ улыбнуться я, но у меня это плохо получилось. В конце концов, пару швов с лица у меня ещё не сняли.

- Боюсь, мой дорогой друг, ваше проживание в нашей обители здравоохранения скоро подходит к концу. В конце недели вас выпишут, - обрадовал меня доктор, особенно, если учитывать, что сегодня был четверг.

Пару минут доктор молча сидел на стуле, который поставил около моей кровати, а я, собственно, лежал на этой самой кровати. Каждый думал о своём. Над чем ломал голову Эмануил Степанович я не знаю, а вот я размышлял над тем, что мне делать после выписки, ведь ни дома, ни денег, ни даже паспорта у меня не было.

Молчание нарушил добрый доктор Айболит.

- Я могу вам кое с чем помочь… - заинтриговал меня Эмануил Степанович.

Я уставился на него немигающим взглядом, намекающим на то, что театральная пауза затянулась, и пора бы уже продолжить.

- Один мой хороший знакомый… - начал было говорить доктор, но затем перешёл на очень тихий шёпот, а его лицо приняло выражение лица преступника с паранойей, которому кажется, что его повсюду преследует полиция, - может сделать вам паспорт… - Эмануил Степанович вновь огляделся по сторонам, - но, вы же понимаете, что… об этом никто не должен знать…

Мои глаза медленно, предельно осторожно, выкатились из орбит и, опоясав мою голову по «экватору», вернулись на место. Ситуация показалась мне очень странной и понять, зачем практически незнакомому мне человеку, а если быть точнее, то двум, так сильно рисковать ради меня, мне не удалось. Однако озвучивать свои сомнения я не стал и, как всякий умный и здравомыслящий человек, решил принять неожиданную помощь.

- К понедельнику следующей недели всё будет готово… - продолжая оглядываться по сторонам, продолжил доктор, - осталось лишь определиться с именем.

Эмануил Степанович выжидающе посмотрел на меня.

- Как насчёт Даниэль Нокт? – с любопытством глянул на меня доктор.

- Почему именно такой выбор? – поинтересовался я.

Имя мне нравилось, но всё же, хотелось узнать историю его происхождения, если она, конечно, вообще существует.

- Не поймите меня неправильно, может по мне и не скажешь, но я заядлый любитель компьютерных игр и недавно играл в одну. Это прозвучит иронично, но главный герой этой игры потерял память, и его звали Даниэль. А фамилию я выбрал спонтанно, перебрав пару десятков латинских корней, – вернув лицу привычную улыбку, ответил мне Эмануил Степанович.

Услышав природу происхождения моего нового имени, я мог лишь посмеяться.

- Что ж, мой дорогой пациент без имени или же… теперь Даниэль? В общем, вот утренняя порция препаратов на сегодня. Удачного дня, - пожелал доктор, достав баночку с таблетками и сунув мне её в руку.